Гражданская война на с?веро-запад? Россіи
Шрифт:
Выше, въ первой глав, я уже писалъ о своеобразномъ вожделніи эстонцевъ къ обывательскимъ телефонамъ. Телефоны эти, выражаясь терминологіей того времени, такъ таки и были «усовдепены», но, кром телефоновъ, имъ понравился, напримръ, механическій заводъ нашего купца Штейна. Они и къ нему протянули свои руки. Штейнъ по національности латышъ, коренной нашъ обыватель и бывшій гласный думы, въ моментъ прихода Балаховича находился въ Риг.
Въ моихъ матеріалахъ имется такого рода «договоръ».
Такъ какъ эстонскими войсками былъ взятъ Псковъ, то съ моей стороны препятствій не встрчается къ эвакуаціи «завода Штейнъ» въ половинномъ размр въ Эстляндію. На основаніи условій о военныхъ добычахъ съ представителемъ Эстонской республики въ Псков Штабсъ-капитаномъ (такимъ то [7] )
29 мая 1919 г. Командующій Войсками Гдово-Псковскаго раіона
Полковникъ Булакъ-Балаховичъ.
Печать Начальника конвоя
Атамана Булакъ-Балаховича.
7
Фамилія его неразборчива. Курсивъ въ этомъ документ мой.
Не помню, удалось ли эстонцамъ воспользоваться хотя бы половиной завода Штейна, но въ этомъ документ характерно все отъ начала до конца. Наедин съ эстонцами Балаховичъ, конечно, не могъ нести того вздора объ освобожденіи Пскова, которымъ наполняли русскую газету его барды для околпачиванія легковрныхъ, если они были; нтъ — тутъ онъ опредленно признаетъ, что Псковъ былъ взятъ эстонскими войсками, взятъ, какъ непріятельскій городъ, имущество котораго является добычей побдителя. И такая трактовка положенія города допускалась въ освободительной гражданской войн! То, что городъ взяли эстонцы, а не русскіе, въ данномъ случа значенія не иметъ, такъ какъ формально командующимъ всми оперировавшими тогда противъ большевиковъ войсками, т. е. русскими и эстонскими, считался эстонскій главнокомандующій ген. Лайдонеръ.
Іюнь приближался къ концу, а въ город и узд не было и намека на правосудіе. Свирпствовали во всю контръ-развдчикъ полк. Энгельгардтъ и комендантъ края подполковникъ Куражевъ. Нуждаясь въ деньгахъ для арміи, а еще больше для кутежей, представители мстной власти начали печатать фальшивыя деньги-керенки. Эти деньги офицеры стали спускать хозяевамъ ресторановъ, въ которыхъ кутили, разнымъ поставщикамъ, крестьянамъ по деревнямъ. Керенки печатались въ глубокой тайн; сначала въ особой комнат въ гостиниц «Лондонъ», а позже чуть ли не въ самой раіонной комендатур. Въ преступную организацію входили вс самые видные члены «батькиной ставки» — полковники Энгельгардтъ, Стоякинъ, Куражевъ, Якобсъ, а также иниціаторъ этой зати — «редакторъ» мстной газеты и въ тоже время помощникъ раіоннаго коменданта Аанасьевъ. Зналъ ли Ивановъ про всю эту махинацію — мн неизвстно; кажется, фабрика открылась уже посл его исчезновенія изъ Пскова.
Нелишнимъ будетъ, однако, отмтить, что идея такого предпріятія, обставленная, разумется, соображеніями «блага благо дла», родилась первоначально въ ндрахъ штаба ген. Родзянко. Фактъ этотъ — сколь ни ароматна сама по себ такая идея, посл заявленія членовъ б. Политическаго Совщанія при генерал Юденич, является совершенно установленнымъ. «Нужды на фронт и въ тылу (пишутъ эти члены) никакого отлагательства не допускали. И насколько тамъ положеніе было критическое, доказываетъ то, что изъ Свернаго Корпуса поступило къ генералу Юденичу представленіе о разршеніи печатать фальшивыя керенки. Представленіе это было, конечно отклонено.» [8] Предложеніе отклонили, а подготовленная для выполненія плана техническая организація, въ лиц инженера Тешнера, осталась; его то и «плнилъ» у себя въ Псков Балаховичъ. Разобравъ въ чемъ дло, Тешнеръ вначал пытался бжать изъ Пскова, но его поймали и подъ конвоемъ солдатъ снова водворили въ «псковскую экспедицію» заготовленія фальшивыхъ керенокъ.
8
«Объясненія членовъ Политическаго Совщанія при Главнокомандующемъ Сверо-Западной арміи», стр. 31.
