Чтение онлайн

Одна (условно первая) группа: животные, символизирующие бога Луны, у хаибри - Сина (с этой эпифанией бога-отца соотносятся библейские "Цаваот" и "Йаhуве" (месопотамская компонента прототипа образа Господа Бога (см. "Исход евреев из Египта"), - бык (телец), овен (баран - священное животное Сина (Цаваота)) и ягнёнок (агнец). Такой набор жертвенных животных представлен, в частности, у пророка Михея (6.6-7): "С чем я предстану пред Яхве (Йаhуве), преклонюсь пред Богом Вышним? Предстану ли пред Ним со всесожжениями, с тельцами годовалыми? Не хочет ли Яхве тысячи овнов, мириады потоков елея? Не дам ли я моего первенца за мое преступление, плод моего чрева за мой грех?" (который (первенец) будет "замещён" агнцем).

Другая группа жертвенных животных: козёл и козлёнок (агнец), рыба - высвечивает об-раз бога Абба (общесем. "Абба" - родоплеменной бог ха-ибири из многочисленного племени "Авраам"; который ("Абба") отождествлён ещё протоаккадцами с богом Энки/Эа и нередко именовался и "черноголовыми" как "Отец").

Помимо хорошо известного образа "рыбокозёл" (или посто "козёл", - см. шум. картин-ка: "козёл, стоящий в кустах" (на задних ногах)), бог Энки (в убейд. прошлом - Двуединое божество) представлялся и как полумужчина-полурыба (он и "рыбокозёл", поскольку амби-валентен). Примечательно, что слуга и посланник Энки бог Кулулу тоже представлялся в виде рыбочеловека.

Весьма показательно, что богиня Нанше, дочь Эа/Энки, считалась, в частности, и покровителем рыбной ловли (написание её имени включает в себя знак рыбы (что означает и плодовитость богини)). И, вероятно, поэтому в книге "Товит" (8,3) рассказано, что ха-ибири Товий в свою первую брачную ночь, опасаясь злых демонов (и, в частности, Асмодея), а также моля о зачатии сына, взывает о помощи и содействии к своему личному (и родоплеменному) богу Абба/Энки, и, видимо, заодно к его дочери (т.е. Товий - хаибири из племени "Авраам" ("Отцы Авраама")): ибо он положил в курильницу печень и сердце рыбы и курил ими всю ночь (быть может, желая также увидеть и вещий сон о своей будушей семейной жизни, который ему ниспошлёт и растолкует Нанше, как богиня предсказаний и толковательница снов). Заметим, что Энки, не только в качестве бога-отца "курировал" "животное" плодородие (зачатие), но как личный бог Товия должен был создать и вложить его супруге семя для продления рода.

Таким образом, в силу скотоводческо-кочевой месопотамской традиции рыба у древних евреев, преимущественно, соотносилась с культом Абба (Энки/Эа), богом вод царства Шу-мера и Аккада (у ханаанеев, по-видимому, рыба соотносилась с Великой Асират морской). Небходимо отметить, что "Агада" и библейская традиция (возможно, связанная с воспоминанием об образе богини Нанше, либо сложившаяся в Ханаане в силу ассимиляции хаибири), усматривают в рыбе и общепринятый раннеземледельческий символ плодовитости (изобильного материнства). Так, в некоторых еврейских общинах Северной Африки и по сей день бытует обычай бросать рыбу к ногам жениха и невесты (согласно символике, таким образом (одновременно) возносится моление и о "животном" плодородии жениха (апелляция к Энки о зачатии), и о изобильном материнстве (плодовитости) невесты (апелляция к либо Нанше, либо к Асират, как к богине-матери)).

Любопытно (воззрения индоевропейцев), что в Мегарене жрецам Посейдона надлежало самим съесть всю жертвенную (принесенную в дар богу) рыбу (А.И. Зайцев. 2005). Вместе с тем, судя по сообщению Секста Аврелия у древних римлян не каждый из жрецов, участвующих в жертвоприношении, "был допущен до вкушения священных остатков от жертвы" (в этой части практиковалась даже почётная наследственная преемственность).

Очевидно, что в соответствии с возникшей в палеолите/мезолите магией символики, животные двух рассмотренных выше групп использовались преимущественно при отправлениях культа мужской ипостаси Двуединого божества (бога-отца, а затем и его эпифаний), и в общем случае могут считаться составляющими единую группу.

Третья (очерёдность условна) группа животных, птиц и растений, в основном, являлась (по сакральной принадлежности) приношением Великой матери, богине Неба, и обычо ис-пользовалась при отправлениях её культа, либо культа её эпифаний, а затем (позднее) и культов богов, "генетически" соотносимых с небом, в т.ч. и солярных.

В культовой практике древних евреев птицы обычно связывались с плодородием утро-бы: "как птица... улетит... ни рождения, ни беременности, ни зачатия (не будет)" (Ос.9.11). На свадебном пиру (в застолье) у евреев жениха и невесту специально кормят птицей. "Женщина, достоверно перенесшая пять родов, приносит одну жертву (одну пару голубей) и участвует в жертвенной трапезе". (Галаха). При раскопках города Лагаша обнаружена статуэтка шумерского демона (ХХII-ХХI вв. до н.э.) с жертвенным голубем в руках (51. Рис27). Исидор Севильский писал о голубях следующее: "Древние называли голубей "ве-нериными птицами", потому что они... любовно целуются" ("Этимологии или Начала", п.38). То же (в части плодовитости) относится к рыбе, свиноматкам, черепахам и лягушкам (так, найдено каменное изображение черепахи, датированное 37 тыс. до н.э.).

