Чтение онлайн

Выйдя на опушку, он с удовольствием отметил: соратник с лошадью уже здесь. Не говоря ни слова, взял коня под уздцы, обменялся с товарищем взглядами, вскочил в седло и умчался по дороге, ведущей в Отерхейн.

Ночью зачастила морось, тропу размыло, и из-под копыт летели брызги грязи. Разведчик плотнее закутался в шерстяной плащ и надвинул капюшон на глаза. С погодой не повезло, но переждать ненастье Хирм не мог – донесение было срочным. Вот он и торопился, не обращая внимания на дождь, слякоть и усталость.

Серые воины – так называли себя разведчики, – давно заметили волнение среди дикарей. Правда, лишь сейчас убедились, что те всерьез готовятся к битве. Началось брожение и среди племен равнин, а это значило, что лесные жители решили объединиться с туризасами и идти на Отерхейн.

Хирм полагал, что дикарям надеяться не на что – все равно проиграют, но чем раньше кхан узнает о замыслах врагов, тем сокрушительнее окажется их поражение.

К утру вдали показалось большое поселение. Разведчик свернул в ту сторону и скоро въехал за плетеную изгородь села под названием Птичий Затон. Спешился, взял лошадь под уздцы и, насвистывая себе под нос песенку, подошел к добротным деревянным воротам, над которыми висела большая железная подкова. Хирм постучал. Спустя несколько минут выглянул чернобородый мужик в закопченном кожаном переднике.

– Лошадь подковать, – буркнул разведчик, протягивая потертую монету.

– Заводи во двор. – Кузнец пропустил его вперед, болтая на ходу: – Там у меня навес, чего под дождем-то торчать. У-у-у, давненько в наших краях этакой непогоды не видели. Ну, да это ничего, зато поля, может, того, зазеленеют. А то скот совсем отощал. – Он захлопнул ворота, затем обернулся и воскликнул: – Ну и ну! Хирм! А я тебя не сразу и признал! Давненько ты в наших краях не бывал, а? Все по лесам мотаешься?

– Мотаюсь, Шешко, мотаюсь, – усмехнулся разведчик. – А к тебе как всегда… ну, ты знаешь.

Кузнец с пониманием кивнул. Отвел лошадь Хирма в конюшню и скоро вывел другую, тоже каурую.

– Кажись, похожа, – пробормотал он, похлопал коня по крупу и поинтересовался: – А в лесах-то чего творится, а? Кобылка твоя, смотрю, вся в мыле.

– Да ничего особенного, – отмахнулся разведчик. – Дикари расшалились.

– Обычное дело. И чего им неймется?

Хирм промолчал, только пожал плечами, а Шешко хмыкнул и спросил:

– Может, перекусить хочешь? Отдохнуть? Уж больно погодка мерзкая. Переждал бы, а на рассвете и в путь.

– Я бы с радостью, да времени нет. Поеду.

– Ну, как знаешь. – Кузнец прошел к воротам и, открыв их, пропустил Хирма. – Бывай. Удачи тебе!

– Бывай, Шешко! Если что, все как обычно: ты меня не знаешь…

– Да кому объясняешь-то? Чай не в первый раз.

– Ну, извиняй. Давай, судьба будет – свидимся.

Хирм вскочил на лошадь, пустил ее рысью и покинул Птичий Затон.

Перед ним проносились покосившиеся деревушки и добротные села. Пару раз он останавливался, наскоро перекусывал и двигался дальше. В городке под названием Сихрут передал донесение одному из своих и отправился на постоялый двор – отсыпаться.

***

Дозорные заметили к востоку от столицы облако пыли, поднятое тысячами копыт: отерхейнское войско с победой возвращалось домой. Эта весть быстро разнеслась по городу, и он забурлил.

На торговой площади лавочники спешно выкладывали лучший товар – заморские вина, дорогие ткани и украшения: жены непременно захотят устроить мужьям пир, а те, в свою очередь, не откажутся побаловать жен. К тому же после удачных походов воины всегда при деньгах, а значит, в торговых рядах еще несколько недель от покупателей отбоя не будет.

В трактирах и публичных домах наряжались прислужницы и веселые девицы. Те из воинов, что не обременены семьями, первым делом отправятся к ним – пить и развлекаться.

Когда всадники въехали в город, жители высыпали на улицы, чтобы увидеть их, поприветствовать, поглазеть на кхана. Ликующий рокот толпы заглушил горестные вопли тех женщин, чьи мужья, отцы, сыновья или братья не вернулись.

Элимер сейчас куда больше походил на властителя, чем в военном походе. Серебряный с сапфирами венец сверкал в черных волосах, собранных в высокий хвост, что позволяло видеть знак династии на виске, одежда из синего шелка переливалась на солнце, через плечо была перекинута рысья шкура. Даже те, кто видел Элимера впервые, без труда узнавали в нем правителя.

В замке царила суматоха еще с предыдущих дней, когда там получили известие о возвращении войска. По огромной кухне сновали повара: готовился пир для правителя и воинской знати. Слуги подметали полы и покрывали их ароматными луговыми травами, а серые колонны и стены украшали цветами и яркими лентами.

В тронной зале ждал наместник – он должен был торжественно вернуть кхану кольцо с печатью.

В своих покоях прихорашивались женщины: наложница кхана и жены знати, живущие при дворе.

Поправляла рыжие кудри красавица Зарина. Ее бледное лицо окрасил румянец, а в горячечном взгляде сквозила нервозность. Она покусывала губы, чтобы сделать их ярче.

Девушка придирчиво изучала себя в зеркале. Изящная фигура подчеркивалась тонким одеянием ярко-зеленого цвета, на запястьях поблескивали витые браслеты, на пальцах – золотые кольца, а в ушах – серьги с топазами.

Зарина улыбнулась своему отражению, оно ей нравилось.

«Если ты, мой кхан, останешься хладнокровным – сердце твое сделано из камня!» – подумала девушка.

У себя на родине, в княжестве Тилирон, она многих покорила. Не один мужчина готов был сложить к ее ногам богатство, а ведь она не отличалась ни благородством происхождения, ни достатком – всего лишь младшая дочь мелкого лавочника. И все же продавать себя она не хотела, а ждала своего единственного. Молодого, богатого и красивого. Дождалась. По крайней мере, так ей тогда казалось. Зарина верила, что тилиронский княжич, которого видела пару раз на площади, заметит ее, и грезила о нем дни и ночи. Сотни раз представляла, как голубоглазый Кмити случайно окажется на их убогой улице, засмотрится на Зарину и не устоит: сделает ее своей возлюбленной. Только этими мечтаниями и жила, с отсутствующим видом выполняя работу в лавке.

Но бурным потоком хлынули на Тилирон орды Отерхейна, и о мечтах пришлось забыть. Молодого княжича со всей семьей казнили, а Зарина, узнав об этом, выбралась из последней крепости, где скрывался народ княжества и, словно опоенная зельем, отправилась на полуразрушенную площадь. Там по-хозяйски разъезжали вражеские воины, Зарина же бродила в сумбурном помешательстве, не думая, что ее могут изнасиловать или убить, не замечала, что всадники смотрят на нее, как на добычу. Вдруг на плечо легла мужская рука, и Зарина вздрогнула.