Чтение онлайн

— Ты шутишь? — нахмурилась я, но серьёзное выражение лица Ала говорило об обратном. Игла оказалась неожиданно тяжёлой для своего размера и обжигающе холодной, но постепенно её ледяной холод начал сменяться теплом, а затем — едва уловимой пульсацией.

— Поторопись, — с ноткой нетерпения попросил Ал. — У нас осталось не так много времени.

Нерешительно вздохнув, я выполнила его указание. Лёгкий укол, почти незаметный, и… ничего.

— И что, я должна что-то почувствовать? Озарение, прилив сил, голоса предков? — спросила я, слизывая с подушечки пальца выступившую капельку крови.

— Не ты. Это не для тебя. Это для него. — Ал задумчиво уставился на потолок пещеры. Там, наверху, звуки битвы окончательно стихли, оставив после себя лишь звенящую тишину. — А теперь спрячь её подальше, и никому больше не показывай.

— Погоди, — окликнула Ала, на всякий случай пряча иглу в нагрудном кармане куртки. — Для кого «для него»? Кого ты имеешь в виду? Демида?

Ал не ответил, внимательно вглядываясь в дальний выход из пещеры. Там, в сумраке узкого лаза, возникла тень. Сначала неясная, размытая, она постепенно обретала очертания — массивная голова, сгорбленная спина, пушистый хвост…

— Волк! — радостно воскликнул Ал, бросаясь навстречу косматому другу, совершенно забыв о нас.

Подбежав к Алу, Волк потёрся мордой о его руку, издавая что-то вроде тихого приветственного рычания, и практически мгновенно обернулся человеком, сжимая проводника в крепких объятиях. Вот уж радость от встречи…

После короткой заминки, мы двинулись вслед за проводником и Волком. Пещера постепенно расширялась, стены покрывались странными светящимися лишайниками, отбрасывающими призрачный свет. Воздух стал теплее, а запах плесени сменился ароматом хвои и смолы.

Игла в моей руке едва заметно потеплела, пульсируя всё сильнее, но никаких иных ощущений я не испытывала — только мерный ритм, будто сердце артефакта с неясными функциями билось в такт с моим.

Внезапно Волк остановился у развилки. Два туннеля — левый уходил вниз, в тёмную глубину, правый поднимался вверх, к едва заметному свету. Оборотень замер, принюхиваясь, затем решительно шагнул в левый проход.

— Почему туда? — спросила я у Ала, отчасти подозревая, что наш пушистый перевёртыш с собачьим нюхом ведёт в тёмную глубину не просто так.

— Потому что именно там выход к Прогрессу, — ответил он. — Дальше — по знакомым местам.

Внутри туннеля стены были покрыты странными руническими знаками, мерцающими в свете лишайников. С каждым шагом становилось всё темнее, но игла в моей руке начала излучать мягкий серебристый свет, освещая путь.

Елисей, идущий позади, вдруг прошептал:

— Вы слышите это?

Из мрачной глубины туннеля доносился шёпот — многоголосый, неразборчивый, но тревожный.

— Что это? — я невольно сжала рукоять меча, чувствуя, как по спине пробегают мурашки.

— Голоса прошлого, — тихо ответил Ал. — Тех, кто пытался пройти этим путём. Они не смогли. Но вы сможете.

Волк низко зарычал, словно предупреждая. Шёпот усилился, превращаясь в хор:

«…не иди… это не твой путь… ты не справишься… поверни назад… пока не поздно…»

Я остановилась, чувствуя, как страх постепенно пробирается к самому сердцу. Обычно, когда неведомые голоса вещают о неизбежном, то следовало, как минимум, насторожиться.

— Если всё это иллюзия, которая обычно не пахнет, — засомневалась я, — тогда почему Волк, с его звериным чутьём, тоже насторожился?

— Просто иди, — коротко бросил Ал, презрительно скривив губы. — Они лишь эхо. Пустые звуки, не имеющие силы. Если бы это были реальные духи, они бы хотя бы давали полезные советы: «Не наступай на третий камень слева» или «Не ешь грибы с радужным отливом». А так — просто фоновый шум.

Я сжала иглу крепче. Пульсация стала чуть сильнее, но ничего больше. Никаких знаков, никаких откровений. Шёпот постепенно стих, и впереди забрезжил свет — не тусклый, как от лишайников, а дневной.

Когда мы вышли на открытое пространство, я замерла. Перед нами раскинулись знакомые задворки Прогресса — грязные улицы, обшарпанные дома, серое, закопчённое небо над головой. Позади, где должен был находиться выход из туннеля, красовался обыкновенный, злачный переулок.

— Добро пожаловать в наш дом, — улыбнулся Ал, указывая на внушительное строение неподалёку.

Дом выглядел большим, но не заброшенным. Скорее — уставшим, но не сломленным. Стены хранили следы былого величия, но теперь лишь намекали на него: поблёкшие узоры, выцветшие гобелены, мебель, от которой осталась лишь тень прежней роскоши.

Внутри нас встретили странные фигуры — люди в потрёпанных мантиях, с настороженными взглядами и скрытыми под капюшонами лицами. Они скользили по коридорам, перешёптывались, исчезали в боковых дверях.

— Это убежище, — пояснил Ал, ведя нас вглубь дома. — Здесь я укрываю тех, кого спас от Архитекторов Порядка. От тех, кто стремится подчинить мир жёстким правилам. Кто стирает всё, что не вписывается в их «идеальный порядок». Они — безжалостные творцы нового мира.

— И много здесь таких, как они? — Елисей огляделся.

— Достаточно, чтобы это место стало последним оплотом надежды, — серьёзно ответил Ал.

Проводник остановился у массивной дубовой двери, украшенной сложной резьбой, изображающей мифических существ и древние символы. Толкнув её, он пригласил нас в просторную комнату, служившую, судя по обилию книг и свитков, библиотекой. В центре комнаты возвышался огромный стол, заваленный картами, механизмами и загадочными приборами.

Елисей с интересом рассматривал помещение, касаясь пальцами старинных фолиантов и сложных механизмов. Я же не могла оторвать взгляд от Ала. За маской праздной беззаботности, за внешней бравадой, в его глазах читалась усталость, отчаяние и вместе с тем — непоколебимая решимость.

— Присаживайтесь, — предложил Ал, жестом указав на потёртые кресла. — Здесь мы обсудим наши дальнейшие действия. Архитекторы Порядка становятся всё более агрессивными, и времени у нас немного.

— И это всё? — разочаровано протянула я, откинувшись на высокую спинку кресла, утопая в его мягких объятиях. Не то чтобы я грезила о передовой, жаждала разжечь пламя народного бунта или плести коварные интриги в запутанных играх городского самоуправления, но просто ждать… это было мучительно далеко от моих представлений.

— Твоя роль ничуть не менее важна, — спокойно возразил Ал, разливая душистый чай по тонким фарфоровым чашкам. Мою украшал предательский скол на самом краешке — это была лучшая из всех представленных.