Чтение онлайн

Среди офицерства на административныхъ должностяхъ хорошій интеллигентный элементъ попадался изъ бывшихъ морскихъ офицеровъ. Одинъ изъ нихъ, нкто капитанъ 2 ранга Николаевъ, обращалъ вниманіе гражданскихъ властей на неудовлетворительность состава комендантовъ и на непониманіе низшими властями требованій, предъявляемыхъ новой жизнью и обстановкой гражданской борьбы, еще при самомъ начал дятельности правительства. «Волостные коменданты, читаемъ мы въ его рапорт отъ 8 сентября 1919 г., по большей части не пользуются должнымъ авторитетомъ и, что еще хуже, достаточнымъ расположеніемъ населенія. Происходитъ это отъ того, что они люди по большей части безъ служебнаго и житейскаго опыта (врядъ ли послднее можно сказать про старыхъ полицейскихъ чиновъ. В. Г.) и мало интеллигентные… Часть духовенства не понимаетъ современнаго положенія и, повидимому, полагаетъ, что съ приходомъ блыхъ возстанавливается «старый режимъ». Необходимо держать духовенство въ курс длъ внутренней политики и внушить ему правильный взглядъ на вещи…» [155]

Къ сожалнію, все, что наблюдалъ г. Николаевъ до насъ, то же осталось и при насъ, а потому все, что писалось въ цитированномъ рапорт отъ 8 сентября, съ успхомъ могло писаться въ отчетахъ отъ 8-го октября, 8-го ноября и т. д. до начала декабря, т. е. вплоть до того момента, пока новый большевистскій шквалъ вновь не зачеркнулъ все блое «строительство» въ несчастной полос.

Въ оправданіе Евсева можно сказать, что трудно было бороться съ непорядками мрами одного министерства внутреннихъ длъ, когда рядомъ съ нимъ дйствовали другіе органы, непосредственно подчиненные военному вдомству и пользующіеся иногда услугами опредленно преступныхъ людей; я не говорю уже о своеобразномъ политическомъ уклон этихъ органовъ. Вотъ что мы читаемъ, напримръ, въ одномъ донесеніи отъ 19 сентября [156] . «Во ввреной мн волости агенты и офицерскіе чины контръ-развдки, никому не извстные, производятъ безъ моего соучастія у мстныхъ гражданъ обыски, аресты, и тутъ же на мст убиваютъ арестуемыхъ безъ суда и слдствія, забираютъ деньги, лошадей и все имъ пригодное, не оставляя никакихъ копій актовъ или расписокъ въ реквизиціи денегъ и имущества. Такія дйствія иной контръ-развдки на-руку всякаго рода грабителямъ и хулиганамъ, которые тоже называютъ себя агентами контръ-развдки… Если бы офицерскіе чины контръ-развдки вс аресты и обыски производили при содйствіи волостнаго коменданта, этихъ злоупотребленій не было бы…» Контръ-развдка оставляла такія заявленія, нердко, безъ всякаго вниманія, иначе ей пришлось бы вообще прекратить свою «высоко-полезную» дятельность по вылавливанію разнаго рода «большевиковъ». Въ огромной масс репрессіи ея сыпались на головы ни въ чемъ неповинныхъ людей, выхватываемыхъ по грязнымъ доносамъ и сплошь да рядомъ изъ чисто — своекорыстныхъ цлей; присутствіе на обыскахъ и арестахъ такихъ наивныхъ людей, какъ г. Чапліевскій, врядъ ли было въ интересахъ большинства агентовъ этого органа, считавшихъ себя призванными твердой рукой искоренять большевизмъ на мстахъ. Зараза шла сверху, питаясь диктаторскими замашками игнорирующихъ правительство военныхъ властей, упорно стремившихся сдлать всю внутреннюю политику своей исключительной монополіей. При такихъ условіяхъ борьба съ произволомъ сводилась къ борьб съ тенденціями нарвскаго тыла, передъ которымъ оказалось безсильнымъ правительство во всемъ его состав, а не только одинъ Евсевъ. Но, конечно, боле ршительный и крутой министръ внутреннихъ длъ все же кой-что усплъ бы сдлать для смягченія многихъ частныхъ случаевъ царившаго повсюду произвола.

