Израильско-палестинский конфликт. Непримиримые версии истории
Шрифт:
Список по-прежнему нерешенных вопросов, рассмотренный ранее в этой главе, дает лишь частичное представление о том, с какими препятствиями придется столкнуться, прежде чем мы сможем рассчитывать на выход из давнего тупика в сторону какого-то окончательного урегулирования. Помимо этих материальных проблем существует целый ряд экзистенциальных и нематериальных препятствий, которые, как представляется, преодолеть гораздо сложнее. Как переплетаются эти материальные и нематериальные препятствия, нагляднее всего видно при рассмотрении одиннадцати основных противоречий, которые мы выделили, изучая эволюцию конфликта:
1. Кто был здесь первым и чья это земля изначально?
2. Было ли сионистское решение еврейского вопроса еврейским вариантом национального возрождения и освободительной борьбы, охватившей тогда весь мир? Или же сионизм был частью агрессивной европейской колониальной экспансии на Ближнем Востоке, сутью и смыслом которой была эксплуатация, ограбление и угнетение коренного населения?
3. Не создали ли или не усугубили ли британцы конфликт между палестинскими арабами и евреями-сионистами, необоснованно отдавая предпочтение одной стороне?
4. Были ли протесты и требования палестинских лидеров законным проявлением подлинного национального чувства палестинцев?
5. Что сионизм принес коренному населению Палестины и всего региона — пользу или вред?
6. Оправдан ли переход [палестинцев][арабов][сионистов][израильтян] к насилию, или он подлежит осуждению?
7. Какую связь, если таковая имеется, следует установить между уничтожением европейского еврейства в ходе Холокоста и вопросом о том, кто должен править Палестиной/Израилем?
8. Была ли резолюция ГА ООН № 181 законной реализацией полномочий Организации Объединенных Наций в рамках международного права и разумно ли поступили арабские государства и палестинцы, когда они ее отвергли?
9. Как палестинцы стали беженцами в 1948–1949 гг.? И почему они остаются ими так долго?
10. Следует ли считать земли на Западном берегу реки Иордан, захваченные Израилем в июне 1967 г., оккупированной территорией и имеет ли Израиль право строить там еврейские поселения?
11. Каковы истинные намерения палестинцев и ООП — ликвидировать еврейское государство Израиль и заменить его арабским государством Палестина? Или же создать на части исторической Палестины палестинское арабское государство, которое будет сосуществовать с израильским еврейским государством?
Эти вопросы остаются нерешенными; вероятно, они в принципе не могут быть решены как самими сторонами конфликта, так и теми, кто пишет или высказывается о нем. Изучая оспариваемые версии истории израильтян и палестинцев под углом этих взаимосвязанных противоречий, мы получаем более четкое представление о препятствиях, которые необходимо преодолеть, чтобы когда-нибудь разрешить этот спор. Совокупность этих одиннадцати «тупиков» и делает арабо-израильский конфликт таким затяжным — и, вероятно, неразрешимым.
Возможно, самым важным дополнительным препятствием, которое играет свою роль во всех перечисленных основных противоречиях, является склонность каждой из сторон возлагать ответственность на другую, считая ее первопричиной всех своих несчастий. Израильтяне и палестинцы упорно видят себя жертвами, пострадавшими от действий другой стороны, — и не просто жертвами, но (по меткому выражению Бенни Морриса) праведными жертвами. В ряде недавних исследований, где изучается этот образ мысли, он рассматривается как, возможно, главное препятствие к установлению мира и согласия между израильтянами и палестинцами [614] . Израильский писатель и борец за мир Амос Оз заметил, что, «даже когда этот конфликт уйдет в историю, глубокие разногласия все равно сохранятся… и ни одна из сторон никогда не откажется от своих претензий на роль жертвы». С этим, по его мнению, сторонам нужно просто жить и работать [615] .
