Чтение онлайн

Я опустилась на землю, привалилась спиной к забору, и лишь на секунду закрыла глаза, чтобы в следующее мгновение оказаться уже закутанной в пропахшую мятой куртку.

***

В центре большой комнаты в круглом очаге горел огонь. Потрескивал на сосновых поленьях, ласкал бока пузатого медного чайника. Подступы к очагу чернели крупным камнем, а пол устилала светлая шлифованная доска. Вдоль стен располагались низкие широкие диванчики со множеством разноцветных подушек и такие же приземистые столики. Сами стены — тоже деревянные — были украшены гобеленами в оттенках белого, серебристого и светло-зеленого. Изображенные на них картины были призваны радовать глаз и умиротворять: никаких батальных сцен, сплошные горные пейзажи, водопады, одинокие лодочники посреди туманных рек и меланхоличные парочки в увитых плющом беседках.

С дощатого потолка, укрепленного массивными балками, свисали шесть оранжевых, похожих на тыквы светильников. Ни один из них не использовался по назначению. Все освещение в комнате ограничивалось огнем в очаге. Дым единой струйкой поднимался к изящной трубе, спроектированной так, что она не нарушала гармонии комнаты, а вписывалась в нее и при беглом взгляде была незаметна.

На одном из диванчиков, завернувшись в цветное покрывало, спала Меру. Ее можно было узнать лишь по волнам черных волос, занимавшим большую часть дивана. На другом храпели Кот и Вилли, на третьем, прислонившись спиной к стене, сидел Илам, он тоже, вроде бы, спал, по крайней мере, глаза были закрыты.

Поленья тихо потрескивали, в воздухе кружились запахи дыма и травяного чая. Под курткой было тепло и уютно, но сон уже отступил. За пределами комнаты раздались тихие шаги. Двери бесшумно разъехались, явив задумчивого Рэнса.

— С добрым утром, — ухмыльнулся он, заметив, что я не сплю, — точнее, вечером. Уже стемнело.

— Как ты догадался?

— Посмотрел на небо! — Он деланно округлил глаза.

— Да я о хозяйке. О том, что она ненастоящая.

У меня все еще стояло перед глазами ее лицо за миг до того, как паразит рассыпался миллионом стеклянных шариков. На долю секунды я подумала, что Рэнс ошибся. И до сих пор эта заноза сидела в моем затылке и противно ныла. Ну не привыкла я видеть, как женщинам в грудь втыкают вальхоровые пруты!

Рэнс уселся на диван рядом со мной, поскреб затылок.

— Их было слишком много. Паразитов. Гора давно запечатана. Все, что можно, они сожрали. Даже авантюристы сюда давно не совались. Так с чего бы им плодиться в таком количестве? Они ведь как действуют? Если питаться нечем — начинают пожирать друг друга, пока не останется один. Самый сильный и хитрый. Он закукливается и ждет лучших времен. Примерно также было и в Ренаторе. Там тоже остался один, самый сильный. И точно также он мог принимать человеческое обличие. Только этот еще и сеть свою раскинул, чтобы самому не бегать. Очень удобно, когда ужин приходит прямо к столу.

— И ты ни секунды не сомневался?

— Знаешь, они все ж-таки паразиты. Существа примитивные. Могут, конечно, забраться в разум, создать нужный образ, запутать. Но, все равно, недостаточно умны, и с драконами дела не имели. — Он поднялся, снял кипящий чайник с крюка, разлил кипяток по глиняным стаканам, один подал мне, второй оставил у себя, согревая ладони. — Последний раз я видел госпожу Ан-Чирон сто двадцать лет назад. И уже тогда ей было за сотню. Выглядела она, кстати, точно также как сегодняшний перевертыш. Канги живут дольше людей, как и прочие оборотни, но не настолько долго. Паразит увидел образ, но не понял, что тот давно покрылся плесенью. Разумеется, едва я ее увидел, понял, что мы попали в гнездо. Так что, нет. Я не сомневался.

