Чтение онлайн

– С иностранцев начните! Повадились они Ухарск посещать. Как тараканы, одно зло от них. С шинджурским послом, конечно, поделикатнее, но что ему тут, медом намазано?

– Послом я лично займусь, – едва не положил руку на лапищу полицмейстера Ланской, доверительно так, да в последний момент поостерегся. – Тут деликатный подход требуется, вы правильно сказали, - полицмейстер расплылся в довольной улыбке и разом перестал орать. – Да и знакомы мы с ним, по Китежу еще.

Тут Феофанович завел глаза горе, вздохнул. Он мечтал, да хоть бы о повышении во Властинец, куда уж о столицах думать. Да и возраст подпирает. Но мечты, мечты… А тут молодой, без году неделя, как офицером стал, а вон до каких вершин поднялся. Небось, и к государыне императрице вхож. И котик наградной есть у него, ну и что, что живет у маменьки?

– Займитесь, Сергей Александрович, - кивнул он благостно. – А вот вы, – его тяжелый взгляд уперся в Андрея. – Вот вы, как вас там…

– Андрей Ильич Звягинцев, частный сыщик, – повторил для начальства Сторинов.

– Ах, ча-астный… Ну так найдите мне этого писаку чертова. Альберта фон… Фикус… Кактус… да хоть Рододендрон какой-нибудь!

– Фон Пальм, – хихикнул Ланской.

– Да на здоровье. Найдите заразу и предоставьте! Вы ж, я слышал, можете, - сбавил он отчего-то обороты.

– Думаете, котят украл писатель? – не выдержал Звягинцев.

– Вообще-то мог, – покраснел Поликарп Феофаныч. – Но он мне еще и для другого надобен. Как звезда на литературном небосклоне, уж больно востребован оказался. И при этом никто его не видел, но сияет же. А дамы под руководительстовм этой Параскевы… Параши…. да как ее! – стукнул полицмейстер по столу. – На аглитанский манер учудили… учинили общество литературное. Книжный клуб называется. И жена моя вместе с ними. Так вынь им писаку да положь. Знаменитость же ж. Ажн штартанская! О новых веяниях и модах в литературе расспросить хотят и прочем таком, может, в журнале ихнем интервью пропечатать, - он замолчал, сообразив, что занесло как-то далековато от расследования, махнул рукой. – Да что, то пустое. Не могут бабы… дамы в литературу и прессу, не их это, я так вам скажу. Разве что рецептами блюд разменяться. Этого вот у них не отнять. И колонку по домоводству, - лицо начальства замаслилось, точно воображал он уже, как ест домашние блины. Но тут же вспомнил о грозности своей и прогремел: – Предоставьте Пальму! Жена от счастья подобреет, и другие крали обзавидуются, что она им штартанца ентого привела. Ни у кого нет, а у ней есть! Потому как что? Правильно надо выходить замуж!

Тут Ланской подпихнул Звягинцева в бок и с вывертом так подмигнул. Аж пристукнуть его пыльным мешком захотелось.

– А ты че лыбишься? – насел полицмейстер на Сторинова. – И вы тоже! – рявкнул на остальных полицейских. – Внимайте! – он шлепнул лапищей о стол. – Копните всю эту иностранную шелупонь. Прислугу, мелких лавочников, прочих понаехавших. Это ж они, продав котят, себе билет могут обеспечить домой и деньги на всю оставшуюся жизнь и себе, и внукам тоже. И еще! Редакторам накажите: пусть дадут объявление от Володенских, дескать, назначают за котиков вознаграждение. Обращаться в редакцию. Или хоть за сведения. Там мы их и прищучим, субчиков! Повадились достояние империи красть, негодяи…

Господин Жимаймо на характеристиках злодеев не экономил и все багровел и багровел.

– Эдак его апоплексический удар хватит, на эмоциях-то, – шепнул Сторинов Андрею.

– Так для тебя место освободится, - фыркнул тот.

