Чтение онлайн

– Присаживайся сюда, Айн.

Заинтригованный, он уселся рядом с девушкой. Она помолчала, смотря на него в упор, и слегка огладила его плечо прохладными пальцами – вроде как в сочувственном жесте, но Аданэю он показался притворным.

– Рэме, – сказал Вильдэрин, – давай не томи, рассказывай. Что случилось?

– Нетерпеливый какой! – Она заерзала на подушке, устраиваясь поудобнее, и хихикнула: – И невежливый. Нет чтобы предложить мне вина и завести любезную беседу. Я, может, пришла пообщаться с тобой по-дружески, а ты от меня каких-то россказней ждешь.

Аданэй уже успел понять, что эти двое находились в приятельских отношениях, и сейчас девушка откровенно подтрунивала над парнем.

– Да брось, Рэме, – рассмеялся Вильдэрин, – не вредничай, говори давай.

– Ладно уж, хоть ты и грубиян, – деланно вздохнула она, затем игриво погрозила пальцем Аданэю: – Айн, радость моя, не будь таким, как он, – и без всякого перехода выдала, снова обращаясь к Вильдэрину: – Великая отправила меня сообщить, что твоего слугу отравил Гнесис, и что Гнесис за это уже мертв. Вообще-то она меня еще днем отправила, но я опомниться не успела, как ты уже сам был у нее. Пришлось дожидаться, пока вернешься.

На Вильдэрина жалко было смотреть, настолько сильное недоумение, разочарование и горечь отобразились на его лице.

– Гнесис? – растерянно переспросил он. – Это не может правдой... Это какая-то ошибка. Я ведь всегда был добр к нему, я столько раз ему помогал! Так почему… за что он хотел меня убить?

– Да не тебя! – махнула рукой Рэме. – Айна.

– Меня? – изумился Аданэй, переводя вопросительный взгляд с юноши на Рэме. – Я даже не знаю, кто это. Разве мы с ним вообще знакомы? Чем я успел ему насолить?

– Своим существованием, – ухмыльнулась Рэме, а Вильдэрин, пробормотав «не могу поверить», провел пальцами от переносицы к вискам. Рэме же с ехидцей разъяснила: – На самом деле ты ни при чем, Айн. Просто Вильдэрин был добр к нему, ты же слышал. Слишком добр. Хотя я, между прочим, предупреждала, но наш добросердечный друг злую меня не послушал. Вот Гнесис и возжелал большего. А еще, похоже, решил, что это ты, Айн, мешаешь ему это большее получить.

– Если это правда Гнесис, – глухим голосом сказал юноша, – то это действительно из-за меня.

– Как это? – не понял Аданэй.

Вильдэрин не ответил и опустил глаза, а вот Рэме болтала с охотой.

– Он во всем признался. Яд, кстати, был не на винограде, как мы сначала подумали, а в кувшине с водой в твоей комнате, Айн.

– Это невозможно, – покачал головой Аданэй. – Я пил из него и на следующий день после отравления – и ничего.

Вильдэрин оторвался от разглядывания своих рук и посмотрел на него.

– Пока ты валялся без сознания, я лично выбросил всю еду и вылил все напитки, которые здесь были. И остатки воды из твоего кувшина тоже.

– Зачем? – удивилась Рэме. – Надо было отдать алхимикам или лекарям, вдруг они сумели бы определить, где находился яд? Это многое бы облегчило.

– Да, это было глупо с моей стороны, – повинился юноша. – Но, честно говоря, в ту минуту я об этом не думал. Я был в таком ужасе, что мог думать только о том, как бы кто-нибудь еще не отравился.

– Что уж теперь, – пожала плечами девушка. – Главное, что преступник сознался и поплатился.

Вильдэрин мотнул головой.

– Мне надо пройтись, осмыслить это, – произнес он.

– Куда ты собрался? – спросила девушка.

– Как всегда. Пойдешь с нами?

Он сказал «с нами», отметил Аданэй, а не «со мной». Неужели юноша наконец-то позовет его составить компанию, как когда-то звал Иниаса?

– Не могу, – вздохнула, огорчившись, девушка, – мне нужно вернуться к Великой. Может быть, в другой раз. Доброй ночи, Вильдэрин, Айн.

