Чтение онлайн

23 мая 2009 года Но Му Хён (Roh Moo-hyun, 1946–2009), девятый президент Южной Кореи, разбился насмерть, спрыгнув с сорокапятиметровой скалы за своим домом в деревне Понхва. В своем компьютере он оставил предсмертную записку, в которой извинялся за то, что обременил корейский народ связанным с ним коррупционным скандалом. Его преемник, Ли Мён Бак, неотступно следовал за Но на всем протяжении его президентства, сводя на нет любые его достижения — от усилий по примирению с Северной Кореей до пресечения регионализма и защиты меньшинств. Ли старался очернить репутацию своего соперника, натравив на него и его семью группу прокуроров и консервативные СМИ, что и подтолкнуло Но к краю пропасти.

Хотя оба мужчины были выходцами из бедных семей, политическая карьера Но как адвоката по правам человека оказала значительное влияние на его президентство. В ходе президентских выборов 2002 года пользователи сети создали онлайн-клуб сторонников Nosamo (Люди, которые любят Но Му Хёна), который помог ему одержать победу. Но Му Хён получил широкую общественную поддержку благодаря добровольному сбору средств и предвыборной агитации граждан. Когда еще один кандидат Чон Мон Чжун (Jeong Mongjun) отказался поддержать Но в ночь перед выборами, об этом незамедлительно сообщила интернет-газета OhmyNews. 570 000 человек прочли эту статью и распространили ее при помощи онлайн досок объявлений и мобильных телефонов, призывая людей принять участие в выборах. Неожиданная победа Но Му Хёна наделила политическим влиянием представителей «Поколения 386», которые были активными участниками студенческих демонстраций против авторитарных режимов и сторонниками более примирительной позиции по отношению к Северной Корее. Сторонников Но также вдохновляло его стремление положить конец региональной вражде (давнему ожесточенному соперничеству между юго-западным (Хонам) и юго-восточным (Йоннам) регионами Республики Корея), возникшей в результате неравномерного экономического развития. Йоннам при президенте Пак Чон Хи превратился в крупный промышленный центр, а Хонам переживал застой.

Переход власти к Но Му Хёну прошел гладко при полной поддержке предыдущего президента, Ким Дэ Чжуна. Прозвище «Каменный Боб» как нельзя лучше подходило новому президенту — невысокому, но жесткому человеку, у которого не было средств на учебу в колледже. В 1960 году Но участвовал в студенческом бойкоте против написания обязательных эссе, восхваляющих диктатора Ли Сын Мана. Он перебивался случайными заработками, готовясь сдать экзамен на адвоката (в Южной Корее не требуется, чтобы экзаменуемые окончили университет или юридический факультет), и впоследствии преуспел в качестве судьи и адвоката по правам человека, который защищал студентов-активистов от авторитарного государства. В 1988 году он судил членов хунты, причастных к массовому убийству мирных жителей в Кванджу. И наконец в 2002 году Но Му Хён с минимальным перевесом победил Ли Хо Чана (Yi Hoechang) и стал девятым президентом Южной Кореи.

Но Му Хён продолжал придерживаться политики «солнечного тепла» Ким Дэ Чжуна даже под градом критики со стороны США и консервативных групп. Несмотря на дерзкие провокации Севера, такие как проведение ядерных испытаний и запуск баллистической ракеты «Тэпходон-2» в 2006 году, Но Му Хёну удалось усадить обе Кореи за стол переговоров и договориться о реализации ряда проектов в сфере экономического сотрудничества в ходе второй встречи на высшем уровне с Ким Чен Иром в 2007 году. КНДР согласилась продолжить дискуссию о примирении и налаживании более тесных экономических отношений. Несмотря на все свои достижения, включая превращение Южной Кореи в десятую по величине экономику мира (с номинальным ВВП на душу населения более 20 000 долларов), Но Му Хён, тем не менее, столкнулся с угрозой импичмента в 2004 году. Оппозиционные партии обвинили его в неэффективном управлении экономикой и нарушении закона о выборах. Эти необоснованные обвинения запятнали репутацию Но, хотя Конституционный суд полностью оправдал его и вернул к власти.

Преемник Но Му Хёна, Ли Мён Бак (Lee Myung-bak, 1941 г. р.), обвинявший президента в коррупции и непотизме, сам был воплощением тех самых пороков и увел страну с пути политических реформ. В декабре 1978 года Ли Мён Бак, в то время генеральный директор компании Hyundai Engineering & Construction, и его небольшая группа по изучению Библии (многие члены которой проживали в жилом комплексе Hyundai Apartment в элитном районе Сеула Апкучжон-дон) помогали строить Пресвитерианскую церковь Соманг. Ли составил план отсрочки платежей и предложил построить церковь, пообещав свести общие затраты на строительство к минимуму. Став членом Национального собрания Республики Корея в 1992 году, он в течение трех лет работал добровольным помощником на шестичасовой утренней службе в церкви, чтобы познакомиться с шестьюдесятью тысячами ее членов и стать старейшиной. После избрания на пост президента Южной Кореи, Ли пристроил на работу в администрацию так много своих знакомых, что аббревиатуру SKY, обозначающую Сеульский национальный университет, Университет Корё и Университет Ёнсе (Seoul National University, Korea University, Yonsei University), три самых престижных вуза Республики Корея, стали в шутку применять для обозначения администрации Ли Мён Бака: его пресвитерианской церкви Соманг, Университета Корё и региона Йоннам (Somang, Korea University, Yeongnam). Ли беззастенчиво назначал профессоров из своей альма-матер на ключевые посты и предлагал должности в регионе Йоннам лицам, имеющим отношение к его родному городу. В регионе Йоннам традиционно проживали самые стойкие консервативные лидеры страны, тогда как в западных областях, таких как Хонам (район рисовой чаши), преобладали прогрессивные кандидаты. Склонность Ли опираться на «своих людей» привела к разгулу непотизма и кумовства в правительстве, которые пытался искоренить его предшественник Но Му Хён.