614
См., например: Vollhardt, J. R. (2009). The role of victim beliefs in the Israeli-Palestinian conflict: Risk or potential for peace? Peace and Conflict: Journal of Peace Psychology 15 (2): 135–159; Pappe, I. (2010). Fear, victimhood, self and other: On the road to reconciliation. In: Across the Wall: Narratives of Israeli-Palestinian History (ed. I. Pappe and J. Hilal). London/New York: I. B. Tauris, 155–176; Caplan, N. (2012). Victimhood in Israeli and Palestinian national narratives. Bustan: The Middle East Book Review 3: 1–19; Lerman, E. (2015, 7 October). The Palestinian victimhood narrative as an obstacle to peace. BESA Center Perspectives Paper No. 309,(дата обращения 18 мая 2018 г.); Kelman, H. C. (2018). Transforming the Israeli-Palestinian Conflict: From Mutual Negation to Reconciliation (ed. P. Mattar and N. Caplan), 172–173, 184, 229. London/New York: Routledge; Peleg, I. (ed.) (2019). The Victimhood Discourse in Contemporary Israel. Lanham, MD: Lexington Books.
615
Oz, A. (2006). How to Cure a Fanatic, 89. Princeton, NJ: Princeton University Press.
Важный компонент этого свойственного каждой из сторон отношения — всепроникающее ощущение уязвимости. Марван Муашер, первый посол Иордании в Израиле, приступивший к работе в середине 1990-х гг., описывает свои впечатления так:
Прежде всего меня поразило глубокое чувство беззащитности, которое испытывал средний израильтянин. Я вырос в арабском обществе, уверенном, что его безопасности постоянно угрожает региональная держава, колоссальная военная машина, из-за которой была потеряна Палестина и возникла так и не решенная проблема беженцев, — держава, которая оккупировала земли, принадлежащие трем арабским государствам. Только приехав в Израиль, я обнаружил, что это чувство взаимно. Израильтяне тоже видят себя беззащитными людьми посреди «враждебного» окружения. Каждая сторона испытывает неподдельный страх перед другой и убеждена, что та угрожает ее безопасности на личном и экзистенциальном уровне. Обе стороны объединяет и еще одно: практически полное непонимание глубины ощущения беззащитности другой [616] .
616
Muasher, M. (2008). The Arab Center: The Promise of Moderation, 60. New Haven, CT: Yale University Press. Проницательное описание страхов и чувства уязвимости, которое испытывают израильтяне и палестинцы, см. в: Shipler, D. K. (2002). Arab and Jew: Wounded Spirits in a Promised Land (rev. ed.). New York: Penguin.
Не менее поразительные открытия ждут израильтян, которым выпала возможность пожить среди палестинцев и арабов, деля с ними повседневные заботы. Те, кто занят налаживанием диалога, подчеркивают важность преодоления собственных страхов и неуверенности, чтобы обрести способность сопереживать столь же искреннему чувству уязвимости другого.
Нигде это ощущение уязвимости и беззащитности, которое стороны так стремятся монополизировать, не проявляется настолько ярко, как в параллельных израильской и палестинской травмах Холокоста и Накбы. Именно в них эксперты все чаще видят источник того отношения, которое мешает взаимопониманию между израильтянами и палестинцами. Дан Бар-Он и Салиба Сарсар пишут:
В целом стороны оплакивают собственные антропогенные катаклизмы отдельно друг от друга. В глубине души они боятся, что признание трагедии «другого» обоснует его моральное превосходство и будет означать согласие с его коллективным [смыслом существования]. Для палестинцев признать еврейскую боль в связи с Холокостом означает принять моральное обоснование для создания государства Израиль. Для израильских евреев признать боль палестинских беженцев 1948 г. означает разделить ответственность за их бедственное положение и подтвердить их право на возвращение [617] .
617
Bar-On, D. and Sarsar, S. (2004). Bridging the unbridgeable: the Holocaust and al-Nakba. Palestine-Israel Journal 11 (1): 63–70. См. также: Auron, Y. (2012). Israeli Identities: Jews and Arabs Facing the Self and the Other. New York: Berghahn Books, ch. 3.
Один из способов, которым израильтяне, палестинцы и налаживающие диалог группы преодолевают этот двусторонний и глубоко укоренившийся психологический барьер, — мероприятия, направленные на повышение восприимчивости палестинцев и израильских евреев к боли и страхам друг друга. Писатели и публичные интеллектуалы время от времени проявляют эмпатию по таким чувствительным для второй стороны вопросам [618] , но среди населения в целом она встречается редко. Профессионалы и просто люди, которые прикладывают усилия к воспитанию в духе мира, проводят тренинги по развитию эмпатии и обучают сострадательному слушанию, уверены, что в качестве первого шага к примирению необходимо преодолеть негативное отношение к «другому» и научиться ему сопереживать [619] . Для некоторых все начинается с экспериментов на местном уровне — таких, как совместное обучение палестинских и израильских детей (например, в школах «Рука об руку» или в рамках учебной программы на основе двух конкурирующих нарративов, разработанной Институтом исследования мира на Ближнем Востоке) или деревня Неве Шалом / Вахат-ас-Салам («Оазис мира»), где евреи и палестинцы живут бок о бок [620] .
