Чтение онлайн

— Так, молодой человек. Обратно в машину. Надо дать мистеру Хоторну вернуться на ферму Стоунбрук.

— Это далеко? — спрашивает Джек, поднимая голову.

Я качаю головой.

— Всего пара километров. Минут двадцать.

— Это сколько серий «Щенячьего патруля»?

Лайла улыбается.

— Примерно одна.

— Кстати, о Стоунбруке… — начинаю я, прежде чем успеваю остановиться. Идея пригласить Лайлу на ферму пришла мне в голову пару минут назад и с каждым поворотом гаечного ключа становилась всё настойчивее. Я не имею ни малейшего понятия, что буду делать, если она согласится. Но какая-то часть меня хочет увидеть её снова. Не уверен, готов ли я признать, что это значит. Но я точно не хочу, чтобы она просто уехала, и я больше никогда её не видел — только седой аватар в приложении.

— Если бы мне… ну… если бы у меня на ферме были кое-какие дела, которые нужно решить лично, ты бы могла как-нибудь приехать?

Я прочищаю горло, надеясь, что это не прозвучало как приглашение на свидание. Хотя, может, это было бы даже лучше. Потому что я без понятия, чем собираюсь её занять. Если вообще она согласится.

Но пригласить на свидание я не могу. Она же только что рассказала, как один босс зашёл слишком далеко и как это её напугало. Я не могу быть тем самым парнем.

— Думаю, могла бы, — говорит Лайла. — Если это будет во время, пока Джек в школе.

Внутри меня вспыхивает чувство победы. Она согласилась. И тут же — волна тревоги. Потому что… она согласилась.

Я киваю.

— Отлично. Хорошо. Тогда я дам знать.

Джек дёргает Лайлу за рукав.

— А я могу поехать с тобой?

— Ты будешь в школе, малыш. Но мы можем пойти на осенний фестиваль на ферме в следующем месяце. Тебе ведь в прошлый раз очень понравилось.

Джек кивает, но продолжает тянуть её за руку, пока она не присаживается рядом. Он шепчет ей что-то на ухо, но его «шёпот» слышен вполне отчётливо.

— Можно я спрошу, не хочет ли он стать моим лестничным папой?

— Отчимом, — автоматически поправляет Лайла, и становится понятно: этот разговор у них уже был.

Она бросает на меня извиняющийся взгляд, а у меня сердце уходит в пятки. Это звучит абсурдно. Нелепо. И всё же… где-то в глубине души что-то шевелится. Совсем крошечное. Настолько крошечное, что я прекрасно понимаю: это ничего не значит.

Лайла задвигает очки на макушку и разворачивает Джека лицом к себе, беря его за плечи.

— Я знаю, как это важно для тебя, Джек. Но такие вопросы могут задавать только взрослые, хорошо?

Он отстраняется, сжимая кулачки.

— Но он же сказал, что у него нет детей. Ни жены. Ни даже питомца. И я помог ему, и он сказал, что у меня хорошие мышцы, и…

В его глазах наворачиваются слёзы, и моё сердце разрывается от жалости, несмотря на всю неловкость происходящего. Я не знаю всей истории, но и так ясно — рядом нет отца. А Джек очень хочет, чтобы он был.

У него дрожит подбородок, и он судорожно втягивает воздух.

— Я думаю, если бы он узнал меня получше, он бы меня полюбил.

Теперь и в глазах Лайлы стоят слёзы. Я отворачиваюсь и отхожу на несколько шагов, чтобы дать им немного уединения, хотя остаюсь достаточно близко, чтобы слышать.

Краем глаза вижу, как она проводит рукой по его волосам.

— О, Джексон. Конечно, он бы тебя полюбил. Я уверена, он уже тебя любит. Но мистер Хоторн не может быть просто твоим отчимом. Он должен быть моим мужем тоже. Понимаешь? Нам нужно было бы пожениться. А люди женятся только тогда, когда влюбляются.

Он долго смотрит на меня.

— Это так у папы Хло случилось?

— Наверное, да. Он встретил кого-то, они провели время вместе, влюбились… А потом поженились. И только после этого она стала её мачехой.

Джек всхлипывает.

— Думаешь, если ты проведёшь время с мистером Хоторном, он в тебя влюбится?

Каждый раз, когда Лайла смотрит на меня, я ощущаю вспышку влечения, но когда Джек упоминает слово «любовь», всё это влечёт за собой целый шквал эмоций. Если бы всё измерялось одной лишь физической тягой — да, шансы были бы высоки. Но я-то знаю: любовь — это нечто куда большее. И, честно говоря, сейчас я вряд ли вправе говорить об этом.

— Зайка, мистер Хоторн — мой начальник. А влюблённость… она не планируется. Она просто случается. Но я обещаю, мы что-нибудь придумаем насчёт завтрака для отцов и сыновей. А пока тебе нужно отпустить эту тему, хорошо?

Вот оно. Наконец-то я понимаю, откуда вся эта история. И, честно говоря, я впечатлён тем, как Лайла справилась с ситуацией. Она вполне могла бы почувствовать себя униженной — всё-таки это наша первая встреча, а её сын пытается нас сосватать. Но если она и чувствовала неловкость, то никак не показала. Она не отмахнулась от него, не заставила замолчать. Она присела на корточки, смотрит ему в глаза, говорит спокойно, понятно, с уважением.

Джек снова бросает взгляд в мою сторону, а потом медленно кивает матери.

— Хорошо.

Она обнимает его, поднимает на руки и начинает покачивать, пока он не засмеётся. Потом опускает его обратно, но продолжает держать за руку.

— Скажешь мистеру Хоторну «до свидания»?

— До свидания, мистер Хоторн, — говорит Джек, не поднимая глаз.

— Спасибо за помощь, приятель.

Лайла провожает его к машине, а потом возвращается за домкратом, который бросила, когда отвечала сыну.

— Прости за всё это, — говорит она, избегая взгляда. — У него в школе завтрак для отцов и сыновей, и он сейчас особенно остро переживает, что у него нет папы. Но задать такой вопрос — это было совершенно неуместно. И я хочу, чтобы ты знал: я его не настраивала. Мы даже не говорили на эту тему. Это полностью его инициатива.

— Я и не думал, что ты его подговаривала. Не переживай. На самом деле… мне даже приятно. Что он вообще допустил такую мысль.

Она кивает, с удивлением глядя на меня, будто я её этим ответом по-настоящему поразил.

— И всё же, мне кажется, я никогда не чувствовала себя так неловко.

— А справилась ты очень достойно, — говорю я. — Его отец… он… больше не с вами?

Не знаю, что меня заставило задать этот вопрос, но не жалею — мне и правда важно знать.

Рука Лайлы опускается.

— Он умер несколько лет назад. Мы с Джеком остались вдвоём.

— Прости. Мне жаль. Я… развёлся. — Я зажмуриваюсь. — Это не одно и то же. Не хочу, чтобы звучало так, будто я ставлю эти вещи на один уровень.