Чтение онлайн

– Подожди, – медленно сказал он. – Я думал, Филч, запретил все, что продают в Ужастиках Умников Уизли?

– Интересно, хоть кто-нибудь когда-нибудь обращал внимание на то, что запретил Филч? спросила Гермиона, все еще пытаясь сконцентрироваться на своей работе.

– Но я думал, все совы обыскиваются. Так, каким образом эти девчонки смогут протащить любовные зелья в школу?

– Фред и Джордж посылают им зелья замаскированными под духи или средства от кашля, сказала Гермиона. – Это – один из их способов обслуживания заказов, которые разносят совы.

– Что-то ты много об этом знаешь.

Гермиона удостоила Гарри тем же презрительным взглядом, который достался его учебнику по Зельям.

– Все это было написано на обороте флаконов, которые близнецы показывали мне и Джинни этим летом, – холодно сказала она, – я не хожу по Хогвартсу, подливая людям в напитки зелья или притворяясь, что подливаю, потому что это также плохо…

– О, ну, в общем, не бери в голову, – быстро сказал Гарри. – Пойми, значит Филча легко можно обмануть! Если эти девчонки могут получать по почте любовные зелья, замаскированные под другие вещи, так почему Малфой не мог пронести в школу то ожерелье?

– О, Гарри… только не начинай снова…

– Но объясни мне, почему нет? – потребовал Гарри.

– Слушай, – вздохнула Гермиона, – Датчики Тайн обнаруживают проклятья, заклятья, и заклинания маскировки, ведь так? Они используются, чтобы найти темное волшебство и заколдованные темной магией объекты. Они бы обнаружили такое мощное проклятие, какое было наложено на ожерелье, за секунды. Но какое либо вещество, просто налитое в другую бутылку, они, конечно, не замечают, тем более что любовные зелья – не темная магия и они не опасны…

– Легко тебе говорить, – пробормотал Гарри, подумав о Ромилде Вэйн.

– К тому же, Филч вряд ли поймет, что это не зелье от кашля, он ведь сквиб, и я сильно сомневаюсь, что он умеет отличать одно зелье от другого.

Гермиона застыла; Гарри тоже что-то услышал. Кто-то подходил к ним сзади, но за темными полками было невозможно разобрать – кто. Они ждали, и мгновение спустя мадам Пинс, подобно стервятнику, появилась из-за угла, ее впалые щеки, кожа, похожая на пергамент, и длинный крючковатый нос, были освещены лампой, которую она держала.

– Библиотека закрыта, – сказала она, – я прослежу, чтобы все книги, взятые вами, были возвращены на нужные полки… ЧТО ты сделал с этой книгой? Ты – развращенный мальчишка!

– Это не библиотечная, это моя! – торопливо сказал Гарри, пытаясь убрать свое «Зельеварение дла совершенствующихся» со стола до того, как она схватит его своей когтистой рукой.

– Мародер! – шипела она. – Это омерзительно… осквернитель!

– Это – только книга, на которой что-то написано! – сказал Гарри, пытаясь вырвать у нее свой учебник.

Было похоже, что она хотела конфисковать книгу, но Гермиона, быстро собравшая свои вещи, схватила Гарри за руку и вытащила его из библиотеки.

– Она запретит тебе ходить в библиотеку, если ты не будешь осторожен. Зачем ты взял эту глупую книгу?

– Это не моя вина, она орала как безумная, Гермиона. А тебе не кажется, что она просто услышала, как ты грубо отзывалась о Филче? Я всегда думал, что между ними могло бы что-то быть…

– Ха, ха…

Получая удовольствие от нормального разговора не в полшепота, они шли по пустынным, освещенным лампами коридорам, назад в общую гостиную, и споря, правда это или нет, что Филч и мадам Пинс тайно влюблены друг в друга

– Безделушки – сказал Гарри Полной Даме, это был их новый, праздничный пароль.

– И вам того же, – ответила Полная Дама с ехидной усмешкой, и отодвинула портрет, чтобы впустить их.

– Привет, Гарри! – сказала Ромилда Вэйн, в ту же секунду, как он вылез из портретного проема. – Хочешь гвоздичной воды?

Гермиона через плечо посмотрела на него взглядом, «что-я-тебе-говорила?».

– Нет, спасибо, – быстро ответил Гарри. – Я не очень хочу пить.

– Ладно, тогда возьми это, – сказала Ромилда, толкая коробку в его руки. – «Шоколадные котелки», у них внутри огневиски. Мой дед прислал их мне, но я их не люблю.

– О… хорошо… большое спасибо, – сказал Гарри, не зная, что ответить. – Мммм… я только проходил здесь с…

Он поспешил за Гермионой, и его голос постепенно затих.

– Я же говорила, – кратко сказала Гермиона, – Скорей пригласи кого-нибудь, тогда они оставят тебя в покое, и ты сможешь…

Но ее лицо внезапно помрачнело; она только что увидела Рона и Лаванду, которые целовались все в том же кресле.

– Ну, спокойной ночи, Гарри, – сказала Гермиона, хотя было еще только семь часов вечера, и убежала в спальню девочек, ничего больше не сказав.

Гарри ложился спать, успокаивая себя мыслью, что остался только один день занятий, плюс вечеринка Слизхорна, после которой он и Рон вместе уедут в Нору. Казалось невозможным, что Рон и Гермиона помирятся друг с другом до каникул, но возможно, так или иначе, перерыв даст им время, чтобы успокоиться, и обдумать свое поведение…

Надежда Гарри была очень слабенькой, и она еще больше уменьшилась после последнего урока Трансфигурации. Класс проходил очень трудную тему человеческого преобразования. Все работали перед зеркалами, и в качестве задания должны были изменить цвет собственных бровей. Гермиона недоброжелательно посмеялась над первой безуспешной попыткой Рона, в течение которой он как-то умудрился наколдовать себе замечательные усы в форме ручек для велосипеда. А Рон принял ответные меры, копируя Гермиону, подпрыгивающую на своем месте каждый раз, когда профессор МакГонагалл задавала вопрос, что Лаванда и Парвати нашли очень забавным, и что снова довело Гермиону до слез. Она выбежала из классной комнаты сразу после звонка, оставив половину своих вещей в классе; Гарри решил, что сейчас она нуждается в нем больше, чем Рон, поэтому собрал ее вещи и побежал за ней.

Он, наконец, разыскал ее, когда она выходила из женского туалета этажом ниже. Гермиона была с Луной Лавгуд, которая рассеянно гладила ее по спине.

– О, привет, Гарри, – сказала Полумна. – Ты знаешь, что у тебя одна бровь ярко желтого цвета?

– Привет, Полумна. Гермиона, ты оставила свои вещи…

Он протянул ее книги.

– О, да, – сказала Гермиона подавленным голосом, убирая вещи и быстро отворачиваясь, чтобы скрыть свои слезы. – Спасибо, Гарри. Ладно, я должна идти…

И она поспешно ушла, не дав Гарри шанса попытаться успокоить или приободрить себя, а сейчас он не мог думать ни о чем другом.

– Она немного расстроена, – сказала Полумна. – Я сначала подумала, это Плакса Миртл, но, оказалось, что это была Гермиона. Она говорила что-то о Роне Уизли…

– Да, они поссорились, – сказал Гарри.

– Он бывает забавным иногда, не так ли? – сказала Полумна, пока они вместе шли вниз по коридору. – Но может быть и немного груб. Я заметила это в прошлом году.