Настроение и так было не радужным, а от “понаехавших” в устах высокого полицейского чина Андрея и вовсе покоробило: всяк человек может выбирать, где ему лучше, и там жить, принося пользу. И далеко не все иностранцы – воры и шаромыжники. Он с трудом смолчал. Зато Ланской сощурился:

– Всем внимание отдать надо, без разбору, свой али чужой. Виноваты – ответят. Так и государыня императрица считает.

Полицмейстер заткнулся и голову наклонил.

– Заводчика этого, Селянинова, проверить еще раз стоит, – вмешался Сторинов. – На одного котенка у него лицензия, а вдруг всех решил заграбастать. На балу, говорят, он мзду немалую обещал тем, кто ему котят уступить согласится. Сам-то он залу не покидал, но мало ли, кого нанял.

– А и проверь, – просопел полицмейстер. – Версия стоящая.

На том, раздав ценные указания, заседание господин Жимаймо завершил.

Андрей поискал глазами градоправителя, но не нашел. И когда только сбежать успел?

– Ты Осокина не видел? – спросил Ланского.

– Ушел он. Полицейское расследование не по его части.

– Ну вот! Теперь придется его искать, чтобы адрес этого фон Пальма выяснить, - огорчился Звягинцев. – Вы хоть что насчет открытия города решили?

– Посты оставят, проверять всех станут, но выезд лучше разрешить, ты прав.

– Ну и правильно, - кивнул Андрей.

А на выходе из здания ждал его раскрасневшийся доктор Григгер, переминался, топтал галошами снег.

– Андрей Ильич, уважьте старика! – кинулся он к Звягинцеву.
– Вы ж знаете о моих литературных экзерсисах. А тут такая знаменитость штартанская, фон Пальм этот. Вы ж, верно, на балу с ним познакомились? Осокиным он туда был зван, я слышал. А уж так хочется опытом поделиться и этими новомодными веяниями.

– Так сходили бы вы к дамам в клуб, – брякнул Андрей. – Они тоже эту штартанскую знаменитость к себе залучить хотят, жена полицмейстера в особенности.

– К дамам? – покраснел милейший доктор. – А знаете, – оживился вдруг, – это мысль. А собираются они в библиотеке?

Тут Звягинцев вспомнил, что в библиотеке работает начитанная мать Клюевой Марины. Верно, она эти встречи и организует. Ладно, будет им всем этот штартанище.

– Я как раз с ним побеседовать должен, - сжалился над стариком сыщик. – Как адресок раздобуду, вам передам. Сегодня же.

Григгер ускакал обнадеженный, бодрый, как воробушек. А Андрей устало побрел отлавливать Осокина, уж, верно, у градоначальника должен был быть адрес этой иностранной Пальмы. Тем более что и допросить писателя стоило, как-то на балу он мимо Андрея проскочил.

Сыщик шел, глядя себе под ноги, изредка оскальзываясь на утоптанному снегу. Солнце сияло. Пахло морозцем и пирогами. Мимо проходили, фланируя, прохожие, неслась толпами молодежь. Смех и звонкие выкрики привлекли внимания Андрея. Он вышел из прострации и вдруг увидел Марину в белой шубке и шапке с заячьими ушками, раскрасневшуюся, веселую. Она поскользнулась, и ее подхватил под руку… княжич, Михаил, или, как его называли на кастанийский манер, Мигелито. День тут же перестал Андрея радовать.

В приемной градоначальника работали, хотя в углу и притулилась наряженная елочка, и пахло хвоей и свежей выпечкой. Секретарь отыскал и дал Звягинцеву адрес гостиницы, в которой остановился штартанский писатель. Судя по всему, фон Пальм преуспевал. Цены в этой гостинице были невероятные, сопоставимые с Китежскими. Если не выше.

Андрей уже собирался направиться туда ловить писателя, но подумал, что надо хоть узнать, чем тот славен, чтобы завязать разговор. Писатель – библиотека – Клюева. Цепочка выстроилась сама собой. И он решил посетить мать Марины, чтобы расспросить ее о книгах этого штартанца. Да и Клюева все же его помощница. Дела о похищении котят визит в библиотеку и сбор информации касается лишь вскользь. Вот пусть и поработает.