Чтение онлайн

Этот подвал - мое наказание за то, что я сопротивлялся, но я приму все, лишь бы они уберегли Лолу и Розалию от худшего.

Тик.

Так.

Это звук того, что мое время на исходе?

Здесь, внизу, нет жаворонка. Здесь даже нет окна.… Здесь просто эта бесконечная ночь.

Тик.

Так.

Вжимаясь спиной в каменную стену, я вяло дергаю за веревки, которые связывают мои руки надо мной. Мой разум - это экран телевизора, то появляющийся, то исчезающий из реальности. Наполовину здесь, наполовину заново переживаю ту дурацкую гонку с Сэмом. Хотя он больше не называет меня обманщицей. Он называет меня убийцей, и я улыбаюсь в знак согласия.

Тик.

Так.

Я провожу языком по губам. Они потрескались и кровоточат. У меня не было ни еды, ни воды с тех пор, как я здесь. Если я не получу их в ближайшее время, обезвоживание вытеснит инфекцию из "темной короны смерти".

Тик.

Так.

Клянусь, я слышу шаги вдалеке, но начинаю сомневаться в собственных мыслях. Затем поворачиваются замки. Отодвигаются тяжелые засовы. Мгновение спустя яркий свет заливает подвал, и я отшатываюсь, как будто он разъедает.

– Посмотри на меня, puttana.

Я поворачиваю лицо, пока грубые пальцы не впиваются мне в подбородок и не заставляют настаивать. Неохотно я моргаю, прогоняя черноту, и обнаруживаю лицо самого зла, стоящего прямо передо мной.

Лоренцо Заккария.

Холодно красивый.

Леденяще жестокий.

– Вы играете не по моим правилам, сеньора Каррера, - упрекает он, и от его глубокой протяжной лени у меня в животе разливается желчь.
– Ягненок не должен нападать на волка.

– У хороших девочек тоже не должно быть теней, прохрипела я, морщась, когда он схватил меня за волосы и откинул мою голову назад под мучительным углом.

– Мои собаки были голодными и беспокойными, бормочет он, его мертвые глаза скользят по моему лицу.
– Я послал им мексиканскую еду...

Лола.

—Пожалуйста...

– Теперь ты молишь меня о пощаде? Кажется, его это забавляет.
– Не волнуйся, мы сохраним ей шрамы, но жизнь.… Так же, как и тебе. Ты слишком ценна, чтобы тратить тебя так бессмысленно. Однако в следующий раз, когда ты столкнешься с Il Labirinto, ты будешь делать это в цепях .

– Ч-что это за место?
– шепчу я, заставляя себя вернуться с пляжа. Заставляю себя вернуться в этот подвал. Никогда не переставай считать. Никогда не переставай искать выход.– Такие люди, как ты, жаждут власти, а не денег.

Тик.

Так.

– Расплата. Он отпускает мои волосы, и моя голова мотается вперед. Я слишком слаба, чтобы держать ее ровно. Слишком слаба для гордости. Меня даже не волнует, что я голая.
– Монро Спейдер был не единственным, с кем ваш отец поступил несправедливо, сеньора. Мой отец и дед оба ужасно страдали в клетках из-за него.

Внутри меня закипает истерический смех.
– Предполагается, что это иронично?

На этот раз я чувствую, как его рука сжимает мое горло. Мгновение спустя меня прижимает к каменной стене.

– Шлюху делают хорошие манеры, сеньора Каррера, рычит он.
– Наказание всегда постигает тех, кто сбивается с этого конкретного пути праведности.

– Забавно… То же самое сказал Спейдер прямо перед тем, как я превратила твой зеленый лабиринт в кровавую бойню, Лоренцо Заккария.

Он мрачно усмехается.
– Итак, ты знаешь, кто я. У тебя замечательный дух для умирающей женщины.

– Мне показалось, ты сказал, что я слишком ценна, чтобы тратить меня впустую?

Хватка на моем горле усиливается.
– Возможно, на этот раз я готов понести поражение… В конце концов, ты только что убила одного из моих лучших людей.

В поле моего зрения начинают плясать пятна.
– Чего ты хочешь от меня, извинений?

Наступает долгая пауза.

– Все вы, Сантьяго, одинаковы, - в конце концов говорит он.
– Ваши рты - самое слабое оружие.

– Мой отец будет польщен твоими усилиями, выдыхаю я.

– Почему это?

– Только отчаявшийся человек создает свою собственную империю обманутых зомби на вершине холма, чтобы поквитаться со своим врагом.

– Воскрешать, сеньора, - вкрадчиво поправляет он, ослабляя хватку, с такой силой вдавливая меня в стену, что кажется, будто у меня раскалывается череп.
– Этот город - один из многих, которые мы контролируем по всему миру. Вы даже не представляете, насколько мы на самом деле грозны.

– Я не могу дышать, прохрипела я, задыхаясь от кашля. Паника сжимает мне грудь.

– Валентин Каррера в равной степени виноват в несчастье моей семьи, - продолжает он, игнорируя мою мольбу.
– Его отец, Алехандро, когда-то был верным членом нашей организации — распространял свое влияние по всей Мексике от нашего имени. Затем картель перешел к его сыну, который нанес неизмеримый вред нашей южноамериканской инфраструктуре. Точно так же неизмеримый вред только что был нанесен Восточному побережью Америки.

С этими словами он наклоняется ближе и шипит зловещее слово.

– Бум.

Бомбы. Он имеет в виду бомбы. Самое грязное из видов оружия — хитрое, скрытное и разрушительное.

Его темная тайна сжимает мое сердце в кулак. Жизнь каждого сейчас в опасности — Санти, Эдьер, мой отец...

Я близка к потере сознания, когда он, наконец, ослабляет хватку. Воздух врывается обратно в мои легкие, и я приваливаюсь к стене. Пока я стою там, задыхаясь и отплевываясь, он достает бутылку воды и протягивает ее мне, как прекрасную отравленную чашу.

Пить - значит сдаваться.

Пить - значит выживать.

Прежде чем я успеваю сделать выбор, он швыряет все это мне в лицо.

После того, как первоначальный шок проходит, мой язык лихорадочно смахивает капли, прилипшие к моим щекам и рту. Я дергаю за цепи, скуля от разочарования, когда вылизываюсь досуха.

– Вы ничем не лучше моих собак, - говорит он с отвращением.

– Еще, - прохрипел я.

– Нет.

—Пожалуйста...

– Проси об этом, и тебе откажут. Заслужи это, и ты будешь вознагражден.