Чтение онлайн

– Местоположение относительно Вашона.

– Но ведь остров движется!

– Рыба тоже, а остальное не имеет значения.

Бретт склонился над датчиками, зафиксировал сигнал и отметил координаты.

– Вот твой курс, - сказал он, указывая на пеленгатор.
– Это ориентиры по солнцам или по компасу?

– По компасу.

– По допплеровскому дальномеру это пятьсот девяносто километров. Далековато!

– Семь с половиной часов пути, - ответила Скади.
– Мы можем двигаться десять часов без остановки на дозаправку. И в дневное время можем добывать собственный водород из морской воды. Но если нас догонят или не дадут добраться до заправочной станции, мы сядем на воду, как криксы.

– А они могут это сделать?

– Я уверена, что попытаются. У нас по курсу четыре станции.

– Нам понадобится горючее.

– А вдобавок они будут искать нас под водой.

– А что скажешь насчет одного из малых островов?

– Я вчера видела последний график течений. Вашон ближе всех остальных километров на пятьсот.

– Может, стоит набрать аварийную частоту и сообщить на Вашон обо всем, что нам известно? Все равно придется посылать сообщение.

– А что нам известно?
– спросила Скади, выправляя курс. Грузовоз слегка покачнулся, карабкаясь на очередную высокую волну.

– Нам известно, что верховного судью удерживают внизу против его воли. Нам известно, что погибло много островитян.

– А его подозрения?

– Это его подозрения, - ответил Бретт.
– Но не кажется ли тебе, что он имеет право быть услышанным?
– Если он прав, только подумай, что начнется, если острова попытаются вернуть его силком!

– Его убьют?
– Бретт ощутил комок в горле.

– Где-то ведь есть люди, которые убивают, - ответила Скади.
– Гуэмес тому доказательство.

– Посол Алэ?

– Сдается мне, Бретт, что Гастингс и Лонфинн приглядывают за ней, чтобы она не сделала чего-нибудь опасного для них. Мой отец был очень богат. Он часто предупреждал меня, что чужое богатство опасно для всех, кто его окружает.

– Но я могу просто вызвать Вашон и сказать, что жив и возвращаюсь... начал Бретт и тут же покачал головой.
– Нет. Для тех, кто подслушивает...

– А ведь подслушивают!
– подхватила Скади.

– Это все равно что растрезвонить нашу историю на весь белый свет, вздохнул Бретт.
– Что будем делать?

– Держать курс на пусковую базу. А вовсе не на двадцать вторую станцию.

– Но ты же сказала судье Килю...

– Если его заставят заговорить, нас будут искать не в том месте.

– Но почему именно пусковая база?

– Ее не контролирует ни одна группировка, - объяснила Скади.
– Это часть нашей общей мечты - вернуть гибербаки с орбиты, где их оставил Корабль.

– И все-таки это морянский проект.

– Целиком морянский. Вот там мы все и расскажем. И нас услышат все. И все узнают о том, что вытворяет кучка людей.

Бретт уставился прямо перед собой. Он знал, что должен благодарить судьбу за чудесное спасение. Он находился на самом большом судне из всех, что когда-либо видел, которое неслось над волнами на скорости более восьмидесяти узлов - быстрее быстрого. Но неизвестность мучила его. Киль морянам не доверял. А Скади была морянкой. Искренна ли она? И те причины, по которым она предпочла избегать радиосвязи, истинны ли? Бретт взглянул на Скади. Почему она помогла ему сбежать?

– Я вот все думаю...
– промолвила Скади.
– Если никакого сообщения не было, твоя семья сходит с ума от беспокойства. И твой друг Твисп тоже. Вызывай Вашон. Мы прорвемся. Может, все мои подозрения - просто глупость.

Бретт посмотрел в бледное лицо девушки и вспомнил, как она рыдала при виде сваленных в кучу мертвых островитян.

– Нет, - сказал он.
– Мы поплывем на твою пусковую базу.

И юноша снова уставился на морскую поверхность. Под лучами двух солнц море исходило паром. Когда в отрочестве Бретт впервые увидал остров с борта судна, в этих испарениях ему мерещились фигуры длинноусых морских драконов, гигантских мури и рыб-поскребучек. Но все они были лишь игрой отраженного от воды света. Бретт щекой ощутил солнечное тепло, и ему вспомнился Твисп - как тот сидит, привалившись спиной к борту лодки и подставив солнечным лучам волосатую грудь.

– А где эта база?
– спросил Бретт.

Скади повернула маленький верньер возле экрана. Клавиатура с цифрами и буквами засветилась изнутри. Скади набрала сначала HF-i, потом LB-1. На экране высветилось - 141.2, затем появился пучок линий, расходящихся из одного центра. Вдоль широкой дуги двигалось ярко-зеленое пятно.

– Это мы.
– Скади показала на окончание дуги.
– Мы направляемся сюда курсом один сорок один и два.
– Она кивнула в сторону циферблата с красной стрелкой, расположенного прямо на панели перед ними. Стрелка стояла на 141.2.
– И это все?

– Все?
– Скади улыбнулась.
– Да вокруг Пандоры сотни передающих станций, целый производственный и обслуживающий комплекс - и все работают для того, чтобы мы добрались отсюда сюда.

Бретт взглянул на экран. Линии перемещались, пока ярко-зеленое пятно не заняло место на курсе. 141.2 по-прежнему горело в левом нижнем углу экрана.

– Если нам понадобится сменить курс, он подаст звуковой сигнал и покажет новые цифры, - пояснила Спади.
– Он нацелен на базу.

Бретт посмотрел на воду, на след судна в волнах и подумал, как бы пригодилось такое устройство вашонскому рыболовному флоту. Солнце палило сквозь плаз, но в рубке жарко не было. Через систему вентиляции поступал свежий морской воздух. Скади Ванг была рядом, и внезапно Пандора перестала казаться Бретту опасным противником, каким он ее себе представлял. Эта жестокая планета была по-своему прекрасна.

Единая мера человечности

определяет все попытки исправить

сотворенное зло. Понять, что

сотворенное есть зло, - значит

совершить решающий шаг.

Из дневников Раджи Томаса

Тень Паниль прикрыл простыней мертвую "муть", после чего протер руки спиртом в тазике возле операционной каталки. Отовсюду слышался металлический стук - это стальные инструменты стучали о поднос. Врачи и медтехники работали молча, лишь изредка раздавались краткие команды и восклицания. Паниль посмотрел на длинный ряд таких же каталок посреди комнаты; возле каждой трудилась бригада медиков в серой испачканной кровью униформе. Лица врачей были усталыми и мрачными. Из всех оставшихся в живых только двое не пострадали физически. "Физически...
– подумал Паниль.
– А что сотворило пережитое с их рассудком... Вряд ли теперь они останутся прежними".

Давешнему пациенту не хватило крови для переливания. Медицинская служба не была подготовлена к приему такого количества истекающих кровью.

Карин Алэ сняла перчатки.

– Спасибо за помощь, ассистент, - сказала она.
– Жаль, что мы не смогли его спасти.

Одну из каталок повезли по направлению к послеоперационной палате. Паниль посмотрел ей вслед. Ну хоть кому-то повезло. Говорят, что удалось собрать несколько рыбацких лодочек. Паниль потер глаза руками и тут же пожалел об этом. Спирт! Слезы хлынули ручьем.