Чтение онлайн

– Подумай о славе. Подумай о репутации. Подумай, как здорово это будет выглядеть в твоем послужном списке.

– На надгробии, ты имеешь в виду. Над моей пустой могилой. Никто не сможет собрать достаточно разлетевшихся атомов моего тела, чтобы похоронить. Ты оплатишь мои похороны, сынок?

– И с размахом. Флаги, танцующие девушки и достаточно пива, чтобы твой гроб доплыл до Валгаллы.

Танг вздохнул.

– Пусть он плывет по сливовому вину, ладно? А пиво выпейте. Что ж, - он молча постоял, потирая губы.
– Первым шагом будет перевести флот в часовую готовность вместо двадцатичетырехчасовой.

– А это еще не сделано?
– нахмурился Майлз.

– Мы вели оборонительную тактику. И определили, что у нас будет по крайней мере тридцать шесть часов, чтобы изучить что угодно, что будет двигаться на нас через Ступицу. Или, по крайней мере, так определил Оссер. Потребуется около шести часов, чтобы привести нас в часовую готовность.

– Хорошо... Тогда это будет вторым шагом. Твоим первым шагом будет обняться и поцеловаться с капитаном Осоном.

– Поцелуй меня в задницу!
– воскликнул Тан.
– Этот пустоголовый кретин...

– ...требуется нам, чтобы командовать "Триумфом", пока ты главный тактик флотилии. Ты не можешь делать и то, и другое. Я не могу реорганизовывать флот, когда на носу сражение. Если бы у меня была неделя на прополку... Но у меня ее нет. Людей Оссера следует убедить, чтобы они остались на своих местах. Если у меня будет Осон, - Майлз поднял руку и сомкнул пальцы в щепотку, - то я смогу убедить остальных. Так или иначе.

Танг пробурчал недовольное согласие:

– Ладно.
– Его сердитое лицо медленно расплылось в ухмылке.
– Однако я бы немало отдал, чтобы посмотреть, как ты заставишь его поцеловать Торна.

– Одно чудо за раз.

Капитан Осон, четыре года назад бывший толстяком, с тех пор набрал еще немного веса, но в остальном, кажется, не изменился. Он шагнул в каюту Оссера, окинул взглядом нацеленные на него парализаторы и замер, сжимая кулаки. Когда он увидел Майлза, сидевшего на краю комм-пульта (психологическая уловка, чтобы поднять голову Майлза до уровня остальных: он опасался, что в кресле пульта выглядел как ребенок, которому нужен специальный высокий стульчик, чтобы сидеть за обеденным столом), гнев на лице Осона уступил место ужасу:

– Проклятие! Только не это! Опять ты!

– Конечно, я, - пожал плечами Майлз. Вооруженные парализаторами невидимки - Чодак и его человек - подавили ухмылки радостного предвкушения.
– Нам предстоит боевая операция.

– Ты не можешь...
– Осон прервался и пристально посмотрел на Оссера. Что вы с ним сделали?

– Скажем так, мы подправили его отношение к жизни. Что касается флота, то он уже мой.
– Ну, по крайней мере, он над этим работает.
– Вопрос в том, выберите ли вы сторону победителя? Положите себе в карман боевые премиальные? Или мне передать командование "Триумфом"...
– Осон молча оскалился в сторону Танга.
– ...Белу Торну?

– Что?
– воскликнул Осон, а Танг содрогнулся.
– Ты не можешь...

Майлз оборвал его:

– Вы случайно не помните, как перешли от командования "Ариэлем" к командованию "Триумфом"? А?

Осон указал на Танга:

– А как насчет него?

– Мой заказчик внесет сумму, эквивалентную стоимости "Триумфа", которая станет долей Танга в корпорации флота. Взамен коммодор Танг откажется от всех претензий на сам корабль. Он будет утвержден в должности начальника штаба и тактического командующего, а вы - в должности капитана флагмана "Триумф". Ваш первоначальный взнос, эквивалентный стоимости "Ариэля" за вычетом залоговых обязательств, будет подтвержден как ваша доля в корпорации флота. Оба корабля будут числиться собственностью флотилии.

– И ты с этим согласен?
– спросил Осон у Танга.

Майлз пронзил Танга стальным взглядом.

– Угу, - пробурчал Танг.

Осон нахмурился.

– Дело не только в деньгах...
– он замолчал, изогнул бровь: - Какие боевые премиальные? Какой бой?

"Он сомневается, значит, он наш".

– Вы участвуете или нет?

Луноподобное лицо Осона приняло хитрое выражение:

– Я участвую... Если он извинится.

– Что? Этот тупица думает...

– Извинись перед человеком, Танг, дорогой, - пропел Майлз через сжатые зубы.
– И продолжим. Или "Триумф" получит капитана, который может быть своим собственным первым помощником. И который, среди прочих многочисленных достоинств, не спорит со мной.

– Конечно, не спорит: маленький бетанский перевертыш влюбился, выпалил Осон.
– Я все не могу понять, хочет ли он сам тебя трахнуть, или чтобы ты трахнул его...

Майлз улыбнулся и предостерегающе поднял руку:

– Ну-ну.

Он кивнул Елене. Она убрала парализатор в кобуру и достала нейробластер, который спокойно направила в голову Осона. Ее улыбка неудобно напомнила Майлзу улыбку сержанта Ботари. Или еще хуже, улыбку Кавилло.

– Я никогда не говорила, Осон, насколько сильно меня раздражает твой голос?
– спросила она.

– Ты не выстрелишь, - неуверенно сказал Осон.

– Я ее останавливать не стану, - соврал Майлз.
– Мне нужен ваш корабль. Было бы удобно - но не обязательно - если бы вы командовали им для меня, его взгляд словно нож метнулся в сторону предполагаемого начальника штаба и тактического командующего.
– Итак, Танг?

С нарочитой вежливостью Танг высказал высокопарные, хотя и туманные, извинения Осону за прошлые пренебрежительные высказывания о его характере, интеллекте, предках, внешнем виде... Когда лицо Осона начало темнеть, Майлз остановил список Танга на середине и заставил начать сначала:

– Теперь попроще.

Танг вздохнул.

– Осон, иногда ты можешь быть просто задницей, но, черт возьми, когда припрет, ты можешь драться. Я видел тебя в деле. В жесткой, опасной и безумной заварухе я бы предпочел иметь тебя за спиной более, чем любого другого капитана во флоте.

Один из уголков рта Осона загнулся вверх.

– Вот это уже искренне. Спасибо большое. Я очень ценю твою заботу о своей безопасности. Ну и насколько же жесткая, опасная и безумная заваруха нам, по-твоему, предстоит?

Танг захихикал, по мнению Майлза, самым отвратительным образом.

Капитанов-владельцев приводили по одному и убеждали, подкупали, шантажировали и морочили голову, пока язык у Майлза не начал заплетаться, горло пересохло, а голос охрип. Только капитан "Сапсана" попытался оказать физическое сопротивление. Его парализовали и связали, а его первого помощника поставили перед немедленным выбором между внеочередным повышением и длинным путешествием через короткий шлюзовой отсек. Он выбрал повышение, но глаза его говорили: "Придет и наш день". Если этот день придет после цетагандийцев, то Майлза такой расклад вполне устраивал.