Чтение онлайн

Скотт Рассел только что прогнозировал, что сможет спустить корабль на воду в марте следующего года, но так и не сделал никакого шага, чтобы предоставить необходимую информацию. Вместо этого он сообщил Брюнелю, что, по его оценкам, для завершения строительства корабля потребуется сумма в 37 673 фунта стерлингов 18 с. дополнительно к сумме контракта. Начался долгий спор по поводу изменений, которые Брюнель внес в проект и которые, как утверждал Рассел, были "дополнительными", не предусмотренными контрактом. После этого он представил явно неверную цифру тоннажа для завершенной части корабля. На этом Брюнель потерял терпение. "Как, черт возьми, вы можете говорить, что удовлетворились весом корабля, - ответил он, - когда цифры, которые дал вам ваш клерк, на 1000 тонн меньше, чем у меня или чем у вас несколько месяцев назад - к стыду своему, если вы удовлетворились. Простите, что доставил вам хлопоты, но, думаю, вы меня за них поблагодарите - жаль, что вы не мой покорный слуга, я бы начал с небольшой порки...

12 октября Рассел написал, что его банкир Мартин требует немедленной выплаты 12 000 фунтов стерлингов из 15 000 фунтов стерлингов, причитающихся к выплате, и просит Брюнеля выдать ему сертификат, разрешающий выплату этой суммы. С неохотой, учитывая состояние работ, Брюнель разрешил выплатить 10 000 фунтов стерлингов, но через несколько дней он сделал Расселу второе и недвусмысленное предупреждение:

Я должен просить вас вернуться к нескольким письмам, которые я писал вам в течение последних недель..... Наступило время, когда следовало бы начать работы на прежних [пусковых] путях. В любом случае, я, конечно, не могу включить стоимость этих работ в смету выполненных работ, пока они не будут выполнены, и я должен предупредить вас, что будущие периодические платежи должны регулироваться этим, а также другими соображениями. Вы знаете мои взгляды - пусть планы будут подготовлены немедленно и что-то сделано до того, как вы обратитесь за следующей выплатой.

По-видимому, это не произвело должного эффекта, так как неделю спустя Рассел небрежно написал:

Мистер Мартин снова был здесь по поводу сокращения последнего сертификата с 15 000 фунтов стерлингов, как мы с ним ранее договорились, до 10 000 фунтов, и я боюсь, что у меня возникнут проблемы, если мы не сможем прийти к определенному соглашению на будущее. Я держу огромное предприятие , где люди работают днем и ночью. Я должен либо точно рассчитываться, либо сократить количество рабочих рук.

На первый взгляд, это было правдой, но далеко не все "огромное хозяйство" Рассела было посвящено этому кораблю. Рассел начал закладывать другие корабли и направлял на них все больше и больше рабочей силы. Более того, в довершение ко всему эти новые суда были заложены на верфи Нэпир, которая не принадлежала ему, и таким образом, что они мешали завершению строительства кормы великого корабля. Для Брюнеля это стало последней каплей. К этому следует добавить, что Рассел, несмотря на бесконечные просьбы, так и не предоставил ему информацию, необходимую для расчетов спуска корабля на воду. До сих пор, веря в свою искренность, он "прикрывал" Рассела, не давая ни малейшего представления об истинном положении дел в своих отчетах директорам о ходе строительства корабля, но 14 ноября он сделал первый намек на надвигающиеся неприятности, предупредив, что Скотт Рассел может "оказаться в затруднительном положении в своих делах".

2 декабря Брюнель направил Расселу ультиматум по вопросу запуска корабля:

Я должен умолять вас дать мне возможность с наименьшей задержкой получить правильное положение центра плавучести на линии осадки в 15 футов, и пусть этот расчет будет сделан и проверен с величайшей тщательностью, чтобы не возникло возможности ошибки. Я не могу больше терпеть беспокойство, которое я испытываю с тех пор, как мы заложили корабль, по поводу его спуска на воду, и теперь, рассчитав для себя его вес и центр тяжести на момент спуска, я должен иметь его центр плавучести, а это ваши люди могут сделать лучше, чем мои.

Но о том, что он больше не доверял Расселу, говорит тот факт, что он одновременно написал Уильяму Джакомбу, своему личному помощнику в Милл Уолл, следующее:

Я попросил мистера Рассела тщательно пересчитать положение центра плавучести при осадке 15 футов, но мне хотелось бы, чтобы этот и некоторые другие расчеты плавучести были сделаны нами самими, чтобы проверить это. Как у нас обстоят дела со средствами для проведения этих расчетов? Если вам нужна дальнейшая помощь, вы должны ее получить..... Чтобы удовлетворить меня, они должны быть сделаны двумя разными людьми в двух разных местах, скажем, на Миллуолл и Дюк-стрит. Вы сразу поймете важность всего этого, когда подумаете, что у нас нет ни дюйма в запасе при спуске на воду, когда она должна быть на совершенно ровном киле...