Ни фальшивки, ни поборы съ населенія нисколько не улучшили матеріальнаго положенія солдатъ Балаховича. Они по прежнему были плохо одты, обуты, плохо накормлены. Наоборотъ, эстонскія войска производили хорошее впечатлніе: вс прекрасно экипированные, достаточно дисциплинированные, крпкіе, здоровые ребята. Тяжко было смотрть на эту рзкую разницу. Правда, справедливость требуетъ сказать, что Балаховичъ былъ повиненъ въ плохомъ состояніи своихъ солдатъ только отчасти. Нужды арміи во много превосходили суммы, собранныя тмъ или инымъ путемъ съ населенія, но скверно было то, что даже собранныя деньги не шли по своему назначенію. Все вмст взятое въ значительной мр подрывало боеспособность русскихъ солдатъ; кром того въ послднее время стало чувствоваться, что у нихъ вообще нтъ той дйственной поддержки со стороны населенія, которая была несомннно на первыхъ порахъ, и которую имли эстонскіе солдаты у собственнаго населенія, довольно дятельно поддерживавшаго свою армію.
Желая внести въ жизнь хотя какое нибудь организующее начало, и, такъ сказать, дыханіемъ общественности смягчить творящіяся безобразія — псковская интеллигенція пытается возобновить закрытую еще большевиками демократическую газету «Псковская Жизнь».
Этотъ органъ существовалъ въ Псков ровно 10 лтъ и завоевалъ себ большія симпатіи у населенія. Особенностью «Псковской Жизни» было то, что она являлась подлиннымъ дтищемъ мстной интеллигенціи. Въ свое время денежный фондъ газеты образовался изъ мелкихъ паевъ мстной интеллигенціи, какъ-то врачей, учителей, адвокатовъ чиновниковъ, при чемъ въ составъ редакціи на равныхъ началахъ вошли кадеты, эсэры и эсдеки. Работа шла хорошо и дружно вплоть до открытія всероссійскаго учредительнаго собранія, когда небезъизвстный матросъ Панюшкинъ явился съ своей большевистской сворой въ редакцію и, грозя редактору винтовкой, учинилъ въ помщеніи полный разгромъ, закрывъ газету «за контръ-революціонность».
Хотя Балаховичъ съ Ивановымъ, казалось-бы, должны были дйствовать въ обратномъ Панюшкину направленіи, члены редакціи «Пск. Жизни» такъ таки и не дождались отъ нихъ отвта на свое ходатайство объ открытіи газеты. Ивановъ явно боялся голоса здоровой общественной критики, справедливо полагая, что отъ него и Балаховича въ дйствительности потребуютъ перейти отъ либеральныхъ словъ къ длу. Вмсто непріятной «Пск. Жизни» Балаховичъ далъ позже разршеніе на открытіе другой газеты «Возрожденіе», но того же типа, что и газета Иванова — «Нов. Рос. осв.». Эта вторая газета также стала замалчивать вс безобразія «батькинаго» режима и необыкновенно раздувать его мнимыя доблести. Редакторомъ газеты оказался помощникъ раіоннаго коменданта помянутый выше Аанасьевъ. Произведя крупную растрату казенныхъ суммъ отнюдь не на газетныя надобности, онъ впослдствіи скрылся.
Несмотря на установившуюся, такимъ образомъ, атмосферу полнаго и вынужденнаго молчанія общественности, въ частныхъ разговорахъ Иванову нердко приходилось натыкаться на недоумнные вопросы по поводу заведенныхъ имъ и Балаховичемъ полицейскихъ порядковъ. Чаще всего, конечно, говорилось объ упраздненіи органовъ общественнаго самоуправленія. На это газета «Нов. Росс. осв.» устами Иванова обычно отвчала цлымъ рядомъ софизмовъ. Въ переживаемый моментъ «клочковаго» возсозданія Россіи земское и городское самоуправленіе, разсчитанныя на другое время, по мннію газеты, абсолютно непригодны. Нужны организаціи, совмщающія въ себ функціи правительственныхъ учрежденій и органовъ самоуправленія и такой панацеей являлись пресловутыя общественныя гражданскія управленія (городскія, уздныя, волостныя). Слово «общественныя» тутъ слдовало взять дважды, трижды въ кавычки, потому что т учрежденія, которыми облагодтельствовалъ насъ г. Ивановъ, были сплошнымъ подлогомъ общественности, т. к. въ возникновеніи ихъ псковичи вовсе не были повинны.
До сихъ поръ я останавливался преимущественно на описаніи тхъ порядковъ, которые завели Балаховичъ и Ивановъ въ самомъ город Псков. Въ Псковскомъ узд режимъ былъ не лучше, съ тою только разницей, что здсь царила нкоторая политическая черезполосица.