Впослдствіи правое крыло правительства поняло свою ошибку, чмъ и объяснялись вс разговоры о Савинков, какъ о человк, такъ или иначе импонирующемъ своей ршительностью военнымъ кругамъ. Разъ не было фактической силы, которая расчистила бы нарвскую накипь вооруженной рукой, поневол приходилось думать о суррогат, въ вид Савинкова, который къ тому же почему-то казался нашимъ коллегамъ мене лвымъ, чмъ я или Богдановъ изъ нашего крыла. Лавируя между Сциллой и Харибдой, такъ и протоптались на мст до безславнаго конца. Въ частности вина нашего лваго крыла состояла въ томъ, что мы все время боялись испортить «общее дло» и не уперлись въ вопрос внутренней политики ршительно. Т мотивы, которые приводились тогда въ нашей сред, стоятъ нкотораго общественнаго вниманія, чтобы остановиться на нихъ нсколько позже подробне.

И. Т. Евсевъ, конечно, ясно сознавалъ вс недочеты своего вдомства, но, не будучи въ силахъ дйствовать на первопричину прямымъ путемъ, расчитывалъ искоренить произволъ мрами медленнаго и постепеннаго его разсасыванія, надясь отнять у военныхъ одну область за другой, путемъ общихъ земскихъ и административныхъ реформъ, дйствующихъ, такъ сказать, біологически-оздоровляюще на окружающую общественную среду.

Мы всячески поддерживали въ этихъ стараніяхъ Евсева, и, если читатель удосужится заглянуть въ приложенія къ этой глав, то увидитъ, какъ далеки мы были на практик отъ доктринерства и преслдованія нашей демократической программы во что бы то ни стало, не считаясь съ условіями жизни взбудораженной полосы.

Вскор посл взятія нашими войсками Ямбурга, туда выхали министры Евсевъ, Эйшинскій и Богдановъ, постившіе затмъ также гдовскій районъ. Они имли рядъ собесдованій съ земскими, городскими дятелями и ближайшими волостными старшинами. Отношеніе къ правительству они встртили сочувственное, но старшины замтно избгали высказываться сколько нибудь опредленно по политическимъ вопросамъ. У крестьянъ мелькала, видимо, мысль: «а вдругъ снова вернутся большевики, да потянутъ опять къ отвту?» Во всякомъ случа, они сообща обсудили условія возобновленія дятельности органовъ самоуправленія на мстахъ, при чемъ выражено было пожеланіе упростить всю выборную процедуру, организовавъ земства по выбору отъ сходовыхъ. Тутъ учитывался до извстной степени прежде существовавшій опытъ. Дло въ томъ, что прежніе земскіе гласные частью разбжались, частью оставались еще за предлами нашихъ завоеваній, а потому еще лтомъ, во время перваго владнія блыми Ямбургомъ, до появленія нашего правительства, тому же Евсеву удалось создать въ этомъ узд нчто въ род суррогата земства по тому же принципу и результаты получились довольно приличные, хотя земство и функціонировало безъ точной программы и ясно очерченныхъ правъ. Теперь желаніе совщанія отвчало, такимъ образомъ, планамъ самого Евсева и въ дальнйшемъ легло въ основу дятельности министерства внутреннихъ длъ.

По свдніямъ, собраннымъ въ эту поздку въ бесдахъ съ населеніемъ Богданова, знаменитый Хомутовскій приказъ о земл, № 13, въ ямбургскомъ узд фактическаго примненія почти вовсе не имлъ, но «въ гдовскомъ узд онъ нашелъ широкое примненіе, вплоть до отобранія смянъ въ возмщеніе убытковъ помщиковъ. Предъявлена (была) масса исковъ о взысканіи таковыхъ убытковъ, каковые иски основывались на томъ же приказ» [157] .