Таким образом, наконец-то была получена жизненно важная информация, и к 19 декабря были подготовлены подробные планы спусковых люлек и путей.

Рассел отреагировал на эти планы, пожаловавшись директорам, что они представляют собой схему, которая никогда не была задумана, и, насколько он понимает, не имеет финансового смысла. Это окончательно поставило точку, спровоцировав Брюнеля на доклад директорам, в котором он выложил все свои карты на стол. "Мистер Рассел, - заявил он,

утверждает, что предлагаемый сейчас способ спуска на воду будет гораздо более дорогостоящим, чем он предполагал, и приводит это в качестве одной из причин, по которым его средств недостаточно. Я не могу сказать, какова сейчас оценка мистера Р. или каковы, по его мнению, были его прежние ожидания, но я могу сказать совершенно ясно и определенно, что я не знаю ни о каком изменении плана, кроме того, который всегда предполагался...

Я знаю, что сейчас на уме у мистера Р., и поэтому не стану выдавать своего незнания... Он раз или два высказывал идею отпустить корабль, оставив его спускаться и использовать свой шанс, как при обычном спуске. Я считаю, что эта операция просто неосуществима, то есть что судно такой длины, имеющее 15 футов воды, не может спустить себя на воду на такую глубину - оно застрянет на полпути, даже если пойдет прямо и не пострадает, и, вероятно, будет стоить 50 000 фунтов, чтобы выбраться из этой передряги, и я ему об этом сказал. Но даже если бы такое и было возможно, то, на мой взгляд, все это было бы простым безумием, если только судно не было хорошо застраховано и вы не хотели бы от него избавиться...

Затем Брюнель впервые рассказал им об истинном положении дел в Миллуолле; о нехватке 1200 тонн железа; о шести небольших судах, которые Рассел строил на арендованном компанией участке; одно из них мешало возведению кормы большого корабля, который по этой причине мог задержаться на два месяца. В заключение он сказал:

Мистер Рассел, к моему сожалению, больше не реагирует ни на дружеские заверения и уговоры, ни на мои более официальные требования, и мой долг перед Компанией вынуждает меня заявить, что я не вижу иного способа добиться должного внимания к условиям контракта, кроме как отказа рекомендовать авансирование любых денег до тех пор, пока эти условия не будут выполнены...

Брюнель понимал, что может означать его решение не платить дальше, и именно по этой причине он так долго медлил. Но теперь альтернативы не было.

Через неделю после своего судьбоносного доклада директорам Брюнель написал секретарю Джону Йейтсу письмо, в котором предложил, чтобы компания сама продолжала работы по строительству корабля, чтобы все материалы были перенесены на территорию компании и чтобы эта территория была расширена, если это возможно. "Я так и сделал, - продолжает он,

Я обдумывал то немногое, что мне известно, и то многое, что я думаю и вижу так ясно, как если бы я это знал, о делах Рассела, и я считаю, что единственным шагом, который может спасти его от немедленного банкротства, и банкротства, которое не позволит ему когда-либо подняться снова, было бы соглашение с его кредиторами, по которому его обязательства были бы установлены, положение каждого кредитора определено, и несколько работ, которые сейчас ведутся, продолжаются, и никаких новых работ не предпринимается или обязательств не возникает. И если, действуя под руководством инспекторов, мистер Р. посвятит свой ум и внимание своему бизнесу - я имею в виду его инженерный бизнес - каждая сторона предоставит свои материалы, а инспекторы будут следить за расходами, то вполне возможно, что несколько текущих работ могут быть завершены, и концерн останется в состоянии вести бизнес. Но если кредиторы не будут немедленно созваны вместе и не будет достигнута какая-то договоренность, можно быть уверенным, что банкротство, и не самое выгодное, неизбежно приведет к гибели имущества концерна, и я очень боюсь, что к гибели характера Р. Я сожалею, что у Р., по-видимому, нет друга, который мог бы дать дельный совет. Я пробовал несколько раз, и меня не слушали, иначе я бы пришел и дал его, но я думаю, что мне лучше уйти. Р. должен чувствовать, что он ужасно ввел меня в заблуждение, как никто другой, и поэтому не будет расположен принять мой совет, так как он будет иметь значение.