Чтение онлайн

Дарси смотрел на Бафа и думал о том, что теперь их всех ждет веселая жизнь.

— Держи, — подошедший Грюнер протянул Дабсу намоченную тряпку, — Пока холодная, — бородач беспокоился не меньше, судя по тому, как много необязательных фраз он произнес за последние полчаса.

— Спасибо, — Дабс устроил тряпку на широком лбу здоровяка.

Баф едва заметно дернулся, когда пропитанная водой ткань коснулась лица. Его кожа горела. Веки дергались. И все же, Дариан видел, что верзиле становится лучше. Гигант перестал стонать, и было похоже, что теперь он просто смотрит тревожный сон. Дарси уже выпрямлялся, когда заметил что-то странное в лице друга. В полутемном помещении было сложно рассмотреть детали, но Дабсу на секунду показалось, что он видит нечто изменчивое там, где у Бафа было темное пятно вокруг правого глаза. Словно воздух над отметиной потемнел и пошел рябью. Дарси присмотрелся, но видение не повторялось.

— Дабс! — Дариан чуть не подпрыгнул от неожиданности. Торч стоял всего в двух шагах от лежанки с озабоченным выражением на лице. Каким-то образом коротышка сумел подобраться незамеченным.

— Э… Мне кажется он в порядке.

— Хорошо, это хорошо, — Торч вел себя немного странно. Нервозно покачиваясь на носочках, он поджимал губы и смешно кивал головой, словно подтверждая собственные слова, — Грюнер сможет за ним присмотреть?

— Конечно, если… — Дарси растерянно посмотрел на Грюнера.

— Я посмотрю, если надо.

— Ну, вот и хорошо. Дабс, мне надо поговорить с тобой. Жду на улице. Н-да.

Торч вновь кивнул, помолчал, словно собираясь еще что-то сказать, затем резко развернулся и двинулся к воротам.

Грюнер вопросительно поднял бровь.

— Я не знаю, дружище. Присмотри за ним, — Дабс кивнул на мирно посапывающего Бафа, — Я скоро вернусь. Скорее всего…

На улице уже темнело. Спаддэр закрывал свою лавку. Мощные ставни наглухо запечатывали окошки с пустыми прилавками.

— Помоги мне, Дабс, — Торчес стоял возле одной из створок ворот.

— Ты о чем?

— Помоги мне закрыть ворота: что тут непонятного?

— А я?

— А ты идешь со мной! Ну, быстрее, шарх тебя задери.

Точно! Пока они вдвоем закрывали ворота, Дабс вспомнил об утреннем разговоре. За всеми событиями дня, эта информация совершенно выветрилась у него из головы.

Засов упал на скобы. Звякнула цепь. Щелкнул замок.

— Куда мы идем?

— По пути объясню.

Толстяк проверил, все ли сделано с необходимой тщательностью. Видимо, убедившись в надежности запора, Торч кивнул и посмотрел Дабсу в глаза:

— Пошли.

— Но, Баф…

Торчес нахмурился:

— Ничего они не сделают твоему здоровяку. А если сделают — им же хуже будет. Мы ненадолго.

С этими словами коротышка отвернулся и засеменил по улице. Дабсу не оставалось ничего другого, как поспешить следом. Сзади раздался выкрик Спаддэра:

— Тихой ночи, Торчес!

— Тихой ночи, Спаддэр! — толстяк помахал булочнику на прощание. Затем вытянул из-под куртки небольшой сверток, замотанный в чистую тряпицу. Отогнув край обертки, Торч достал свежую буханку и протянул угощение Дабсу.

— Держи, можешь считать это дополнительной благодарностью. Только не отставай, я тебя прошу.

Небо бросало на землю последние остатки вечернего света. По улицам протянулись длинные тени. Несмотря на близость к центру, Дарси замечал все меньше людей вокруг. Скрипели затворы на ставнях и дверях. Сквозь щели на улицу пробивались лишь тонкие лучики света. Они прорезали мрак, сгустившийся у земли. Город менялся — Дабс уже подзабыл, как это бывает, и сейчас чувствовал себя абсолютно не в своей тарелке. Беспокойство и страх растекались вокруг черным одеялом, они наполняли каждую тень, каждый неосвещенный угол. Ужас пустого пространства приходил вместе с тишиной. Дариан поймал себя на том, что вглядывается под каждый навес на своем пути. Опустевший переулок действовал на нервы. По ушам резанул одинокий скрип, раздавшийся из-за угла. Посреди широкой безлюдной улицы завязла груженая телега. Ее испуганный и запыхавшийся хозяин в абсолютной тишине боролся с хлюпающей грязью. Колеса попали в глубокую рытвину. Повозка, перегруженная скарбом, не желала выбираться на сухое место. Ноги человека скользили по размокшей земле, но пока его попытки не приносили ощутимого результата.

