Чтение онлайн

– У меня своя жизнь. Как и у моей матери. Мы с отцом едва знали друг друга.

– Едва знали?
– изумился Бретт. Он не был особенно близок с собственными родителями, но знать он их знал. Это точно.

– Почти до самой смерти он жил в Гнезде - это город километров за десять отсюда, - пояснила Скади.
– И за все это время я ни разу его не видела.
– Она вздохнула.
– Незадолго до смерти отец как-то пришел к нам ночью и говорил о чем-то с моей матерью. Не знаю, о чем они беседовали, но после его ухода мама была в ярости.

Бретт задумался. Ее отец владел и управлял огромным богатством - и большей частью морянского общества. Наверху состояния, подобные состоянию Райана Ванга, находились в собственности семей или целых родов, но одному человеку не принадлежали никогда. Коллективная собственность охранялась законом.

– Он контролировал большую часть вашей островной промышленности, продолжила Скади, и кровь прихлынула к ее щекам.
– Почти все он заполучил при помощи взяток. Я знаю, потому что слышала, а когда он погиб, я залезла в его комм.

– Расскажи мне о Гнезде, - попросил Бретт.

– Это город, где живет очень много островитян. Там было первое поселение после войны клонов. Слыхал об этом?

– Да - кивнул Бретт.
– Так или иначе, но все мы произошли оттуда.

Стоя в темном коридорчике, ведущем в кабинет Райана Ванга, Уорд Киль прислушивался к их беседе. Порой он порывался вмешаться в разговор и потребовать от этой молодой женщины кое-каких объяснений. Но она говорила так грустно, что судья всякий раз сдерживался. Наконец он не выдержал:

– А эти островитяне из Гнезда работали на твоего отца?

– Некоторые - да, - ответила Скади, не оборачиваясь.
– Но ни один островитянин не занимал высокого положения. Они находятся под контролем правительственной службы. По-моему, за это отвечает посол Алэ.

– Мне кажется, что возглавлять службу по делам островитян должен островитянин, - заметил Бретт.

– Алэ и мой отец собирались пожениться, - объяснила Скади. Политическая сделка между двумя семьями... для морян это уже история.

– Твой отец и посол объединили бы правительственную власть и пищевую промышленность под одним одеялом, - сообразил Бретт. Эта догадка пришла ему в голову так неожиданно, что он испугался.

– Все это дела минувшие, - грустно сказала Скади.
– Теперь она, вероятно, выйдет за ДжиЛаара Гэллоу.

Бретт молчал. Он видел мрачную растерянность в глазах девушки и понимал, что ее гнетет вынужденная необходимость быть пешкой в игре без правил.

Уорд Киль по-прежнему стоял в темном коридорчике и размышлял. Он вышел из кабинета Ванга раздосадованный. Вроде в комме было все, что нужно, - и о переходе контроля над планетой из одних рук в другие, и о медленной, но верной концентрации власти, и об усилении обособленности морян и островитян. В памяти всплыло словечко из Анналов: национализация. Почему же у него возникло чувство, будто он что-то потерял?

"Суша будет восстановлена".

"Начнется новая жизнь".

"Вот почему Корабль даровал нам Пандору".

"Нам - морянам, а не островитянам".

Киль машинально сглотнул, и у него заболело горло. В основе всего лежал проект "Келп", который реализовался уже настолько, что его нельзя было приостановить или свернуть. Напротив, проект был ускорен. Оснований было более чем достаточно. Комм покойного Райана Ванга заполнен этими основаниями: если келп не поможет, два солнца будут все сильнее взламывать кору Пандоры, и постоянные землетрясения и извержения вулканов сметут все с ее поверхности, как много поколений назад.

Лава создавала криволинейные подводные платформы. Моряне воспользовались этим при выполнении проекта. Последняя водяная стена была вызвана вулканической деятельностью, а вовсе не гравитационными возмущениями моря Пандоры.

– Хотел бы я посмотреть на это Гнездо и на живущих там островитян, заговорил Бретт.
– Возможно, туда нам и следует отправиться.

"Устами младенца..." - подумал Киль.

– Там нас запросто отыщут, - покачала головой Скади.
– Тамошняя служба безопасности не то что здесь - нагрудные значки, документы всякие...

– Тогда надо удирать наверх, - сказал Бретт.
– Судья прав. Он хочет, чтобы мы рассказали островитянам обо всем, что здесь творится.

– А что здесь творится?
– спросила Скади.

– Пандора меняется - физически, политически, социально, - сказал Киль, выходя из коридорчика.
– Вот что творится. Жить по-прежнему скоро станет невозможно - и наверху, и внизу. Я думаю, что отец Скади мечтал о великих свершениях, о преобразовании Пандоры, но кто-то перехватил его мечту и сделал ее кошмаром.

Киль остановился, глядя на двух молодых людей. Те испуганно смотрели на судью.

"Могут ли они осознать происходящее?" - гадал Киль.
– Беззаконная алчность прибирала к рукам новую Пандору."

Скади указала на схему в руках Бретта.

– Пусковая база и станция номер двадцать два, - сказала она.
– Вот здесь! Они находятся на линии дрейфа Вашона. От них до острова сейчас не меньше дня пути, но все же...

– Что ты предлагаешь?
– спросил Киль.

– Думаю, нам удастся добраться до двадцать второй станции, - ответила девушка.
– Я там работала. А на станции я смогу определить точное местоположение Вашона.

Киль тоже посмотрел на схему. И вдруг его охватила тоска. Вернуться домой... где Джой, которая может о нем позаботиться. Ему вскоре предстоит умереть - так уж лучше умирать в привычном окружении. Уорд подавил это чувство так же быстро, как оно возникло. Спастись? У него не хватит ни сил, ни времени. Он может только держаться за эту юную парочку. Киль видел готовность Скади и решимость Бретта, взявшегося за дело. Им может повезти. Острова должны узнать о том, что происходит.

– Вот что мы сделаем, - произнес Киль, - и вот какое послание вы должны передать...

Упорство приводит к успеху.

И Цзин, из корабельных архивов

Стая диких криксов пролетела за кормой, рассекая крыльями утренний воздух. Твисп повернул голову и стал наблюдать за полетом птиц. Они сели на воду метрах в пятидесяти от лодок.

Тедж от внезапного звука сел: на лице его явственно читался страх.

– Это просто криксы, - успокоил его Твисп.

– А-а.
– Тедж привалился спиной к борту.

– Если мы их покормим, они поплывут за нами, - сказал Твисп.
– Я никогда не видел их так далеко от островов.