Чтение онлайн

Грохнули редкие выстрелы. Кто-то из орков мчался на выручку своим, перепрыгивая через мешки и кучки заготовленных дров. Я увидел, как перед первым появилась черная фигура. Нырнув навстречу головорезу и взяв правее, тень рубанула бежавшему орку по ноге ниже колена. Свалившись наземь, воин кубарем покатился по бурому мху, истошно вопя и хватаясь за обрубок. Настигнув раненого, тень легко добила его.

Другая убийца со спины напала на еще одного из спешивших к месту резни. Прыгнув к нему, вогнала два узких меча под лопатки.

Две тени быстро расправились с теми, кто до по поры пребывал в сторонке и так и не успел прийти на выручку остальным. Недоумки! Уносили бы ноги! Забыть обо всем да драпать в лес! Но они предпочли рвануть к кострам - все семеро. Две тени перебили их по одному.

С другими орками тоже было покончено. Перед догорающими погребальными кострами лежала сотня Нурогга. Средь мертвых головорезов к небу поднимались тонкие дымные струйки - сразу после разрывов бело-желтый дым был очень густ, но быстро рассеялся.

Восемь фигур в чёрном отошли от места побоища, застыв в десяти футах от окровавленных тел; а с мертвецами осталась одна. Она походила на олицетворение безжалостного рока, которому никто из орков так и не смог противостоять.

Напротив восьми, опустив к земле мечи, замерли ещё две тени. Кои разили орков в лагере. Всех убийц окружало безмолвие; лишь каркнуло где-то воронье. Тени стояли, не шевелясь, как вестницы смерти; и, казалось, они неуязвимы. Не заметно, что кто-то из них вкусил орочьей стали, а ведь головорезы Нурогга сопротивлялись неистово.

О, Господи! Я спасен! Тени избавили меня от Нурогга, только не спешу ли я радоваться?

– Смотри!
– просипел инквизитор.

Я не слышал его. Алиса рядом! Я, наконец, почувствовал её! Оглянувшись, увидел племянницу кардинала.

– Что за чёрт!
– вырвалось у меня.

Алиса Кайлер! Это она! Фигура в черной куртке с капюшоном, обтягивающих штанах и сапогах до колен. На лице маска, но то была она. Я не мог ошибиться.

Воспитанница покойного Антурана шла во главе странной процессии. Кто ступает за ней? Четыре великана в чёрных длиннополых плащах, тоже с глубокими капюшонами, из-под которых выглядывали маски и стальные оскалы зверей: кабан, два волка и козёл. Великаны двигались парами, один за другим, и меж ними шествовали ещё трое. Двое, обычного роста, тоже плащах цвета мрака, а вот последний... Ричард Тейвил! Дьявольщина какая-то!

– Ты видишь, Велдон?
– выпалил я, забыв о приличиях. Не пристало обращаться к святому отцу на ты.

– Это он?

– Он! Коль глаза не обманывают, - я выругался.
– Кровь и песок!

Они, Алиса, шестеро в темных плащах и Тейвил, направлялись прямиком к нам. Когда приблизились на расстояние шести или семи шагов, два великана, шедшие впереди, отделились от других. Дабы встать позади нас: кабан - за мной, волк - за инквизитором. Леди Кайлер остановилась немного в стороне, а лейтенант все также располагался за спинами двоих, чьи головы не были покрыты капюшонами и лица не прятались под масками.

Одним из них являлся Альбрехт Огсбург собственной персоной! Кровь и песок! Глянув на отца Томаса, обнаружил, что инквизитор тоже узнал младшего брата императора Карла.

Второй... Что за дьявольщина! Я не в силах разглядеть его облик до конца! Что-то отводило взор, когда поднимал взгляд до лица этого человека. Мог рассмотреть лишь ничем не примечательный плащ.

Десять теней, кроме Алисы и той, что оставалась посреди побоища, окружили нас. Не убежишь! Хотел бы посмеяться над мыслю о побеге, но не до веселья. Я слышал собственное тяжелое дыхание; шумно испускал из себя воздух и монах. Запустение вот-вот откроет нам свою истинную суть. Из огня да в полымя, и это про нас.

Никто из явившихся не произнес не звука, пока не заговорил герцог Альбрехт.

– Развяжите их.

Великан поднял меня на ноги. С необыкновенной легкостью, как ребенка. Силища, заключенная в нем, была нечеловеческая, и от него самого веяло чем-то противоестественным; тогда я не мог объяснить, чем веяло от громилы, укрытого чёрным плащом.

Стальное лезвие разрезало путы, скоро я был освобождён от орочьих веревок и в тот же миг тяжеленная лапа, упавшая на плечо, заставила опуститься на колени. Как гора придавила! Я не смог бы подняться при всем желании. Обреченно вздохнул, подчиняясь исполинской мощи, и неожиданно великан убрал руку с моего плеча. Но только для того, чтобы схватить за волосы и приставить к шее острие кинжала.

Я зло заскрежетал зубами, однако невольно задрал голову - дабы избавиться от боли. Громадина в черном плаще не церемонился и оттянул волосы назад больше, чем требовалось. Сучий выблядок! Крепко держит!

Смотрю на происходящее словно свысока. Наверно, физиономия у меня такая же перекошенная, как у отца Томаса. Церковник пребывал в том же положении, что и я, только великан держал лысеющего инквизитора не за волосы, а вцепившись в подбородок.

Я пытался вслушаться в дыхание громилы, но не уловил ни вздоха, ни выдоха. Был ли он живым существом из плоти и крови?

– Ради него ты покинула место, откуда не могла уйти?
– требовательно спросил у племянницы кардинала Альбрехт Огсбург.

Почтительно поклонившись, Алиса Кайлер обернулась к имперцу.

– Да, высший.

Герцог наполовину выпустил из-под плаща правую руку; в перчатке того же чёрного цвета. Растопырив пальцы, держал её ладонью к земле, а затем резко сжал кулак. Алиса согнулась от боли. С уст тени сорвался девичий, почти детский крик. Она стонала, схватившись руками за живот, и всхлипывала.

Альбрехт Огсбург, член императорской фамилии, пользует магию! Герцог снова распрямил пальцы и, тут же, скрючив, начал двигать ими, будто скрёб когтями внутри Алисы. Та уже выла. Пошатнувшись, она едва не упала, но смогла устоять на ногах. Тогда имперец резко дернул рукой, и леди Кайлер закричала в полный голос. Свалилась наземь и, держась левой рукой за живот, поползла ко мне.

Попыталась ползти, потому что терзавшая её боль сделалась невыносимой. Сорвав маску, она посмотрела на меня. По лицу Алисы текли слезы, а в глазах застыла мука и надежда. Она смогла протянуть себя на один фут, как колдовство нанесло новый удар. Алиса вновь завыла, словно раненный зверь, и съежилась в комок.

Что-то перевернулось в моей душе. Более всего на свете я захотелось защитить её! В груди горело пламя, я возненавидел Альбрехта Огсбурга всем сердцем.

– Остановись!
– зарычал я.
– Иначе убью!

Я дернулся, и кончик кинжала вонзился в шею. По коже потекла струйка горячей крови. Хищный оскал, застывший на физиономии герцога, превратился в кровожадную улыбку. Он упивался дьявольской пыткой вкупе с моим отчаянием и беспомощностью, а я мечтал вцепиться ему в глотку, вогнать пальцы в глаза, разорвать имперца на части. Я жаждал отплатить ему за муки Алисы! Но не мог ничего! Только шевельнусь, и стальное лезвие войдет в шею по гарду! Проклятый пепел!