618
Например: Shehadeh, R. (2017). Where the Line is Drawn: A Tale of Crossings, Friendships, and Fifty Years of Occupation in Israel-Palestine. New York: The New Press, esp. ch. 14; Burg, A. (2018, 11 May). Between the trauma of the Holocaust and the trauma of Nakba: Elias Khoury’s «Children of the Ghetto» adds a new layer to the Israeli-Palestinian story. Haaretz.
619
См., например: Seeds of Peace website, www.seedsofpeace.org; Compassionate Listening website, www.compassionatelistening.org; Search for Common Ground website, www.sfcg.org.
620
Hand in Hand: Center for Jewish-Arab Education in Israel (www.handinhandk12.org)/; Peace Research Institute in the Middle East (PRIME; Oasis of Peace/Wahat al-Salam/Neve Shalom дата обращения 22 сентября 2018 г.). Feuerverger, G. (2001). Oasis of Dreams: Teaching and Learning Peace in a Jewish-Palestinian Village in Israel. New York: Routledge; Adwan, S., Bar-On, D., Naveh, E., and PRIME. (2012). Side by Side: Parallel Histories of Israel-Palestine. New York: The New Press.
Программы, посвященные Холокосту и Накбе, не избегают самых чувствительных тем. Организаторы специальных поездок в нацистские концентрационные лагеря ставят перед собой задачу познакомить палестинскую арабскую общину не только с реальностью и конкретными событиями Холокоста, но и с тем фактом, что даже спустя несколько поколений Холокост все еще оказывает огромное влияние на сознание их сограждан-евреев [621] . Благодаря нескольким своим выступлениям в Кнессете, приуроченным к Международному дню памяти жертв Холокоста, депутат Ахмад Тиби стал самым заметным из тех представителей палестинской арабской общины, которые проявляют чуткость к израильским и еврейским страхам, решительно осуждая отрицание Холокоста [622] . Израильские общественные организации вроде «Зохрот» («Они помнят») стараются сделать так, чтобы израильские евреи умом и сердцем приняли страдания и ощущение утраты, которые все еще переживаются палестинцами после Накбы [623] .
621
О совместном посещении израильскими евреями и арабами Аушвица или израильского мемориала Холокоста Яд Вашем, см. в: Peck, Y. (2003, 7 April). When they learn our past. Jerusalem Report, 54; Prince-Gibson, E. (2003). Arabic in Auschwitz. Jerusalem Post, 20 June; Diab, K. (2012, 19 September). Learning about the Holocaust — in Arabic. Haaretz; Kalman, M. (2014, 28 March). Palestinian students visit Auschwitz in first organized visit. Haaretz; Alexander, N. (2016, 15 September). The Palestinian professor who took students on Auschwitz trip and paid a heavy price. Haaretz.
622
Lis, J. (2010, 27 January). Arab MK slams Holocaust denial, wins praise from Jewish Colleagues. Haaretz, текст речи см.:(дата обращения 8 июля 2018 г.); Ozaky-Lazarus, S. (2012). The Arabs in Israel and the Holocaust,(дата обращения 8 июля 2018 г.); Solomon, A. B. (2016). «I have empathy for Holocaust Survivors» MK Tibi says in Knesset speech. Jerusalem Post, 28 January.
623
См., например: Bronstein, E. (2005). The Nakba in Hebrew: Israeli-Jewish awareness of the Palestinian catastrophe and internal refugees. In: Catastrophe Remembered: Palestine, Israel and the Internal Refugees: Essays in Memory of Edward W. Said (ed. N. Masalha), 214–241. London/New York: Zed Books; The Zokhrot website,«Healing Israel’s birth scar», 9 April 2008,(дата обращения 23 мая 2018 г.); Matz, J. (2015, 13 May). DIY Israeli tourist trail shows 2 sides to every war story. Haaretz.