Чтение онлайн

Совсем.

– А если придет король?
– деловито уточнил Тео.

– И королю не отдам.

– А если две королевы?

– Тео, - простонал он.

– Я проверяю пределы твоей решимости.

– Они очень далеко.

– Хорошо, - с удовлетворением кивнул мальчик.

Я отвернулась будто бы к окну, потому что совершенно не была готова к тому, что глаза вдруг подозрительно защиплет. Еще не хватало разреветься в присутствии ворона, домового и всей этой собравшейся ночной ярмарки.

Разумеется, именно в этот момент рядом возникла няня Марта.

– Добро пожаловать, - негромко сказала она, - в семейство, милая.

Я кашлянула.

– Простите?

– Не делай вид, будто не поняла.

– Я ничего не делаю. Я просто дышу. С трудом.

– Это пройдет. Или усугубится. Тут уж как повезет.

Вот ведь призрак. Даже унять ее нечем.

Маркиз поднялся с колен и повернулся ко взрослым.

– Нам нужно решить, что делать до полудня. Если явится инспектор, дети должны быть в безопасности. Источник тоже. И никакой паники.

– У вас список невозможных пожеланий, - заметила я.

– Вы любите невозможное.

– С чего вы взяли?

Он посмотрел прямо на меня.

– Вы все еще здесь.

Очень хотелось ответить что-нибудь остроумное. Но в голове стало подозрительно пусто. Пришлось ограничиться фырканьем, которое в моем исполнении, как я надеялась, звучало достойно.

Мирабель подошла ближе, прижимая к себе сонного Ноя.

– Я не могу позволить им забрать детей.

– Мы это уже поняли, - отозвалась Соломея.

– Нет, вы не поняли, - резко сказала Мирабель, и в голосе у нее впервые прорезалась настоящая, живая ярость.
– Если Ронкс узнает, где они, он попробует вернуть их раньше любой канцелярии. А если Магистрат сочтет, что дом небезопасен, детей увезут якобы под защиту. А оттуда их забрать проще.

– Кто такой этот Ронкс?
– снова спросила я.
– И почему о нем все говорят так, будто он не человек, а чума в сапогах?

– Потому что примерно так и есть, - сообщил ворон, приглаживая перья.
– В научных кругах известен как талантливый маг-механик. В приличных кругах - как мерзавец. В наших ведомственных - как неуловимая головная боль.

– А ты, значит, из ведомственных?
– прищурилась я.

– Я универсален.

– Это не ответ.

– Это характер.

Маркиз тем временем смотрел на Мирабель очень внимательно.

– Вы знали, что за вами след?

Она кивнула.

– Знала.

– И все равно привезли их сюда.

– Потому что все остальные места уже проверяли. А это имение проснулось именно сегодня. Такой шанс бывает один раз.

– То есть вы просто принесли беду к нам на крыльцо?
– не выдержала Соломея.

– Я принесла детей туда, где у них появился шанс, - отрезала Мирабель.

И вот тут я впервые увидела, что за ее решительностью тоже прячется страх. Не за себя. За них.

– Хватит, - сказала я.
– Сейчас не время искать виноватых. Их у нас и так очередь.

Все замолчали.

Я глубоко вдохнула. Потом медленно выдохнула. Потом поняла, что все опять смотрят на меня.

– Что?
– спросила я.

– Ничего, - сказал маркиз.
– Продолжайте.

– Не командуйте так, будто я это люблю.

– А вы любите.

– Неправда.

– Правда.

– Я вам потом это припомню.

– Буду ждать.

Вот невозможно же. Просто невозможно.

Но я все-таки собралась.

– До полудня нам надо сделать три вещи.

– Первое - понять, как защитить детей и источник.

– Второе - выяснить, что именно нужно инспектору и можно ли ему доверять.

– Третье - разобраться, есть ли в доме еще какие-нибудь сюрпризы, способные свалиться на голову раньше завтрака.

– Есть, - радостно сказал Клаус.

Я закрыла глаза.

– Конечно.

– В западной кладовой кто-то шевелится уже с неделю, - сообщил он.
– Но я думал, само рассосется.

Маркиз очень медленно повернул голову к домовому.

– Что?

– Ну, может, это шаль. Или старый хлам. Или еще один фамильяр. Я не проверял.

– Великолепный подход, - пробормотал Лисфей.
– Настоящий дух охраны.

– Я был голодный!

– Тихо, - шикнула я.
– Западная кладовая подождет до утра. Если, конечно, не вылезет сама.

– Умеете вдохновить, - заметил маркиз.

– Стараюсь.

Дети тем временем устали окончательно. Даже Тео уже клевал носом, хотя старался держаться. Агнесса прислонилась к боку Лапсика, который немедленно возомнил себя подушкой. Лина и Леви устроились у Мирабель. Ной спал, но хмурился во сне.

Няня Марта всплеснула прозрачными руками.

– Все. Хватит ночных советов. Детям спать. Взрослым - по постам. Иначе к утру у нас будет не приют, а общество призраков на почве переутомления.

– А мне?
– спросил ворон.

– А тебе жердочку и молчать.

– Это репрессии.

Маркиз тихо усмехнулся. Потом повернулся ко мне.

– Нужно поговорить.

И от этих трех слов сердце у меня предательски ухнуло вниз.

Потому что одно дело - ночная суматоха, дети, духи, погоня, письма.

И совсем другое - остаться с ним наедине после всего этого, когда во мне и без того слишком много лишнего.

– Сейчас?
– спросила я.

– Сейчас.

– Как приговор звучит.

– Может, и так.

Он сказал это спокойно. Но в глазах у него было что-то, от чего мне сразу стало жарко и страшно одновременно.

А потом сверху, со стороны чердака, вдруг донесся громкий, возмущенный визг Фисташа:

– Я требую протокол! Кто-то пытается украсть мои орехи!

Если в вашем доме среди ночи визжит магическая птица, это уже никого не удивляет.