Успех Ли Мён Бака был обусловлен его деятельностью в сфере благоустройства городской среды. Одержав победу на выборах мэра Сеула в 2002 году, Ли инициировал проект под названием «Озеленение», включавший в себя восстановление ручья Чхонгечхон — водного пути, над которым он проложил надземное шоссе в 1968 году, когда работал в компании Hyundai Engineering & Construction. Проект Ли по реконструкции города, заменивший промышленную инфраструктуру совершенно новым ландшафтом, обошелся правительству Сеула более чем в 900 миллионов долларов и потребовал ежедневной закачки более 120 000 тонн воды из реки Ханган и других источников. Ли Мён Бак одобрил создание Сеульского лесопарка и восстановление травяного поля перед мэрией Сеула, где можно было бы устраивать различные мероприятия для жителей города. Администрация президента также организовала систему скоростного автобусного транспорта 130 , что позволило компаниям разделить прибыль от всех маршрутов и одновременно решить проблему пробок в Сеуле. Эти довольно спорные проекты городского благоустройства, включая строительство пяти «новых городов» в двадцати километрах от Сеула, чтобы улучшить условия жизни малоимущих граждан, привели Ли Мён Бака, получившего прозвище «Бульдозер», к победе на следующих президентских выборах.

Одним из главных предвыборных обещаний Ли было так называемое «обещание 747», названное в честь самолета Boeing. Он обещал семипроцентный ежегодный экономический рост, увеличение дохода на душу населения до 40 000 долларов и утверждал, что за десять лет южнокорейская экономика станет седьмой по величине в мире. Несмотря на все сладкоречивые заявления, средний рост экономики Южной Кореи за все время президентства Ли Мён Бака не превышал 2,9 %. Более того, он оказался втянут в описанный ниже скандал, обусловленный сомнениями населения в безопасности пищевых продуктов, что подорвало его авторитет как лидера.

27 апреля 2008 года, всего через несколько месяцев после вступления Ли Мён Бака в должность, в эфир вышло очередное журналистское расследование программы PD Sucheop (букв. «Блокнот продюсера») под названием «Не заражена ли американская говядина коровьим бешенством?», вызвавшее массовые антиправительственные протесты. Демонстранты поставили под сомнение мотивы Ли, снявшего запрет на импорт говядины из США, после того как в 2003 году там была зафиксирована вспышка губчатой энцефалопатии крупного рогатого скота (ГЭКРС), более известной как коровье бешенство.

1 июня 2008 года, когда число протестующих достигло нескольких десятков тысяч человек, полиция забаррикадировала прилегающие к Голубому дому улицы полицейскими автобусами и грузовыми контейнерами. Школьница-подросток с зажженной свечой стала символом протеста против американской говядины. Люди, выступавшие за введение запрета на ввоз сомнительного мяса, устраивали ночные шествия со свечами. Посредством текстовых и мгновенных сообщений протестующие излагали свои претензии и распространяли брошюры под названием «анти-2MB» (2MB — предполагаемый объем мозга Ли Мён Бака: два мегабайта). Демонстранты надевали костюмы коров (по всей видимости, бешеных) и маски из фильма «V — значит вендетта» (V for Vendetta, 2005). На митинг, состоявшийся 10 июня, пришло более восьмидесяти тысяч человек. Подняв свечи к небу, они требовали пересмотреть Соглашения о свободной торговле (ССТ) с США. Все это привело к массовой отставке членов кабинета Ли Мён Бака, включая премьер-министра.

В телевизионном расследовании приводились результаты исследований профессора Университета Халлим, который ошибочно утверждал, что корейцы в два раза больше подвержены риску заражения ГЭКРС при употреблении импортируемой из США говядины из-за гена, который встречается у 94 % местного населения. Необоснованные слухи распространялись, как лесной пожар, вызывая тревогу по поводу безопасности подгузников, лапши быстрого приготовления, косметики и других продуктов, которые могли быть заражены коровьим бешенством. Получив жалобу, Министерство сельского хозяйства поручило прокуратуре расследовать искажения фактов, допущенные программой PD Sucheop, и факт подстрекательства к гражданским беспорядкам. В июне 2009 года были предъявлены обвинения четырем продюсерам и одному сценаристу, однако неутихающие протесты вынудили правительство Ли провести переговоры о внесении в Соглашение о свободной торговле с США поправки об ограничении поставок мяса молодняка, хотя оно и не представляло опасности, поскольку телята маловосприимчивы к ГЭКРС. Фиаско с коровьим бешенством привело к тому, что рейтинг общественного одобрения Ли Мён Бака опустился ниже 20 %.

Куда большего успеха Ли добился на поприще продвижения корейского макколи. Этот неочищенный, слегка газированный, резко пахнущий напиток молочного цвета из ферментированного риса долгое время считался брагой для бедняков, поскольку вызывал сильную головную боль, хроническую отрыжку и жуткое похмелье. Хотя макколи стоил дешевле бутылки воды, он быстро превратился в прибыльную отрасль (принесшую 240 миллионов долларов в 2008 году и около 300 миллионов долларов в 2009 году). По данным корейской таможенной службы, экспорт этого напитка (в основном в Японию) из года в год неизменно увеличивался. В 2009 году Институт экономических исследований Samsung 131 объявил макколи южнокорейским товаром года, в рейтинге популярности он опередил таких фаворитов, как ЖК-телевизор, фигуристку Ким Ён А и гёрл-группу Wonder Girls, и был назван новым важнейшим культурным экспортным продуктом Южной Кореи.