Чтение онлайн

Хотя, подождите… а взрослые вообще так сейчас встречаются? Возможно, у меня проблема посерьёзнее, чем просто дыхание после обеда. Люди до сих пор думают о поцелуе в конце свидания? Или теперь это подразумевается по умолчанию? А что насчёт… большего? Первое свидание? Третье? Тут вообще есть какие-то правила?

В школе все говорили о «базах», но я и тогда толком не знала, что это значит. Помню, как подруга села за стол в столовой и гордо заявила, что они с парнем дошли до «второй базы». Я всерьёз подумала, что они были на бейсбольном матче и как-то пробрались на поле. Только через пару недель я поняла, что она имела в виду.

Что касается меня… в моей жизни был только один мужчина, который получил больше. И я вышла за него замуж в девятнадцать. Так что, мягко говоря, опыт у меня ограниченный.

Я дарю бабушке Джун натянутую, но вполне приличную улыбку.

— Да, может быть. Я подумаю.

Она приподнимает бровь — ясно давая понять, что не верит ни единому слову.

— Любому мужчине повезло бы иметь тебя в своей жизни, Лайла. Даже… может быть, вот тому новому начальнику.

Я закатываю глаза.

— Я же только один раз рассказала тебе, как спасала его с обочины. А ты уже превратила это в завязку фильма с Hallmark. Только не начинай снова.

— Что начать? — с невинным выражением спрашивает бабушка. — В жизни и не такое случается.

Да, всякое случается. Но мне совсем не нужно, чтобы бабушка Джун раздувала угольки той слабой надежды, которая у меня ещё теплится насчёт моего вечно угрюмого начальника. Если я позволю ей или Марли — или кому-то ещё — подбадривать меня, я, возможно, сорвусь. Независимо от того, заинтересован ли Перри вообще хоть чуть-чуть. А это уже прямая дорога к тому, чтобы опозориться и потерять работу.

— Он мой начальник, бабушка. Я ни на что больше не надеюсь.

— Ну-ну, — фыркает она. — Врёшь, конечно, но настаивать не буду.

Я бросаю на бабушку Джун игривый взгляд и прохожу в гостиную, где наклоняюсь, чтобы поцеловать дедушку в щёку.

— Привет, дедушка. Ну что нового? Какие у тебя на этой неделе успехи в Spelling Bee?

Уже несколько месяцев мы играем в онлайн-игру Spelling Bee от New York Times, сравнивая очки и ведя счёт, кто чаще добирается до максимального уровня.

Он глухо бурчит в ответ, хватает меня за руку и тянет к себе на диван. Я устраиваюсь у него на плече, поджимая под себя ноги — всё как в детстве. Это не тот дом, где я росла, но диван — тот самый. И в этом моменте столько уюта и спокойствия. Только стоящий рядом ходунок напоминает, что всё уже не совсем так, как раньше.

— Я дошёл до уровня «гений» каждый день на этой неделе, — говорит дедушка хрипловато.

— Каждый день? Серьёзно?

Он усмехается.

— Значит, у тебя не очень, да?

— Только один раз добралась до «гения». Какая была панграмма (*Панграмма — короткий текст, использующий все или почти все буквы алфавита, по возможности не повторяя их.) вчера?

— Наивный, — отвечает он и бросает мне лукавую улыбку.

— Наивный? Серьёзно? Как я могла не догадаться?

— Ты слишком умная, чтобы быть наивной, — подмигивает он. — Это слово просто не приходит тебе в голову.

Хм. Может, сейчас я уже и не наивная, но когда встретила Тревора — была более чем. Наивная настолько, что решила: стоит поставить мечты на паузу и выйти за него. Наивная настолько, что не увидела очевидных предупреждений. Но с дедушкой Джеймисоном это сейчас обсуждать не стоит.

— Хочешь бейсбол посмотреть? — спрашивает он, потянувшись за пультом.

— Уф. Ни капельки, — отвечаю я.

Хотя, если честно, даже бейсбол лучше, чем снова прокручивать в голове прошлые ошибки. Мне просто нужно помнить, что Тревор подарил мне Джека. И он стоит всего, через что я прошла.

Дедушка усмехается.

— Хочешь остаться со мной и играть в Spelling Bee, пока я смотрю бейсбол?

— Вот это уже звучит лучше, — говорю я и вытаскиваю телефон из заднего кармана. Этот разговор мы вели уже сотни раз. Когда-нибудь я действительно соглашусь с ним посмотреть бейсбол. Но потом мне придётся это смотреть, так что… забудем.

Я открываю телефон. но вместо игры замечаю новое сообщение. С незнакомого номера. Хотя… не совсем незнакомого. Я уже видела его раньше. Это номер Перри.

Он пишет напрямую на мой номер, а не через приложение ассистента. И это — почему-то — кажется важным.

Пальцы начинают дрожать, пока я открываю сообщение. Что абсолютно. Глупо. Это же просто СМС! Наверняка про что-то скучное и рабочее.

Хотя нет. Это не одно сообщение. Их несколько.

Перри: Прости, что не дал тебе перерыв на обед.

Перри: Это было неправильно. Я постараюсь уважать твоё время в будущем.

Перри: Ещё раз спасибо за помощь.

Я выключаю телефон и роняю его себе на колени, стараясь не чувствовать разочарование.

Мне не стоит быть разочарованной. Его сообщения — нормальные. Даже приятные. Вполне профессиональные. И он извинился, а это я должна ценить.

Но... их тон такой… не то чтобы холодный, но… равнодушный? Без эмоций?

Безличный.

Я ругаю себя за это раздражение. Это моя проблема. Это я нафантазировала, как Перри смеётся с Джеком, как в тот день, когда они меняли колесо. Это я смотрела на него на ферме, в его фланели, джинсах, с идеальной бородой, и представляла, будто всё это что-то значит.

И, может, хорошо, что его сообщения ощущаются как ведро ледяной воды.

Явно мне это было нужно.

Теперь, по крайней мере, можно не думать о всех этих дурацких вопросах насчёт свиданий.

Наверное, это даже должно приносить облегчение.

Да, это ведь должно быть облегчением.

Я научилась справляться сама. И у меня это получается. Я держусь. А отношения — это только риск разрушить всё выстроенное, особенно если речь идёт о романе с начальником. С моим начальником.

Так почему же, зная всё это — такое логичное и правильное — мне всё равно так… больно?

Перри

Лайла не ответила на моё (и правда, не слишком впечатляющее) извинение.

Я не могу сказать, что ожидал чего-то другого. Но... надеялся, наверное.

И мне кажется, эта надежда что-то значит. Как и то раздражение, которое я чувствую сейчас.

Мне нравится Лайла.

И это — бесит. Не потому что она, а потому что я не хочу, чтобы кто-то мне нравился. Я уже проходил через это. Пытался построить жизнь с другим человеком. Потерпел такой грандиозный крах, последствия которого до сих пор ощущаю на себе.