Торч миновал перекресток, едва взглянув на одинокого торговца. Дарси встретился с мужчиной взглядом. В этих глазах читался страх пополам со злостью. Дариан мысленно пожелал торговцу удачи, но даже и не подумал остановиться: Торч двигался на удивление шустро, и отставать от него было не лучшим решением.

Они почти бежали и оставляли за спиной квартал за кварталом. Небо превратилось в нагромождение черных туч. Свет пробивался лишь через редкие трещины в потускневшей тверди. Уходящий день больше не предоставлял людям защиты.

Дабс отвлекся от дороги и на какое-то время перестал ориентироваться в лабиринте темных улиц. Он сообразил где находится, лишь когда увидел знакомые очертания трактира Большого Бо. Из дверей доносился негромкий шум — даже пьяные чтили комендантский час и разговаривали на пониженных тонах. Напротив дверей веселого заведения двое припозднившихся собутыльников поднимали на ноги приятеля. Слышалось только невнятное бормотание, то и дело прерываемое пьяной икотой. Дабс улыбнулся — трактир Бо был тем местом, по которому он скучал чаще всего. В мире осталось не так уж много веселья, и трактиры были приятным исключением. Большой Бо держал один из лучших в городе. А Дарси в этом разбирался: в своем время он обошел все сорок три питейных заведения Рэты и еще пять, ныне уже закрытых.

Трактир исчез за поворотом, в лицо подул ветер, и Дариан почувствовал знакомый запах гнилых досок и водорослей. Стены разошлись в стороны, открывая вид на огромную низину, протянувшуюся от Восточной Стены к Северной. Этот пустырь, словно просека, рассекал плотную городскую застройку. Старое Русло — напоминание об ушедших эпохах. Когда-то полноводный Имс протекал прямо через Рэту, сквозь решетки под городскими стенами прокладывая свой путь на юг. Но оказалось, что тонкие решетки — не лучшая защита от тварей вроде Падальщиков. Русло забросали камнями, полноводная река затопила поля и леса, и в итоге Имс превратился в настоящее болото к Северу от городских стен. Болото, населенное Падальшиками и другими тварями. А в самой Рэте осталось лишь сырое ущелье — Русло. Кто-то говорил, что под землей проходит водный поток. Правда это или нет, но почва на месте ушедшей реки так и не просохла. На дне пологого оврага образовалось несколько мелких илистых прудиков, а земля вокруг напоминала трясину из воды и грязи. Все Русло было покрыто толстым слоем ила, и строить здесь дома было попросту невозможно. Русло Имса в итоге так и осталось основным источником воды в городе. Десятки неглубоких колодцев, к которым вели шаткие деревянные мостки, обеспечивали водой большинство горожан. На берегу располагались здания прачечных, в которых ежедневно трудились самые крепкие женщины, попавшие на отработку. Старое Русло можно было пересечь и по шатким дорожкам, но основной поток проходил по широкому каменному мосту, оставшемуся еще со времен, когда здесь протекали воды Имса.

Улица, по которой сейчас шли Торчес с Дабсом, выходила как раз к мосту. Несколько лет назад после очередного нападения крылатых тварей оба пролета моста защитили деревянной решеткой. Теперь настил из бруса прикрывал переправу точно так же, как и все улицы города.

Путники вступили на каменную дорогу. Здесь все еще двигались люди. Несколько человек возвращались из района Богачей, и только один шел в том же направлении, что и двое носильщиков. Район Богачей или район Совета, был лишь одним из четырех районов Рэты, и при том самым малонаселенным из них.

Мост выходил на круглую площадь, за которой вырастала каменная громада Магистрата. Справа и позади от него находились прекрасные особняки членов Совета и глав Гильдий, слева же высились дома квартала Мастеров.

Широкая площадь за мостом также была заключена под купол. Среди брусчатки были врыты толстые резные столбы, на которых покоились ажурные перекрытия. Больше нигде во всем городе защита не была исполнена с таким изяществом, как здесь. Каждая балка была украшением, а вся конструкция в целом напоминала огромную беседку под открытым небом. Ажурные лавки в середине дополняли картину. По бокам площади стояли огромные статуи героев древности. Две из четырех были когда-то расколоты и собраны по кусочкам, отчего каменные фигуры смотрелись не так помпезно, как их соседи.