Правежъ «соловья-разбойника», какъ окрестили нкоторые обыватели режимъ Балаховича во Псков, въ деревн по необходимости носилъ вс черты спорадическаго воздйствія власти. «Устроеніе» сельской жизни производилось наскокомъ, неряшливо, псевдо-либеральныя потуги г-на Иванова часто проводились подъ аккомпаниментъ партизанской ругани, порки, и прочаго пренебреженія къ личности крестьянина. Одного здсь почти не было: казней. Главные мастера заплечнаго дла — Балаховичъ и Энгельгардтъ — сидли въ самомъ гор. Псков и, по соображеніямъ, надо полагать, техническимъ, вс выхватываемыя изъ деревни жертвы для казни свозились во Псковъ.
Для характеристики сложившихся къ появленію Балаховича земельныхъ отношеній въ Псковской губерніи и воздйствія на нихъ органовъ поставленной имъ власти, позволю себ привести выдержки изъ цнной записки П. А. Богданова, бывш. министра земледлія въ Сверо-Западномъ правительств, поданной имъ гражданской ликвидаціонной комиссіи по дламъ этого правительства.
«Почти половина волостей псковскаго узда пережила германскую оккупацію, и большевистскіе опыты не были продланы въ ней до конца, главнымъ образомъ, потому, что, занявъ Псковъ (посл нмцевъ) поздней осенью (ноябрь) 1918 г., большевики въ теченіе зимы не могли достаточно широко развернуться. Однако, весна 1919 г. была использована ими въ полной мр и къ приходу блыхъ явочнымъ порядкомъ проводимое «поравненіе» заканчивалось. За зиму 1918—1919 г. имнія были взяты на учетъ, зародились «совхозы» и «коммуны». Остальныя волости и узды Псковской губерніи къ этому времени прошли полностью режимъ «соціалистическаго землеустройства».
«Въ общемъ и цломъ картина земельныхъ отношеній къ маю 1919 года во всей Сверо-Западной области вырисовывалась слдующимъ образомъ. Вс безъ исключенія земли, живой и мертвый сельско-хоз. инвентарь были въ распоряженіи крестьянъ и органовъ совтской власти… Помщичье землевладніе перестало существовать. Надо отмтить, что часть помщиковъ и крупныхъ земельныхъ собственниковъ сумла остаться въ своихъ имніяхъ въ качеств чиновниковъ совтской власти или членовъ коммунъ, образовавшихся въ имніяхъ часто по иниціатив тхъ же владльцевъ — помщиковъ, въ надежд на грядущее лучшее будущее»…
«Выше мы говорили, что земля была въ распоряженіи крестьянина и органовъ совтской власти. Но отсюда еще нельзя сдлать вывода, что крестьянская тяга къ земл была удовлетворена полностью или хотя въ большей ея части. Отнюдь нтъ. Крестьянство посл октября 1918 года получило одну возможность «поравнять» землю внутри своего надла…»
«Увеличеніе площади крестьянскаго землевладнія за счетъ бывшихъ частно-владльческихъ земель имло мсто условно: а) за счетъ земель, перешедшихъ въ вдніе органовъ совтской власти, съ которыми эти органы не сумли справиться; эти земли (обычно покосныя, выгонныя, рже пахотныя) были переданы временно (чаще всего на одно лто) въ руки крестьянъ, на началахъ того или иного вида аренды; б) за счетъ выхода изъ деревни малоземельныхъ и безземельныхъ во всевозможные земельные коллективы.»
«Такъ или иначе, пусть частью на бумаг, мужикъ получилъ землю, но онъ не былъ увренъ въ прочности новаго порядка вещей. Самый переходъ земель и инвентаря, въ силу его хаотичности, не удовлетворялъ крестьянъ. Крупный процентъ земель вообще прошелъ мимо рукъ крестьянина, оставшись въ распоряженіи органовъ совтской власти, не умвшихъ ихъ использовать, что безусловно видлъ и понималъ крестьянинъ. Политическій терроръ, экономическая политика и спеціальныя репрессіи противъ крестьянства, пассивно сопротивлявшагося большевистскимъ опытамъ, — вотъ главныя причины, заставлявшія крестьянскую массу съ энтузіазмомъ встрчать «блыхъ» въ Сверо-Западной области. Приходится констатировать, что подъемъ въ ма 1919 года былъ настолько великъ, что онъ на время заставилъ крестьянство забыть свой страхъ передъ неизвстной земельной политикой новыхъ хозяевъ положенія…»
«Но страхъ передъ отвтственностью за революціонныя выступленія, боязнь за землю, что перешла или должна была перейти въ руки крестьянства, всплылъ на другой день появленія «блыхъ». И крестьянство настороженно принялось ожидать выступленія органовъ новой власти, чутко ловя каждый слухъ, каждый фактъ, говорящій о земельной политик «блыхъ», безоговорочно выполняя не за страхъ, а за совсть рядъ тяжелыхъ повинностей въ періодъ войны.»