Чтение онлайн

А я уже давно замечала, что рядом с ним честность выходит у меня слишком опасной.

– Это зависит, - прошептала я.

– От чего?

– От того, назовете ли вы это ошибкой потом.

Он смотрел так, будто хотел сказать что-то очень серьезное.

Очень настоящее.

И, возможно, вовсе не про поцелуи.

Но судьба, как обычно, решила иначе.

Из щели за сундуком вдруг донесся тихий скрежет.

А потом знакомый, тоненький голос:

– Лола... тут темно...

Мы отпрянули одновременно.

– Агнесса?!
– выдохнула я.

И похолодела.

Потому что настоящая Агнесса в этот момент спала двумя этажами ниже.

Есть звуки, от которых кровь стынет в жилах мгновенно.

Не постепенно.

Не с запозданием.

Сразу.

И детский голос из-за стены, когда ты точно знаешь, что ребенок внизу в постели, как раз из таких.

– Это не она, - сразу сказал маркиз.

– Я знаю, - ответила я, хотя легче от этого не стало ни на каплю.

Фисташ слетел с балки и завис у меня над головой.

– Я за то, чтобы замуровать все сразу. Целиком. С домом.

– Поздно, - буркнул Лисфей.
– Мы уже эмоционально въехали.

Голос из-за сундука повторился. Тихо. Жалобно.

– Лола... мне страшно...

Я стиснула зубы.

– Какая мерзкая тварь.

Маркиз шагнул ближе к щели.

– Не отвечайте.

– Я и не собиралась.

– Вы собирались.

– Я просто хотела назвать ее мерзкой тварью погромче.

– Это допускается.

Из щели потянуло холодом. Не обычным. Не ночным. Каким-то влажным, подземным, будто кто-то долго сидел в темноте и теперь выдыхал прямо нам в лица.

Хрунь неожиданно съежился и спрятал морду в хвост.

– Не нравится, - сообщил он.

– Как прекрасно, что хоть кто-то формулирует мои чувства кратко, - пробормотала я.

Соломея подняла сковородку повыше.

– Можно и приложить, если полезет.

– Скажите, - не выдержал ворон, - у вас все проблемы решаются либо сковородкой, либо поцелуями?

– Пока да, - сказала я.
– И, как ни странно, местами успешно.

Маркиз коротко покосился на меня.

Опасно.

Тепло.

До невозможности невовремя.

Но в эту секунду за сундуком снова что-то зашуршало. Потом стукнуло. Потом голос изменился.

Сначала это была Агнесса.

Потом Тео.

Потом Ной.

А потом...

– Кларисса, - прозвучал мой собственный голос.

Я застыла.

Он был точный.

До дрожи похожий.

Только с этой неприятной тягучестью, будто мое отражение научилось говорить раньше, чем научилось быть живым.

– Какая гадость, - выдохнула я.

– Поддерживаю, - впервые совершенно серьезно сказал маркиз.

Голос за стеной тихо засмеялся.

Моим смехом.

И вот тут у меня действительно подогнулись колени.

Потому что одно дело - слушать поддельную девочку.

Совсем другое - услышать собственный голос, который звучит чужим.

Маркиз тут же положил руку мне на талию. Осторожно. Поддерживая. Без лишних слов.

– На меня смотрите, - сказал он тихо.

Я подняла глаза.

– Не на стену. На меня.

И, как ни странно, это помогло.

В самом деле помогло.

Потому что у него был настоящий взгляд. Настоящее лицо. Настоящее тепло ладони. И рядом с этим любая ложь сразу делалась чуть слабее.

– Лучше?
– спросил он.

– Немного.

– Уже хорошо.

– Не зазнавайтесь.

– Даже не думал.

Вот как он это делает? Как умудряется быть одновременно несносным и... надежным? Это же против правил. Против природы. Против моего душевного равновесия, в конце концов.

Клаус, который добрался-таки до чердака, принюхался к щели и мерзко сморщил нос.

– Там не один.

– А кто?
– быстро спросила я.

– Пустые голоса. Следоплеты. Может, остаток ищейки. Может, кто-то привязанный к старому ходу.

– Очень полезно. Совсем ничего не понятно, - буркнула Соломея.

– Мне тоже не все приятно знать, - огрызнулся домовой.

Маркиз выпрямился.

– Закрываем проход. Сейчас.

– А если они найдут другой?
– спросила я.

– Значит, будем закрывать и другой.

– А если дом весь в таких ходах?

– Тогда у нас будет насыщенная семейная жизнь, - заметил Лисфей.

Я вспыхнула.

Ворон каркнул так, будто смеялся.

Фисташ заорал:

– Подтверждаю! Напряжение романтическое, как гроза над орешником!

– Я вас всех выселю, - пообещала я.

– Сначала попробуйте, - фыркнул кот.

Мы навалились на сундук снова. На этот раз с помощью Клауса дело пошло быстрее. Домовой уперся сучковатыми лапами и с таким рыком подвинул громаду к стене, что я невольно зауважала его еще больше.

– Вот это сила, - восхитился Тео... который, как выяснилось, опять стоял у лестницы.

Я медленно обернулась.

– Почему вы все время тут?

– Потому что внизу скучно, - честно ответил он.

За его плечом обнаружились:

– Агнесса,

– Булка,

– Лапсик,

– Лина,

– Леви,

– и Ной на руках у Мирабель.

То есть нас опять не послушался никто.

– Я больше не могу, - тихо сказала Соломея.
– У меня закончились слова.

– У меня нет, - ответила я и набрала в грудь воздуха.

Но не успела.

Потому что Ной вдруг вытянул руку в сторону щели и почти спокойно сказал:

– Это не хотят войти.

Мы замерли.

– Что?
– спросила Мирабель сипло.