Чтение онлайн

– Может быть, – сказал Гарри. Полумна снова демонстрировала свою способность непринужденно разговаривать о неприятных истинах; он никогда не встречал никого похожего на нее. – Как прошел семестр?

– О, хорошо, – сказала Полумна. – Немного одиноко без АД. Джинни просто прелесть. На днях она заткнула двух мальчиков с нашего курса на Трансфигурации, назвавших меня «Лунотичкой»…

– Ты хотела бы пойти со мной на вечеринку Слизхорна сегодня вечером?

Слова выскочили изо рта Гарри прежде, чем он успел остановить их. Он слышал, что произнес их так, как будто говорил кто-то другой.

Полумна в удивлении уставилась на него своими выпуклыми глазами.

– На вечеринку Слизхорна? С тобой?

– Да, – сказал Гарри, – Мы можем приводить гостей, и я подумал, что тебе это могло бы понравится… Я имею в виду… – Он очень хотел прояснить всю ситуацию. – Я хочу сказать, как друзья, понимаешь? Но если ты не хочешь…

Он уже наполовину желал, чтобы она не хотела.

– O нет, я хотела бы пойти с тобой как друг! – сияя, сказала Полумна, он никогда не видел ее такой прежде. – Никто никогда прежде не просил меня пойти на вечеринку, как друга! Ты покрасил бровь для вечеринки? Я тоже должна покрасить свою?

– Нет, – твердо сказал Гарри, – это просто ошибка. Я попрошу Гермиону вернуть брови нормальный вид. Тогда я встречу тебя в вестибюле в восемь часов.

– АГА! – закричал голос сверху, и они оба подскочили; незамеченный ими Пивз, висел вверх тормашками на люстре и злобно усмехался.

– Потти пригласил Лунатичку на вечеринку! Потти любит Лунатичку! Потти лююююбит Лунатииичку!

И унесся, по-прежнему гогоча и вопя, – Потти любит Лунатичку!

– Тяжело сохранять такие вещи в секрете, – сказал Гарри. Он был уверен, что скоро уже вся школа будет говорить о том, что он пригласил Луну Лавгуд на вечеринку Слизхорна.

– Ты мог выбрать любую! – недоверчиво сказал Рон во время обеда. – Любую! И ты выбрал Лунатичку Лавгуд?

– Не называй ее так, Рон! – бросила Джинни, остановившись позади Гарри по пути к своим друзьям. – Я действительно рада, что ты пригласил ее Гарри, она так взволнована.

И она пошла дальше, чтобы сесть с Дином. Гарри пробовал обрадоваться, что Джинни осталась довольна его приглашением, сделанным Луне на вечеринку, но у него не выходило. Вдалеке от них за столом сидела Гермиона, совсем одна, ковыряя вилкой в своей тарелке. Гарри заметил, что Рон украдкой смотрит на нее.

– Ты мог бы извиниться, – прямо предложил Гарри.

– И что, снова подвергнуться нападению канареек? – пробормотал Рон.

– Не было причин дразнить ее.

– Она смеялась над моими усами!

– Я тоже, это была самая дурацкая вещь, которую я когда-либо видел.

Но Рон, казалось, не слушал; только что пришли Лаванда и Парвати. Втиснувшись между Гарри и Роном, Лаванда обняла Рона за шею.

– Привет, – сказала Парвати, которая, как и Гарри, выглядела смущенной, ей также надоело поведение их двух друзей.

– Привет, – сказал Гарри, – как ты? Останешься в Хогвартсе? Я слышал, твои родители хотят, чтобы ты уехала.

– Я умудрилась уговорить их повременить, – сказала Парвати. – Случай с Кэти действительно взволновал их, но с тех пор все спокойно… О, привет, Гермиона! – Сказала Парвати и поистине сияюще улыбнулась. Гарри подумал, что, наверное, она чувствует себя виноватой в том, что смеялась над Гермионой на Трансфигурации. Он взглянул на подругу и увидел, что Гермиона тоже улыбнулась, даже более радостно, чем Парвати. Девчонки иногда такие странные…

– Привет, Парвати! – сказала Гермиона, полностью игнорируя Рона и Лаванду. – Ты идешь на вечеринку к Слизхорну сегодня вечером?

– У меня нет приглашения, – уныло ответила Парвати. – Тем не менее, я хотела бы пойти, говорят, там будет по настоящему классно… Ты идешь, не так ли?

– Да, я встречаюсь с Кормаком в восемь, и…

Раздался шум подобно звуку сливающегося туалета, и Рон подскочил. Гермиона продолжила, как если бы не видела и не слышала его.

– …мы вместе пойдем на вечеринку.

– Кормак? – сказал Парвати. – Ты имеешь в виду Кормака МакЛаггена?

– Да, – ласково сказала Гермиона. – Тот, кто почти, – она сделала акцент на этом слове, – стал Гриффиндорским защитником.

– Ты встречаешься с ним? – наивно поинтересовалась Парвати.

– О… да, а разве ты не знала? – хихикая, ответила Гермиона.

– Нет! – еле выговорила Парвати, очень взволнованная после такого сообщения. – Ничего себе, неужели тебе нравятся игроки в Квиддитч? Сначала Крам, теперь МакЛагген…

– Меня привлекают действительно хорошие игроки в квиддитч, – поправила ее Гермиона, все еще улыбаясь. – Хорошо, увидимся… Пойду, подготовлюсь к вечеринке…

Она ушла, и Лаванда с Парвати склонили друг к другу головы, дабы обсудить новое развитие событий, все, что они когда-либо слышали или предполагали о Гермионе и МакЛаггене. Рон выглядел потрясенным и ничего не говорил. Гарри не замечали, и он мог обдумать в полной тишине то, до чего могут дойти девушки, чтобы отомстить.

Спустившись в вестибюль в восемь часов вечера, он увидел необычайно много девочек, обижено на него смотревших, поскольку он подошел к Луне. На ней была серебряная мантия украшенная блестками, вызывавшая хихиканье у окружающих, но она выглядела весьма привлекательно. Гарри был доволен, во всяком случае, что она не надела ее серьги-редиски, ожерелье из пробок от сливочного пива, и свои СпектроОчки.

– Привет, – сказал он. – Пойдем?

– О да, – ответила она счастливо. – Где – вечеринка?

– В кабинете Слизхорна, – сказал Гарри, уводя ее по мраморной лестнице подальше от взглядов и разговоров. – Ты слышала, предполагается приезд вампира?

– Руфуса Скримджера? – спросила Полумна.

– Я…кто? – смущенно проговорил Гарри. – Ты подразумеваешь Министра Магии?

– Да, он – вампир, – с легкостью сказала Полумна. – Отец написал очень длинную статью об этом, когда Скримджер принял пост Министра Магии, но был вынужден не издавать ее из-за распоряжения Министерства. Очевидно, они не хотели, чтобы правда вышла на свет!

Гарри думал, маловероятно, что Руфус Скримджер – вампир, но Полумна всегда повторяла причудливые статьи ее отца, как будто все это была правда.

Они уже подходили к кабинету Слизхорна, и звуки музыки, смеха, громкой беседы становились громче с каждым шагом.

Задумывалось ли так изначально, или Слизхорн использовал волшебство, но его кабинет был намного больше кабинетов других преподавателей. Потолок и стены были драпированы изумрудными, темно-красными, и золотыми портьерами – выглядело так, как будто они находились внутри просторного шатра. В комнате было очень душно из-за большого скопления людей; повсюду гуляли блики красного цвета, отбрасываемые декоративной золотой лампой, свисающей с центра потолка. В ней летали настоящие феи, каждая как блестящее пятнышко света. Громкое пение сопровождалось игрой на мандолине; дым из трубок клубился над беседующими пожилыми колдунами, и множество эльфов-домовиков пыталось пробраться через все это столпотворение, неся тяжелые серебряные подносы с разнообразной едой и напоминая собой небольшие бродячие столики.