Чтение онлайн

— То же, что и с тобой, — коротко ответил я. — Только ему досталось сильнее. Он скоро придёт в себя.

— Мы… что, подрались? — в голосе Бориса прозвучало недоверие и ужас.

— Можно и так сказать, — кивнула Искра. — Только не друг с другом. Вы тут такой кордебалет устроили, что Большой театр обзавидуется. Чуть нас всех на ремни не пустили.

Берсерк не знал, что сказать. Просто снова посмотрел на ноги. Края ран выглядели не очень, кожа вокруг воспалилась. Из глубины раневого канала всё ещё сочилась тёмная венозная кровь.

— Сквозные, — констатировала Вера. — Кости не задеты, крупные сосуды тоже. Но грязи…

Петрович достал из инвентаря пару таблеток и бутылку воды. Протянул Борису:

— Обезболивающее, улучшенное.

Берсерк не возражал. Вера материализовала из инвентаря стерильный лоток, в который тут же полетели флаконы с антисептиком, пакеты с марлевыми салфетками и шприцы. Сначала она обильно промыла раны хлоргексидином, вымывая оттуда грязь и пороховую гарь. Борис дёрнулся, крепко вцепился пальцами в края постели.

— Глубже, Верочка, не бойся, — тихо подсказывал Олег Петрович, стоя у неё за плечом. — Нужно убрать нитки от штанов, их внутрь затянуло. Иначе нагноение пойдёт, никакой иммунитет и целительство не спасёт.

Вера кивнула, взяла длинный хирургический пинцет. Я с невольным уважением наблюдал, как она, закусив губу, копается в живой плоти, выуживая крошечные обрывки грязной ткани. Борис заскрипел зубами так, что они запросто могли раскрошиться. По его лбу катился пот.

— Может, ещё какое-нибудь обезболивающее дать? — спросил я у Петровича.

Военврач снова полез в инвентарь. Достал шприц и ампулу с надписью «Кеторол».

— Терпи, казак, — бросил он Борису. — Сейчас сделаем укольчик, полегчает.

— Куда? Сюда? — Борис кивнул на свою окровавленную ногу.

— Куда, куда… В ягодицу, куда же ещё? — отозвался медик, уже набирая прозрачный раствор. — Препарат нужно вводить в мышцу, где хороший кровоток.

Борис сразу же стушевался, посмотрел на Веру, и я понял, что сверкать перед ней голой задницей, да ещё так унизительно, на глазах у всех, он не станет.

— Петрович, не надо укола. И так терпимо, — запротестовал он.

Медик покосился на него, но быстро всё понял и вздохнул:

— Верочка, разрежь ткань штанов повыше. Сделаю в бедро.

Берсерк облегчённо выдохнул, получил свой укол и вскоре начал выглядеть чуть получше. Напрягшаяся на лбу жилка разгладилась, желваки перестали играть. Но процедура всё равно оставалась крайне болезненной.

— Боря, открой интерфейс, — попросил я, чтобы отвлечь его. — Пролистай вниз. До самого конца.

Он подчинился. Лицо берсерка медленно вытягивалось.

— Тут… какая-то новая вкладка, — пробормотал он. — Красная.

ДЕБАФФЫ:

Проклятие «Теневое безумие».

Тип: Дистанционное ментально-энергетическое воздействие.

Описание: Сложное проклятие, наложенное с помощью тёмного ритуала, которое позволяет внешнему заклинателю воздействовать на поведение цели. Проклятие не подавляет личность полностью, а действует как катализатор, цепляясь за самые тёмные и яростные инстинкты жертвы. Оно многократно усиливает агрессию, гнев и жажду битвы, доводя их до состояния неконтролируемого безумия.

Статус: Неактивен (временно подавлен внешней магией).

Примечание: Проклятие находится в «спящем» режиме и может быть повторно активировано заклинателем в любой момент, если сдерживающее воздействие ослабнет.

— Чего? Это чё за хрень, Лёш? — сипло спросил Борис.

— Не, ну, класс… — выдохнула Искра, тоже вчитавшись в описание.

В комнате снова повисла гнетущая тишина. Все помрачнели ещё больше. Стало окончательно ясно, что это не просто приступ берсеркской ярости, спровоцированный стрессом. Хотя чёрная дымка и так на это намекала. Целенаправленное внешнее воздействие. Проклятие. Кто-то взломал моих людей, как я взламываю электронику.

— Думаю, это «привет» от той совы, — сказал я, глядя на красные буквы. — Тот чёрный дым, который мы видели… это не просто спецэффект. Это и есть проклятие. Оно проникло в вас, затаилось и ждало своего часа.

— Но почему только они? — спросил Фокусник. — Нас же там много было.

— Берсерки, — пожал плечами Петрович. — Их класс основан на ярости. Они изначально нестабильны. Их разум самая лёгкая мишень для такого рода магии. Проще всего подтолкнуть того, кто и так стоит на краю.

— Я думаю, что это потому, — заговорил Женя, скрестив руки, — что их ранили теневыми перьями. Лёша и Тень получили слабые дебаффы, когда эта птица превратилась в тьму и коснулась их. Борис и Медведь получили от неё гораздо более серьёзный удар.

— Значит, эта тварь даже после смерти продолжает нам гадить? — возмутилась Искра.

— Не она, — мотнул я головой. — Её хозяин. Глядите, — мой палец ткнул в строчки с описанием проклятия. — Тут же прямо сказано, что проклятие наложено заклинателем. Была ли Теневая Неясыть проводником для воздействия? Возможно, а может и нет. Суть в том, что это сознательное покушение. Мои худшие опасения подтвердились, кто-то охотится на нас.

Дед Василий, всё это время молча куривший у окна, слушал наши разговоры с мрачным видом. Он видел, как Борис, огромный, могучий воин, морщится от боли, пока хрупкая девушка ковыряется в его ранах, но не издаёт ни звука. Что-то в этой сцене, видимо, тронуло его.

Он с кряхтением подошёл к двери, за которой скрывалась холодная кладовая. Вернулся назад с пузатой бутылкой, заткнутой пробкой из кукурузного початка. Внутри плескалась рубиновая жидкость. Выдернул пробку, и по комнате поплыл густой, терпкий аромат кедровых орехов и спирта. Налил в гранёный стакан.

— На, держи, боец, — он протянул напиток Борису. — Глотни. Легче станет. Это не отрава, настойка на орешках. Прадед ещё рецепт придумал. От всех хворей.

Берсерк с благодарностью посмотрел на старика и принял стакан.

— Даже не думай! — возмутился Олег Петрович. — Хочешь, чтоб кровотечение сильнее открылось? Удара по печени очень не хватает? Я тебе только укол поставил! Терпи!

С этими словами он забрал стакан из лапищи Бориса и намахнул сам.

— Олег Петрович, вам тоже не надо пить. Мы же вам только что детоксикацию… — начала Вера, но врач остановил её жестом.