Она поднялась, коротко посмотрела на юношу, затем мазнула взглядом по Аданэю и вышла.

– Похоже, ты ей нравишься, – мимолетом заметил Вильдэрин, когда дверь за ней закрылась. – Идем.

– Куда?

– В рощу, к озеру. Захвати плащ, там может быть прохладно.

С этими словами Вильдэрин сам вышел в соседнюю комнату, где по сундукам была разложена его одежда.

***

Юноша молча вел его садовыми дорожками, выложенными камнем, вдоль которых мутным желтым светом горели фонари. Сначала по пути хоть изредка, но попадались другие гуляющие, в основном дворцовая знать, и до ушей доносились чьи-то голоса. Потом дорожки стали темнее и сузились, пока окончательно не утонули во тьме; люди больше не встречались, а звуки ночи зазвучали ярче: шелестела листва, шуршали зверьки в траве, трещали цикады, заливалась ночная птаха.

Еще через несколько минут впереди послышалось журчание воды. Миновав перекинутый через ручей деревянный мостик, Вильдэрин и Аданэй свернули с садовой дорожки на земляную, заросшую травой тропку. Плодовые деревья постепенно сменились кленами, соснами и эвкалиптами, а фонари остались далеко за спиной. Теперь путь освещала только стареющая луна. Деревья еще сгустились, но Вильдэрин уверенно угадывал тропу: похоже, ходил по ней множество раз.

– Мы идем сейчас по священной роще, – наконец заговорил юноша. – Там, в ее глубине, есть озеро, оно зовется Озером Царей и тоже считается священным. С новолуния и до исхода полнолуния нам, рабам, путь сюда заказан. Но когда луна стареет, на посещения этого места невольниками смотрят сквозь пальцы. Конечно, и тогда не всем это дозволено, только некоторым. Но мне можно. А значит, и тебе, пока ты со мной. – Он говорил ровным голосом, неторопливо и как будто немного рассеянно. Только однажды, споткнувшись о выступающий из земли корень, ругнулся, но сразу же продолжил рассказ как ни в чем не бывало: – Один из здешних источников слывет целебным, и там, где он впадает в озеро, в особые дни года чествуют богов. В других местах озера тоже проводятся различные обряды: на восточном берегу в воду окунают новорожденных царевичей и царевен, а на западном омывают тела царей ушедших. Днем сюда иногда наведываются вельможи и придворная знать, чтобы отведать целительной воды. Но о ночи в священной роще ходит множество недобрых историй, а потому после заката большинство людей побаиваются тут бывать.

– Но не ты? – спросил Аданэй. – Ты не боишься? И Рэме?

– Меня впервые привела сюда царевна Аззира, еще в детстве, и она сказала, что озеро и роща никогда меня не тронут. И я ей поверил, потому что она, я так думаю…

Он не договорил, но Аданэй не мог этого так оставить и переспросил:

– Так что ты думаешь?

– Что она ведьма, – понизив голос, ответил юноша. – Ну а Рэме… насколько я знаю, после заката она ходила сюда только со мной.

Он снова умолк, а Аданэй слишком сосредоточился на том, чтобы не споткнуться о камни и корни, которые все чаще попадались на пути. Заросли тоже стали гуще, мешая идти, царапая руки. Но вот Вильдэрин раздвинул ветки жимолости и нависшего над тропой клена, пропустил Аданэя вперед – и взгляду открылось озеро. По водной глади плавали кувшинки, плескалась набегающая на берег рябь, и, подрагивая, стелилась лунная дорожка.

Юноша подошел к берегу и, бросив на траву плащ, уселся сверху, обхватив колени руками и уставившись на воду. Аданэй расположился рядом.

– Гнесис просил меня взять его в услужение, – без всякого предисловия начал Вильдэрин. – Еще тогда, после гибели Иниаса. Я отказал.

– Послушай, я верю, что многие хотели бы прислуживать возлюбленному самой царицы, – с сомнением протянул Аданэй, – но неужели настолько, чтобы убить? И… почему же ты отказал ему?

Вильдэрин помедлил с ответом, затем сказал: