Чтение онлайн

— Но тогда — война! Самим надо, как Сова предлагал уже… Одним нам не справиться — их в десять раз, если не более, больше. И все здоровые мужики, привыкшие убивать. А нас — четверо. Плюс Сова, он один стоит двоих. И женщины… — Стопарь чуть иронично поклонился Нате. — Кое-что умеют. Еще три бойца. Салли и Туча — пусть не обижаются, не в счет. Нам нужно найти тех, кто думает так же, как мы. И готов к войне.

Все молчали, поглядывая друг на друга с невысказанным и всем понятным вопросом — в открытую, выступить против банды, ни в поселке, ни в стойбищах, кроме нас никто не решался. Это говорило о том, что мы вряд ли найдем союзников среди этих людей. Может быть, к нам и примкнули бы Череп, да Черноног, с женой своего погибшего брата. Но этого слишком мало, для того чтобы противостоять бандитам. Паузу прервала Туча. Она хмуро разливала по чашкам мясной бульон, подавая его каждому по кругу:

— Что умолкли? А еще — мужики… Стопарь — мы для чего из поселка ушли? Чтобы жить спокойно. И ты, Салли, скажи, зачем?

— Нам быть плохо с люди Сыч…

— То-то. Понятно. Ну, так и не сидите с постными физиономиями, словно в рот воды набрали! Драться? Ну, так давайте драться! Форт укрепим, частокол поставим, как Дар предлагает. Вода у нас есть, запасов на некоторое время хватит. Если придут — что они, совсем дурачье, под стрелы да копья лезть? Посидят перед забором, да и упрутся восвояси.

— Нет, — я жестом велел ей замолчать. — Они не упрутся. Если придут — не для того, чтобы гибнуть под стрелами. Что такое для них форт? Несколько горящих факелов — и частокол превратиться в погребальный костер для нас самих! Сыч не так прост, как вам кажется. Они разведают вначале все подходы. Пригнут остальных жителей долины до конца, чтобы не опасаться удара в спину. А уж потом — возьмутся за нас. Не нужно много ума, чтобы пригнать сюда половину населения поселка и заставить их лезть на стены, которые мы воздвигнем. Под угрозой смерти, не собственной, а тех, кто останется в заложниках… Понимаете меня? Либо, нас просто окружат — без того, чтобы сразу лезть на рожон. Сколько у нас хватит припасов, чтобы сидеть так? Да, мы можем перебраться на соседнюю скалу — и что, будем так жить всю жизнь? А насчет умения воевать… Мы во второй раз попадаемся в их лапы, и лишь случайность, в виде Наты, а сегодня — Элины! — выручает от полного поражения. Так — не воюют…

Вернулся Сова. Индеец был весь взмокший и сильно уставший. Он благодарно принял предложенный ему Тучей ужин — несколько кусочков обжаренного мяса и зелень. Успевая откусывать и пережевывать пищу, он поведал нам все, что разузнал:

— …Они ругались всю дорогу. Сыч набрасывался на того, с губой, Бес уговаривал остальных вернуться и напасть. Большинство отмалчивались, а Сыч, хоть и орал, но приказа не отдал, похоже, твоя скво его здорово напугала!

— Вполне возможно, — хладнокровно заметил я. — Продолжай.

— Труп своего, они бросили, едва отошли от просеки, где вас застали врасплох. Второго… Грев осмотрел того, кому Стопарь сломал спину, потом его тоже оставили в лесу.

— Вот как? — Я сдвинул брови. — Это большая ошибка для Сыча. Если они так легко бросают своих раненных, это не добавит прыти остальным.

— Сова не заметил особого сожаления на лицах. Даже близнец того, кого убила Огненноволосая, и то, прошел мимо.

— Тем более. Зная, что увечных не жалуют, другим не захочется лезть на рожон. Продолжай!

