Чтение онлайн

– Я хочу участвовать в сражении. Возможно, это единственный шанс в моей жизни испытать настоящий риск.

– Что, ежедневный риск столкнуться с безумными убийцами недостаточно щекочет тебе нервы? Тебе нужно больше?

– Активный риск. Не пассивный. Настоящая служба.

– Если - по твоему суждению - наилучшей и наиважнейшей службой, которую ты можешь сослужить всем прочим людям, рискующим там своими жизнями, является роль скромного боевого офицера, то я, конечно, поддержу тебя всем, чем смогу, - бесстрастно сказал Майлз.

– Ох, - пробормотал Грегор.
– Знаешь, ты умеешь вертеть словами как ножом.
– Он помолчал.
– Переговоры, значит?

– Если вы будете столь добры, сир.

– О, перестань, - вздохнул Грегор.
– Я сыграю назначенную мне роль. Как всегда.

– Благодарю, - Майлз хотел было предложить какое-нибудь оправдание или утешение, но потом передумал.
– Еще одна неизвестная переменная - рейнджеры Рэндола. Которые сейчас, если я не ошибаюсь, пребывают в серьезном смятении. Заместитель командующего исчез, командующий дезертировал перед самым началом сражения... Кстати, как это варванцы позволили ей уйти?

– Она сказала им, что отправляется вести с тобой переговоры. Намекнула, что ей как-то удалось присоединить тебя к своим силам. Сразу после этого она якобы собиралась кинуться в схватку на своем быстром курьере.

– Хм. Возможно, сама того не желая, она расчистила нам путь... Она отрицает свою связь с цетагандийцами?

– Не думаю, что верванцы уже догадались, что рейнджеры открыли дверь цетаганцийцам. Когда мы покидали Верванскую станцию, они все еще относили провал обороны рейнджерами цетагандийского П-В туннеля на некомпетентность.

– Вероятно, тому были и серьезные доказательства. Сомневаюсь, что основная часть рейнджеров была в курсе предательства, иначе его не удалось бы так долго сохранить в тайне. И кто бы из состава флота ни работал с цетами, они остались в полном неведении, когда Кавилло внезапно взяла курс на Империю. Ты понимаешь, Грегор, что это твоя заслуга? Одной левой ты подорвал цетагандийское вторжение.

– Ну, - выдохнул Грегор, - я использовал обе руки.

Майлз решил на этом не останавливаться.

– В любом случае, если получится, нужно блокировать рейнджеров. Взять их под контроль или, по крайней мере, не оставлять у себя за спиной.

– Очень хорошо.

– Предлагаю сыграть в доброго и злого следователя. Буду счастлив взять на себя роль злого.

Кавилло привели двое конвойных, ведя ее между собой с помощью ручных тяговых механизмов. На ней все еще был ее боевой скафандр, теперь с вмятинами и царапинами. Шлема не было. Вооружение со скафандра сняли, контрольные системы отсоединили, а сочленения зафиксировали, превратив его в стокилограммовую тюрьму, тесную, как саркофаг. Двое дендарийских солдат поставили ее у конца переговорного стола и, отдав салют, отступили назад. Статуя с живой головой: как будто метаморфоза наподобие пигмалионовой внезапно прервалась и осталась ужасным образом незавершенной.

– Благодарю вас, господа, вы свободны, - сказал Майлз.
– Коммандер Ботари-Джезек, пожалуйста, останьтесь.

Кавилло в бессмысленном сопротивлении покрутила коротко остриженной светловолосой головой - это был предел физически возможного для нее движения. Когда солдаты вышли, она яростно уставилась на Грегора.

– Ты, змея, - прорычала она.
– Ублюдок!

Грегор сидел, поставив локти на стол и опустив подбородок на руки. Он приподнял голову и устало сказал:

– Командующий, оба моих родителя умерли насильственной смертью в ходе политической интриги, прежде чем мне исполнилось шесть лет. Факт, который вы, вероятно, обнаружили в своих исследованиях. Неужели вы думали, что имеете дело с жалким любителем?

– Вы с самого начала играли не в своей лиге, Кавилло, - сказал Майлз, медленно обходя вокруг нее, как будто осматривая свой трофей. Она поворачивала голову, следя за ним, потом вынуждена была крутиться в другую сторону, чтобы перехватить орбиту его движения с другой стороны.
– Вам следовало придерживаться своего первоначального контракта. Или вашего второго плана. Или третьего. Вам следовало, на самом деле, придерживаться хоть чего-нибудь. Чего угодно. Ваша безграничная эгоистичность не сделала вас сильной, она превратила вас в несомую ветром ветошь, которую может подхватить любой. Итак. Грегор - но не я - полагает, что вам следует дать шанс заработать вашу ничего не стоящую жизнь.

– У тебя не хватит духу выбросить меня за борт, - ее глаза сузились от гнева.

– Я и не планировал, - так как у нее, очевидно, от этого бегали мурашки по коже, Майлз снова начал ее обходить.
– Нет. Глядя в будущее - когда все это закончится - я подумывал отдать вас цетагандийцам. Лакомая добавка к мирному договору, которая не будет нам стоить ничего, но поможет подсластить им пилюлю. Полагаю, они будут вас искать, как вы думаете?
– он остановился перед ней и улыбнулся.

Кровь отлила у нее от лица. На стройной шее проступили сухожилия.

Заговорил Грегор:

– Но если вы сделаете, как мы просим, я подарю вам свободный выход из Ступицы Хегена, через Барраяр, когда все закончится. Вместе с оставшимися в живых вашими силами, которые захотят за вами последовать. Это даст вам фору в два месяца перед мстящими за разгром цетагандийцами.

– На самом деле, - вставил Майлз, - если вы сыграете свою роль, вы даже можете выйти из этой ситуации героиней. Ну и ну!

Направленный на него сердитый взгляд Грегора был не полностью наигран.

– Я до тебя доберусь, - негромко пригрозила Кавилло Майлзу.

– Это лучшая сделка, которую вы сможете получить сегодня. Жизнь. Спасение. Новое начало, далеко отсюда... Очень далеко отсюда. Об этом позаботится Саймон Иллиан. Далеко, но под присмотром.

Гнев в ее глазах начал постепенно вытесняться задумчивостью.

– Что вы от меня хотите?

– Немного. Передайте тот контроль, что у вас еще есть над вашими силами, офицеру по своему выбору. Возможно, верванскому посреднику, в конце концов, они же за вас платят. Вы представите своему командному составу вашу замену, а сами уйдете на покой на гауптвахту "Триумфа" на время всей операции.

– Когда все это кончится, никаких оставшихся в живых рейнджеров не будет!

– Есть такой риск, - признал Майлз.
– Вы ведь и собирались от них от всех отделаться. Заметьте, пожалуйста, что я не предлагаю вам выбор между этим и чем-то лучшим. Или это, или цетагандийцы. Чье одобрительное отношение к изменникам распространяется только на тех, что действуют в их пользу.

У Кавилло был такой вид, будто она хотела плюнуть, но она сказала:

– Хорошо. Я согласна на ваши условия.