Въ результат поздки, Евсевъ представилъ на утвержденіе совта министровъ два проэкта, изъ которыхъ первый назывался — «Временныя правила о возстановленіи земскаго самоуправленія въ освобожденныхъ мстностяхъ сверо-западной Россіи» [158] . Законъ былъ составленъ примнительно къ Положенію, выработанному Временнымъ Правительствомъ, но съ измненіемъ въ глав о выборахъ въ томъ смысл, что выборы гласныхъ производятся не по четыреххвостк, а на открытыхъ сельскихъ сходахъ. Въ волостныя земства — путемъ посылки одного представителя отъ каждаго селенія до 50 дворовъ; уздныя же земства составлялись изъ выборныхъ въ волостныя земскія собранія, при 6 тыс. жителей въ волости — одного, свыше — двухъ, и представителей отъ городовъ (при 6 тысячахъ жителей въ город — одного, свыше — двухъ). Представителей отъ городовъ проэктировалось посылать отъ городскихъ думъ. Евсевскія «правила» давали возможность организовать земства въ кратчайшій срокъ, не обременяя населеніе канцелярскими хлопотами при выборахъ по четыреххвостк и не смущаясь тмъ, что выборы окажутся слишкомъ упрощенными. Имлось въ виду дать населенію возможность немедленно ощутить блага гражданскаго правопорядка и принять непосредственное участіе въ его строительств.

Второй проектъ Евсева касался упорядоченія административнаго управленія въ св.-зап. Россіи и заключалъ въ себ: 1) «Временное положеніе о государственной страж въ губерніяхъ» и 2) «Положеніе о начальникахъ губерній» [159] . Законоположеніе — детально регламентирующее дятельность и права администраціи на мстахъ и вполн гарантирующее, при честномъ его примненіи, населеніе отъ произвола властей. Коменданты по этому проэкту упразднялись автоматически.

Но судьба судила иначе. Ямбургомъ, Гатчиной и Лугой мы владли не боле двухъ-трехъ недль, и законодательствовать на этой территоріи вовсе не пришлось. Проэктъ объ администраціи въ совт прошелъ только 1 ноября, когда началось стремительное отступленіи арміи къ границамъ Эстоніи; второй проэктъ — о земств, какъ потерявшій смыслъ по той же причин, Евсевъ самъ просилъ снять съ доклада. Впрочемъ, толку отъ этихъ проэктовъ тоже не вышло бы никакого, если-бъ даже войска и удержали занятый районъ: опьяненныя успхомъ, военныя власти готовили намъ чистую отставку, ршивъ распорядиться судьбой населенія по собственному плану.

Не лучше протекала дятельность другого важнаго органа правительства — министерства юстиціи.

Искренній и стойкій либералъ, прекрасный человкъ, хорошій юристъ, Е. И. Кедринъ былъ увлекающаяся натура, порою совершенно забывавшій о временной роли нашего правительства, о необходимости немедленно творить ближайшее практическое цло.

Напримръ, онъ самымъ серьезнымъ образомъ собирался судить большевиковъ въ Петроград, да и не въ Петроград только, а во всей Россіи, поставивши это дло въ широкомъ, почти грандіозномъ масштаб, съ научными комиссіями, спеціально изучающими преступную бациллу большевизма, и кучей особыхъ судебныхъ слдователей, опредляющихъ преступность «въ области финансовъ, торговли и промышленности, земледлія, продовольствія, народнаго просвщенія, городского самоуправленія и т. д.» Съ этой цлью Е. И. Кедринъ предлагалъ правительству создать, по взятіи Петрограда, «государственную комиссію по борьб съ большевизмомъ». Въ особомъ доклад, написанномъ по этому поводу, онъ опредлялъ задачу комиссіи двоякой: «во-первыхъ, чисто судебная — разслдованіе дятельности большевиковъ, и во-вторыхъ, научно-административная… цлью (которой) должно быть прежде всего раскрытіе сущности большевизма». Подъ угломъ зрнія уголовнаго кодекса и при наличности въ состав нашего правительства хотя бы право-соціалистическаго элемента, Е. И. Кедринъ въ научной части работы комиссіи предлагалъ: «изучить историческое происхожденіе большевистской доктрины, теоретическія, научныя и метафизическія работы соціалистическихъ мыслителей, прослдить вліяніе соціалистическихъ ученій на психологію народныхъ массъ…» и т. д., предупреждая насъ, что «изученіе большевизма должно покоиться (также) на точныхъ объективныхъ результатахъ и научномъ изслдованіи положительныхъ фактовъ, добытыхъ слдственными властями и установленныхъ судебными приговорами». Повторяю, планы его въ этой области были грандіозны, съ привлеченіемъ къ участію въ государственныхъ работахъ русской государственной комиссіи даже иностранныхъ правительствъ, ибо «чрезвычайныя профилактическія мры противъ большевизма необходимы не только въ Россіи, но и на пространств всего міра».