Он уставился в огонь. Яркие блики плясали в расширенных черных зрачках. Радужка превратилась в едва заметный голубой ободок.

— Почему она назвала тебя оборотнем? Кафлас — это ведь оборотень?

Рэнс усмехнулся, перевел взгляд на меня. Зрачки уже приняли привычный вид.

— Обычно драконы имеют только две ипостаси. У меня же они ограничиваются только размером. В мышь я, конечно, обратиться не смогу.

— Выходит, ты необычный дракон?

— В каком-то смысле. Но, на самом деле, у многих из нас свои особенности. Кто-то может плеваться не только огнем, но и, например, ядом, кто-то повелевает стихиями. Вариантов полно. С добрым утром.

Илам, не меняя позы, следил за нашим разговором.

— Простите. Я не подслушивал. Просто не хотел мешать.

— А мы и не секретничали, — пожал плечами Рэнс. — Кстати, о секретах. Ты хороший боец. Служил в княжеском войске?

— Все бинти хорошие бойцы, — равнодушно ответил Илам, но в глазах вспыхнули огоньки. — Я лишь один из многих.

Рэнс только хмыкнул в ответ, отхлебнул, наконец, чая.

Кот забормотал во сне. Дракон поднялся, отставил стакан и легонько пнул мага носком ботинка в подошву.

— Подъем, Котяра! Настало время веселья!

Маг буркнул в ответ какую-то бессмыслицу и перевернулся на другой бок.

— Игнорирует, поганец, — пожаловался дракон, и вдруг подхватил его, взвалил на плечи, как коромысло, и поволок вон из комнаты.

Напуганный спросонья, Кот орал и отбивался, а Рэнс только громогласно хохотал. Вилли подскочил на диване, но сообразил, что опасности нет, и, ухмыляясь, потянулся. Меру вылезла из своего кокона, хмуро огляделась и побрела за шумными парнями. Мы двинулись следом.

Поместье госпожи Ан-Чирон было огромным. Мы заняли одну из полусотни гостевых комнат.

Длинный темный коридор с десятком раздвижных дверей, способных свести с ума человека, страдающего клаустрофобией, вывел нас в просторную пустую прихожую. Дракон зажег тут несколько тыквообразных ламп.

Прямо, за освещенной комнатой темнел коридор, ведущий в купальни, высокие двери справа открывались на улицу, в один из внутренних дворов. Тут, за заборчиком, отделенные друг от друга скоплениями невысоких скал, располагались природные бассейны. Над поверхностью воды поднимался пар. Оранжевый свет ламп захватывал лишь часть двора и кусочек ближайшего бассейна.

В нем уже отмокал взъерошенный Кот. Оказался он там, разумеется, не по своей воле. Виновник внепланового купания, почти невидимый в темноте, беззастенчиво хохотал на берегу, но стоило ему на секунду отвлечься, как мстительный маг провернул свой любимый фокус, оставив дракона в одних носках. Куча одежды отправилась в воду, туда же сиганул не ожидавший такой подставы Рэнс. Теперь хохотал Кот, но недолго. Месть в виде горы темных мускулов настигла его и едва не утопила.

— Котяра, ты охренел? — ревел дракон. — Тут же девушки!

— Ты первый начал! — булькал притопленный маг.

И вот этому человеку, то есть дракону, двести семьдесят с хвостиком лет?! Ну да, ну да… Мы с Меру переглянулись. Она равнодушно махнула на шутников рукой и уселась на дощатый порожек, взъерошенная, как воробей.

— Рэнс, отпусти его! — не выдержала я. — Тут темно, мы ничего не видели. И он прав, ты первый начал, сам виноват!

Дракон послушно отступился.

— Не смешные у тебя шутки, Котяра.

— А у тебя, прям, обхохочешься, — буркнул маг, сдирая мокрую одежду. — И что мне теперь, тоже голышом ходить?