— В поселке — как я услышал! — основная группа. Грев — я правильно назвал имя? — кому-то жаловался, что там не выполняют указаний Сыча. И боевики Циклопа ходят по землянкам, выискивая молодых девушек…

При этих словах Бен заскрежетал зубами, а Салли помрачнела:

— Скоро в поселок не остаться ни одной не обесчещенной женщин!

Салли зло помешала костер палкой, отчего в небо взвился сноп искр. Я кивнул примолкнувшему Сове, и он продолжил:

— Скво должны молчать, когда говорят охотники… Они договорились вернуться.

— Когда?

— Не сейчас. У них нет продовольствия. В поселке сами себя не могут обеспечить, а тут еще такой отряд дармоедов. Сыч решил устроить облаву в Пустоши — хотят найти стадо овцебыков. Но ему нужно более подходящее оружие. У них его мало. Есть самострелы, есть луки, ножи и дубинки — все, с чем можно выйти против человека. Но с дубинкой не встанешь на дороге овцебыка! Быка не запугать угрозами — против его рогов требуются настоящие копья! В поселке некому ковать железо…

Кузнец довольно ухмыльнулся. Сова, искоса бросив на него взгляд, добавил:

— Но там есть мужчины, которые знают, как выслеживать зверя. Их когда-то, учил этому индеец… Они не могут отказаться — в противном случае, Сыч отдаст их женщин на растерзание банде.

— Как они вообще сумели выжить, если до сих пор не научились делать этого сами?

— Не знаю. Половина их слов просто мне не понятна.

Я согласно переглянулся с Натой — блатной жаргон уголовников и нам, далеким от того мрачного, скрытого от нас, решетками и сроками мира, был знаком лишь понаслышке, а Сове, практически половину своей сознательной жизни, проведшему вдали от городов, он и вовсе ни о чем не говорил.

— …Они вернутся позже. Как только разведают всю округу. Пока, по требованию Сыча, стараются сильно никого не притеснять, но потом он обещал всем погулять от души… Поселок решили не тревожить, иначе все разбегутся, а пройтись по ближайшим стойбищам и там повеселиться вволю. Ну, а когда обживутся, найдут проводников и нового кузнеца — тогда и надо их ждать.

— Зря мы их отпустить…

Я посмотрел на Бена:

— Да? А толку? Кто бы остался жив, после схватки?

Белая Сова решительно махнул рукой:

— Их надо убивать поодиночке…

— Я не хочу никого убивать!

Он осуждающе посмотрел на меня и вскинул глаза к небу:

— Тогда плохо… Потому что они — хотят! Пока мой брат будет думать — враг окрепнет и придет за твоим скальпом. И за скальпом твоей жены. Ты станешь защищаться, но будет поздно, мой брат.

— Если они не совсем идиоты… Тогда они должны понять, что жить так, как они жили раньше, уже нельзя.

— Ты сам в это веришь? — Ната тихо вздохнула.

— Нет, мой брат в это не верит. Почему он так нерешителен? Мы можем навещать их каждую ночь, а утром скальпы врагов будут сохнуть на наших плащах! И, с каждым разом, врагов будет становиться меньше, а скальпов — больше!

Бен одобрительно кивнул, а Салли одернула его за руку:

— Ты есть пока молчать…

— Нет. Мы не будем начинать войны.

Индеец разжег свою трубку и, не спеша, затянулся, после чего передал ее мне.

— Мой брат не объявлял совета. Не стал спрашивать мнения своих спутников. Он все решил сам. Тогда — это участь того, кто взвалил на себя ношу вождя, имеющего право отдавать приказания… Белая Сова предупреждал тебя, мой брат. Тебе придется запомнить. Раз ты стал отдавать приказы, то ты — вождь! У тебя, — он обвел всех глазами. — Еще нет племени. Нет рода, который бы носил твое имя. Нет даже самого имени, достойного вождя. Но есть желание… быть первым. Не смотри на меня так, мой брат. Ты — первый в форте у скал. И население этого форта тебе подчиниться, как я, полагаю. Белая Сова останется сам по себе — у него свой род. Но он будет помогать своему брату и его товарищам. Враги его друзей — его враги!