В одном из хеттских ритуалов говорится: "На третий день... царица приносит в жертву богине Солнца города Аринна [Камрусепе] одну тучную корову и восемь овец". Обычно в дар женскому божеству и приносился "женский" набор животных, нередко соповождаемый соответствующей числовой символикой (числа 3, 4, 8). Так, кельтской богине неба Бригит (как и позднее мужским божествам Неба (в частности, Ану), громовержцам (к примеру, Та-ранису) и солярным богам (например, Атум-Ра)) приносились в жертву белые быки (Гере же преимущественно - молодые, белые, коровы). Жертвы, приносимые в дар хтонической эпи-фании Великой богини, также были строго регламентированы (в частности, по цвету). Со-гласно Гомеру, Гее, ассоциируемой с римской Церерой (соответствовующей в свою очередь греческой Деметре), в жертву приносился черный ягнёнок (а богиням Мориган и Исиде - чёрные свиньи (Персефоне приносились в дар чёрные коровы (телицы)). Жертвовались Ве-ликой богине и "небесные, солнечные" олени. Так, олени приводились в месопотамский храм бога Ашера (Ашер (Асир)-Ашера (Асират) - здесь расщепление либо имени Единого бога, либо (что здесь более вероятно) определённого комплекса его проявлений (эпифаний)).

Традиция отправления культа Великой матери просматривается и в жертвенном наборе следующего индуистского обряда: когда ребенку исполнялось шесть (2 по 3) месяцев, ему давали съесть горсть кушанья, состоявшего из мяса (видимо, самки какого-либо животного или птицы), рыбы и риса, смешанного с творогом, медом и очищенным маслом (все пречис-ленные ингредиенты блюда в данном, по-видимому, охранительном ритуале, связаны с культом Великой богини (здесь как владычицы жизни)). При этом очищенное масло выливалось в огонь (что показательно) и зачитывались гимны из вед (М. Эдвардс "Древняя Индия. Быт, религия, культура". 2005).

Обряд принесения в жертву (белого или чёрного) быка хорошо представлен на одной из фресок саркофага (ок. 1400 г. до н.э.) из Айя-Триады (Крит). Здесь, рядом со святилищем (в тексте перевода кн. В. Буркерта ("Греческая религия". 1977) - "древесным святилищем (не деревянным)"), образуемым несколькими деревьями (т.е. небольшая роща (показательно, что китайский иероглиф "лес" состоит из трех знаков "дерево"); а у Гомера - "роща его (в temenos) и алтарь благовонный"), - стоит двойной топор (лабрис - эмблема богини Неба), на котором сидит (богиня-)птица. Вверху фрески показаны корзина с плодами/хлебами (види-мо, дары) и сосуды для возлияний. Перед сидящей на лабрисе птицей (т.е. перед самой богиней) находится алтарь, к которому обеими руками прикасается (возлагает руки) жрица (тем самым принося себя в жертву) в одежде из шкур (медведя?). Очевидно, что это святилище - храм Великой богини, которая сама (в облике птицы) присутствует на жертвоприношении (т.е. это - критская "Владычица"), что свидетельствует о незаурядности данного мероприятия (изображение коровы перед алтарем либо оленя на алтаре (Карл Блеген) также символизировало присутствие Великой богини). Несколько позади алтаря, на жертвенном столе, лежит только что закланный бык, из перерезанного горла которого струится кровь, стекая в сосуд (в жертву богине плодородия приносилась неистощимая плодоносящая сила быка, отображающего бога земли). Невдалеке (как показано на фреске) стоят "в торжественных позах" пять женщин (скорее жрицы, чем одополая паства). Данный обряд (носящий хтоническую окраску) сопровождался звуками флейты (показан флейтист).

Известно, что у шумеров города Ура в месяц ниссану происходили праздники, один из которых (вероятно, доставшийся им от убейдцев) - "Принесение первого ячменя барану". У шумеров баран - священное животное бога Сина (постнеолитическая эпифания бога-отца), и принесение жертвы барану казалось бы адекватно у "черноголовых" дару самому богу Сину, как проявлению бога-отца. Однако приношение в виде снопов первого ячменя, как и первых плодов - дары божеству растительного плодородия (заметим, что Син почитался в Уре и как местный бог плодородия). Следовательно, в Уре существовало двойственное отношение (в зависимости от обстоятельств) к богу Луны, поскольку выявляется и его восприятие в качестве проявления раннеземледельческой богини-матери плодородия (отсюда и набор даров).

Подобное архаическое представление сохранилось и у египтян, но относительно Солнца. Так, Тутмос IV принёс в жертву богу Хормаху (Гор в световом круге, - солнце, стоящее в зените) цветочные семена. На одной из картин, нарисованой на храмовой стене, представлен фараон, приносящий в дар солярному богу плоды и цветы (48.). На торжестве (эхнатонизм в расцвете) по поводу назначения царедворца Мери-Ра верховным жрецом бога Атона (Атон - триединое божество "Ра-Горахте-Шу"), изображённого в гробнице этого вельможи, показано, что на высоком алтаре главного храма города Ахет-Атона лежат куски птицы, овощи, фрукты и цветы в окружении бронзовых сосудов, наполненных горящим маслом (все перечисленные выше дары - приношения, соотносящиеся с культом архаичной Великой богини).