Чтение онлайн

Что-то в его взгляде тускнеет, но тёплое выражение не исчезает.

— Эй, — говорит он, похлопывая меня по колену. — Хочешь со мной съездить за моей собакой?

Перемена темы резкая, но я рада ей.

— У тебя есть собака?

— Басет по имени Чарли. Он остался в Стоунбруке, пока меня не было.

— Я его видела! Он спал на веранде, когда я приезжала.

Броуди приподнимается.

— Он, наверное, даже ухом не повёл, когда ты прошла мимо?

— Он лежал на солнце. Кристин подумала, что он умер.

Броуди смеётся.

— Вполне в его духе. — Он встаёт и протягивает мне руку. — Пошли. У меня сзади стоит Гатор. Можем проехать по лесной тропе, как в старые времена.

Я вкладываю руку в его ладонь, слишком чётко ощущая её тепло и силу, и позволяю ему помочь мне подняться. Он держит мою руку чуть дольше, чем я ожидала, и даже слегка сжимает её, прежде чем отпустить.

Он что, нарочно пытается меня сломать? Потому что у него это точно получается.

— Мои туфли всё ещё у тебя во дворе, — говорю я. — Или ты, может, прихватил их, когда шёл домой?

Он улыбается.

— А, нет. Я был совсем не в том состоянии, чтобы что-то подбирать.

Мы расходимся на минуту — я за обувью и велосипедом, который оставляю на его веранде. А когда выхожу к заднему двору, он уже завёл Gator. Я сажусь рядом, сразу замечая, насколько всё это знакомо. Тёплая от солнца виниловая обивка под коленями. Солнце, пробивающееся сквозь верхушки деревьев, заливающее всё мягким вечерним светом. Жужжание цикад, несущихся по лесу, как волна.

Может, мне и не нужен свой дом, чтобы почувствовать себя дома. Может, всё, что мне нужно — это Броуди.

Броуди

Я совсем не хочу обсуждать, насколько правильно ощущается присутствие Кейт рядом со мной в Gator, как её плечо прижимается к моему.

Я вполсилы пытаюсь убедить себя, что это просто потому, что мы сто раз делали это в детстве, но мой здравый смысл — тот самый, что, клянусь, был у меня наготове, пока Кейт не появилась у меня дома — полностью меня покинул. Всего два часа рядом с ней, и я уже начинаю прикидывать, как бы уговорить её остаться.

И уж точно я не хочу говорить о том, насколько голым я был в течение части этих двух часов. Даже думать об этом не хочется, хотя, если честно, услышать, как Кейт говорит, что ей понравился «вид», может и стоило неловкости.

Я никогда ещё не был так благодарен за часы, проведённые в спортзале. И под спортзалом я имею в виду свой гараж. В Силвер-Крике нет настоящего спортзала, так что я потихоньку обустроил свой. Перри, а теперь и Леннокс тренируются со мной и тоже вносят вклад — добавили штанги, вторую скамью. Конечно, это не то, что можно найти в большом городе, но всё лучше, чем ничего.

Когда мы подъезжаем к фермерскому дому в Стоунбруке, Чарли, как я и ожидал, развалился на веранде. Он поднимает голову и приветственно тявкает как раз в тот момент, когда из дома выходит Оливия. С ней — кто бы вы думали — Моника.

Моника улыбается, увидев меня, но потом её взгляд перемещается на Кейт, и выражение лица становится больше похоже на гримасу.

— Кто это? — спрашивает Кейт, когда я глушу двигатель.

— Это Моника.

— Та самая, с которой ты встречался? Ага. Похоже, я её помню. Думаешь, будет неловко?

Я внимательно смотрю на неё.

— Есть причины для неловкости?

Кейт усмехается.

— Ну, я же тебя видела…

— Ааа, стоп, — перебиваю я. — Не заканчивай это предложение. Мы больше никогда об этом не говорим.

Она сжимает губы.

— Поняла.

Чарли успевает добежать до меня ещё до того, как Оливия и Моника спускаются с крыльца. Я наклоняюсь и чешу ему уши.

— Привет, дружище. Скучал? Надеюсь, ты хорошо себя вёл.

— Да ты шутишь? — говорит Оливия, подходя ближе. — Он бы и хотел нашкодить, да не смог бы. Едва двигался.

— Поздравляю, Чарли, — говорю я, хорошенько его почесав. — Ты официально самый ленивый басет-хаунд в истории всех басет-хаундов.

Моника подходит к Gator и неуверенно улыбается.

— Привет, Мон, — говорю я спокойно.

— Привет. Я заезжала привезти пробники свадебных тортов из пекарни. Для мамы. Она была слишком занята, чтобы самой забрать.

Я киваю. Она мне, по сути, ничего и не должна объяснять. Она дружит с Оливией. Но после всего, что между нами было, понимаю, почему она хочет объясниться.

— Когда ты вернулась в город? — спрашивает она, бросая на Кейт вопросительный взгляд.

— Сегодня днём, — отвечает Кейт, опустившись на корточки и гладя Чарли. Моника явно наблюдает за ней.

— Ты помнишь Кейт, — говорю я медленно. — Она приехала в город на лето.

Моника улыбается.

— Как я могла забыть? — Поднимает руки в притворном восторге. — Снова вместе — динамичный дуэт. Ура.

Её «ура» звучит настолько неубедительно, что Оливия фыркает от смеха.

Надо отдать должное Монике — следующие слова звучат куда искреннее.

— Добро пожаловать домой, Кейт. Мне нравится твой Инстаграм.

Я удивлён. Даже не знал, что Моника следит за Кейт в Инстаграме. Если подумать, мы вообще, кажется, никогда о ней не говорили — странно, учитывая, что Моника только что назвала нас «динамичным дуэтом».

Кейт засовывает руки в карманы.

— Спасибо. Броуди говорит, ты преподаешь театр в академии Green River.

— Ага. Он очень помог мне освоиться в школе. — Она бросает на меня быстрый взгляд. — Мы с ним стали хорошими друзьями.

О, черт. Мне не нравится, куда всё идёт.

Но Кейт не ведётся. Она улыбается во весь рот.

— Он правда отличный друг. Лучший, на самом деле. Тот самый, который поможет тебе попасть в дом, когда ты забудешь ключи. Который просто…

— Эй! — говорю я, подходя к ней и обнимая за плечи. Обнимаю чуть крепче, чем нужно. — Это замечательно. Отличные друзья. Мы хорошие друзья. Можно на этом и закончить.

Она усмехается, в глазах — озорство.

— Ты боишься, как я закончу фразу, Броуди? Я же о дружбе. О той самой «наготе», которая возникает между людьми, по-настоящему близкими друг другу.