Докладъ Е. И. Кедрина встртилъ почти недоумнное къ себ отношеніе въ сред министровъ и не дождался ихъ обсужденія.

Ту же непрактичность Е. И. Кедринъ проявилъ въ другомъ случа, когда министерству юстиціи была поставлена прямая практическая задача — разграничить сферы дятельности военной и гражданской юстиціи въ уголовныхъ длахъ, возбуждаемыхъ на занятой территоріи. Этой мрой мы имли въ виду реорганизовать всю постановку судебнаго дла въ арміи и возможно скоре прекратить безобразія Хомутовской юстиціи. Е. И. Кедринъ взглянулъ на поставленную ему задачу, однако, слишкомъ фундаментально. Онъ организовалъ для этой цли особую комиссію изъ 12 присяжныхъ юристовъ (б. судей, прокуроровъ, присяжныхъ повренныхъ), которая окончательно углубила весь этотъ вопросъ.

Комиссія имла 26 засданій. Приступивъ къ своей работ, она нашла: «что для опредленія строгаго разграниченія между гражданской и военной подсудностью, необходимо создать такой гражданскій судъ, коему могли бы быть переданы вс уголовныя дла, переведенныя приказомъ № 10 командира отдльнаго корпуса сверной арміи [160] по военно-гражданскому управленію въ вдніе военнаго суда, съ наибольшей гарантіей въ правильности ихъ ршенія, такъ какъ отсутствіе въ сверо-западной области окружного суда, судебной палаты и правительствующаго сената лишаетъ судъ этихъ гарантій; кром того комиссія признала, что паденіе цнности денежныхъ знаковъ и измненіе условій общественной, экономической и правовой жизни вызываетъ насущную потребность въ пересмотр дйствующаго судебнаго законодательства» и т. д.

Въ результат — комиссія занялась пересмотромъ и пересмотрла «учрежденіе судебныхъ установленій, уставъ уголовнаго судопроизводства, уставъ гражданскаго судопроизводства, уложеніе о наказаніяхъ и уголовное уложеніе» и внесла въ нихъ подлежащія измненія!

Добралась комиссія и до реорганизаціи военно-полевыхъ судовъ, констатировала, что они «не предусмотрны закономъ», «совершенно не отвчаютъ требованіямъ закона и правосудія», выработала новый проэктъ положенія объ этихъ судахъ, но тутъ вышелъ конфузъ. Докладъ министра юстиціи въ совт объ организаціи военно-полевыхъ судовъ значился на повстк на 1 ноября, но къ засданію выяснилось, что ген. Юденичъ еще 16 октября своею властью упразднилъ старые Хомутовскіе суды и издалъ приказъ № 266, регулирущій дятельность новыхъ военно-полевыхъ судовъ, примнительно къ «своду военныхъ постан.» и узаконеніямъ въ періодъ міровой войны. Пришлось Е. И. — «просить помощника военнаго министра представить совту въ ближайшее время приказъ главнокомандующаго, регулирующій дйствія военно-полевыхъ судовъ, отложивъ обсужденіе проэкта до полученія сего приказа». 12 ноября докладъ былъ вовсе снятъ съ очереди, 18 — ходатайствовалось о возмщеніи расходовъ по комиссіи, а дальше все кануло въ Лету, ибо и территорія и населеніе — предметы попеченія комиссіи — снова перешли во власть совдеповъ.