ЖАНРЫ

Гибель отложим на завтра . Книга I дилогии
Шрифт:

– Девочка, здесь опасно, – сказал воин на ломаном тилиронском. – Идем. Отведу в спокойное место.

Зарина мало что соображала и, не противясь, позволила увести себя к бывшему княжескому дому. Мужчина подтолкнул ее в спину и что-то сказал стоящим у входа стражникам. Она не поняла его слов, зато в ответе распознала обращение «кхан». Тут и дошло: незнакомец – кровожадный правитель Отерхейна. Она крикнула, позабыв об осторожности:

– Ты! Убийца! Ненавижу!

С удовольствием отметила, что кхан опешил, но тут же ее охватил страх. Зарина отшатнулась и даже всхлипнула, но правитель уже не смотрел на нее. Снова что-то приказал стражам и, ни разу не обернувшись, ушел. Те подхватили Зарину под руки и увели вглубь терема.

Сейчас девушке было смешно вспоминать и об этом случае, и о полудетской влюбленности в незнакомца, и о пролитых по нему слезах, и о страхе перед кханом.

Да, отерхейнский правитель ничем не напоминал былую любовь Зарины: мрачное смуглое лицо и пристальный взгляд черных глаз ввергали в трепет, в то время как мягкие черты и озорство во взгляде русоволосого княжича вызывали желание заговорить с ним и улыбнуться. Но теперь-то Зарина знала: княжич Тилирона не шел ни в какое сравнение с могущественным кханом Отерхейна.

Все происходило постепенно. Зарина иногда сталкивалась с Элимером в тереме – захватчик присмотрел там себе покои. Она сначала вздрагивала и старалась быстрее убежать, а потом успокоилась, поняв, что он не собирается делать ей ничего дурного и вообще едва обращает на нее внимание. Чуть позже проснулось любопытство, и она стала посматривать на него, наблюдать, заинтересовалась и сама начала искать встречи. А там и заговорила: спросила о дальнейшей судьбе Тилирона. Уже потом узнала, что для чужачки и простолюдинки считалось непростительной наглостью обратиться к властителю первой и без позволения, еще и с расспросами. Но правитель ее тогда не одернул, не упрекнул, а терпеливо пояснил, что княжество станет теперь Отерхейнской провинцией, а все его жители, кто примет власть кхана, – отерхейнцами.

– Значит, – спросила Зарина, – если твоя страна станет и моей, то мне можно будет поехать в любой ее конец?

– Конечно.

Даже в твою столицу?

– Даже в мою столицу.

– Даже в твой замок?

Правитель вскинул брови в веселом изумлении и ничего не ответил, но его обычно жесткий взгляд смягчился, и Зарине это понравилось. Она поймала себя на том, что очень не хочет, чтобы кхан уезжал отсюда один, без нее.

Он и не уехал без нее. В день, когда захватчики покидали Тилирон, Элимер подошел к Зарине.

– Я буду рад видеть тебя в моей столице и в моем замке, – сказал он, затем наклонился к ее уху и, понизив голос, добавил: – И на моем ложе.

По телу Зарины пробежали волнительные мурашки, щеки обдало жаром, а сердце затрепетало. Она вскинула на правителя жгучий, с лукавинкой, взгляд.

– Я уж боялась, что ты так и не предложишь…

Он улыбнулся и, взяв Зарину за руку, повел за собой.

Так тилиронская простолюдинка и стала наложницей властителя Отерхейна и со временем влюбилась в него еще сильнее. С каким исступлением, с какой страстью отдавалась она ему теми редкими ночами, когда он находился рядом. И какими пустыми становились дни без него…

Теперь, когда кхан наконец вернулся с войны, она в радостном предвкушении ждала вечера, когда он заглянет в ее покои.

«Нет на свете никого прекраснее меня, – думала Зарина, – и никого прекраснее Элимера, моего кхана. Только моего и ничьего больше».

– Совсем стемнело… – стоя у окна, протянула Зарина и обернулась к Элимеру. – Погасим свечи?

– Зачем, милая, разве с ними плохо? – Кхан поднялся с покрытого овчиной дивана и приблизился к ней. – Пусть горят, я хочу тебя видеть.

Зарина улыбнулась и отошла от окна, сделала несколько шагов навстречу Элимеру. Он любовался ее изящными плавными движениями.

– Господин моего счастья, – певучий голос Зарины был тих, но глубок, – наконец-то ты со мной! Тебя так долго не было.

– Ты знаешь почему.

– Потому что ты правитель, и у тебя много дел, – откликнулась она и, заигрывая, добавила: – Но я твоя нетерпеливая женщина и с ума схожу от ожидания, все время по тебе скучаю. Смотри, скоро захочу еще и на твои войны с тобой ездить!

Зарина снова улыбнулась, вызвав ответную улыбку на губах Элимера. Он притянул любовницу к себе, обнял, коснулся губами ее губ. В этот миг раздался осторожный стук в дверь. Отстранив девушку, кхан обернулся.

Она взмолилась:

– Не открывай, и они уйдут!

– Если меня беспокоят в такой час, значит, что-то важное, – в голосе больше не слышалось нежности.

Стук повторился, и Элимер открыл дверь.

– Таркхин? Что-то срочное?

– Из Дейнорских лесов примчался один из серых, привез вести о дикарях. Они собираются идти на нас войной.

– Сейчас? Войной? На нас? Да они обезумели.

– Прикажешь его позвать?

– Не нужно. Я сейчас спущусь, пусть подождет.

Элимер прикрыл дверь, подхватил с пола пояс с оружием и надел. Зарина потянула кхана за руку и воскликнула:

– Не уходи, жизнь моя! Какие-то дикари! Что с ними станется? Уже совсем ночь, до завтра подождут. – Элимер глянул на нее так, будто она сказала сущую глупость, но Зарина не заметила. – Неужели из-за них ты снова покинешь меня?

– Придется.

– Останься!

– Доброй ночи, Зарина. – Он поцеловал девушку в висок и вышел из покоев.

Она стояла потерянная, потом в ярости ударила ногой дверь: правитель пренебрег ею из-за жалких дикарей! Скоро ярость сменилась слезами.

Элимер спустился по лестнице и удивился, заметив в зале Ирионга и Варду: не ожидал увидеть их в столь позднее время.

Таркхин пояснил:

– Когда я выслушал Фарема, подумал, что вопрос нужно решить поскорее. Вот и собрал… небольшой совет.

Кхан кивнул. Прошел в другой конец залы и опустился в деревянное кресло. Напротив него стоял невзрачный человек в запыленном плаще, к нему Элимер и обратился:

– Ты из серых воинов и привез весть, которую считаешь важной.

– Да, повелитель.

– Слушаю.

– Месяц назад к айсадам пришли вожди других лесных племен, а также туризасов. Тогда мы не придали этому большого значения, подумали: это из-за праздника – иногда дикари справляют Весеннюю Луну вместе. Мы ошибались. Племена объединились в туризаских степях и думают идти на нас войной. Пройдут в обход Дейнорских лесов, через Зеркальное ущелье. Они как раз собирались выдвигаться, когда мы отправились с донесением.

Поделиться с друзьями: