Чтение онлайн

Я терпеть не могу делать что-то плохо. Никогда не любил. А если я не могу быть хорош в отношениях — то лучше вообще в них не лезть.

К тому же, Лайла и так уже прошла через многое. Это несправедливо — просить её рисковать ради такого, как я. С моими чемоданами ошибок и разбитым сердцем.

И всё же.

Я не могу перестать о ней думать. Каждый раз, когда приходит уведомление, я надеюсь, что это она. Что она всё-таки ответила.

За все эти неудачные попытки встречаться за последние годы я ни разу не встречал человека, который бы поколебал мою решимость оставаться одному. Ни разу. До сих пор.

Объективно я понял, что меня тянет к Лайле, сразу. В тот момент, когда она вышла из машины с домкратом. Что-то сжалось внутри — очень глубоко. Было проще игнорировать это, когда я думал, что это просто физическое влечение. Когда был уверен, что Лайла не испытывает ко мне того же.

Но сегодня утром, когда она приехала на ферму... я почти уверен, что она назвала меня Горячим Хоторном, ещё не выйдя из машины.

А когда она ушла после нашего спора на поле, в её глазах была... печаль.

Если она действительно заинтересована? Я не думаю, что смогу дальше игнорировать тот гул в груди, который возникает каждый раз, когда она рядом.

Я отшвыриваю телефон. Устал проверять уведомления каждые пятнадцать секунд.

Мне нужна тренировка. Или хотя бы пробежка. Что угодно, чтобы отвлечься. Переключиться. Перестать представлять Лайлу на поле с планшетом в руках, с горящим взглядом, когда она говорила, почему я должен её послушать.

Она, конечно, была права. И я её послушал. Мне понадобился всего час после её ухода, чтобы это осознать. Я уже изменил схему так, чтобы она была более удобной для родителей с детьми.

Но дело не в её идеях.

А в её глазах, сияющих в полуденном свете. В изгибе её бёдер, когда она поднималась к карнизу. В уязвимости её взгляда, когда она рассказала, как потеряла мужа.

На какой-то безумной волне я хватаю телефон и гуглю имя её мужа.

Приходится открыть её профиль в приложении, чтобы не ошибиться с фамилией.

Тревор Темплтон.

Нахожу несколько статей о его гибели. Пролистываю. Одни и те же слова мелькают снова и снова: высококвалифицированный, награждённый, один из лучших, невосполнимая потеря.

Я роняю телефон на диван.

Вот. Я ведь знал. Я знал, что не подхожу ей. И теперь, когда я прочитал, каким человеком был её муж, это только подтверждает мои опасения.

Он был героем. А мой брак — скорее катастрофа.

Ладно. Время бежать. Срочно.

На улице слишком темно для пробежки по горной дороге, так что я иду в гараж, к беговой дорожке. Она досталась вместе с домом — шумит, как самолёт на взлёте, и начинает пахнуть палёной резиной, если бежать быстрее одиннадцати километров в час. Но сойдёт.

Я подключаю наушники к телефону, включаю музыку и намеренно оставляю телефон на кухонной стойке, чтобы не тянуло проверять его каждые две минуты.

Если бы Лайла собиралась ответить — уже бы ответила. Пора двигаться дальше.

Проходит десять минут. И тут — пик.

Музыка стихает, и в уши проникает голос Siri:

— Сообщение от Лайлы Темплтон: Спасибо за извинение, но в этом не было нужды. Вы же начальник.

Я не могу понять, текст и правда холодный и безличный, или мне просто кажется — из-за того, что его читает голос, звучащий так, будто зачитывает состав хлопьев на коробке.

Я судорожно тянусь к кнопке остановки на дорожке — и промахиваюсь.

Проблема: мозг уже отдал приказ ногам остановиться.

А дорожка… она не остановилась. Меня выбрасывает назад, прямо в бетонную стену гаража.

Я сижу пару секунд, чтобы убедиться, что не истекаю кровью, потом выдёргиваю ключ безопасности, останавливая эту чёртову машину, и бегу на кухню за телефоном.

Завтра у меня будут синяки по всему телу. Но мне всё равно.

Лайла ответила.

Она прочитала это глупое извинение и всё равно ответила.

Я сажусь за кухонный стол, читаю сообщение снова, представляя, как она произносит эти слова — её голосом, а не робота.

Лайла: Спасибо за извинение, но в этом не было нужды. Вы же начальник.

Это не ужасно. Но и не хорошо. Я набираю ответ, пока мозг не успел всё испортить.

Перри: То, что я начальник, не делает меня автоматически правым. И уж точно не оправдывает то, что ты работала без перерыва.

Лайла: Фух. Значит, мне не придётся набивать карманы Lucky Charms перед работой.

Я улыбаюсь. Всё, что угодно, лишь бы избавиться от этого неловкого напряжения, которое я сам же и создал.

Перри: Lucky Charms?

Лайла: Ну да. Они же волшебно вкусные. И это любимые хлопья Джека. Я иногда забываю, что не у всех кладовка забита детской едой.

И тут меня озаряет идея. Возможно, гениальная. Возможно, идиотская. Но я не успеваю остановиться и уже отправляю:

Перри: Лично я предпочитаю хлопья по-жёстче.

Лайла: По-жёстче?

Перри: Apple Jacks, Лайла. Ты, как никто, должна это яблочно понять.

Лайла: СТОЙ. Жёсткие хлопья? Я не уверена, что могу с этого смеяться, Перри.

Перри: Да ладно. Это же был очень сочный каламбур.

Лайла: Остановись. Так вот что чувствуют люди, когда я сыплю яблочными шутками? Я всё беру обратно.

Перри: Нет-нет. Они начинают пускать ростки. Всегда вызывают урожай смеха.

Лайла: Я создала монстра. Мне пора — нужно уложить Джека. Спасибо, что написал. Увидимся завтра?

Перри: С нетерпением жду.

Я отправляю последнее сообщение, роняю телефон на стол и, раскинув руки над головой, торжественно вдыхаю. Может, я ошибаюсь, но кажется, это была чертовски хорошая переписка. Не совсем флирт... но почти? И теперь я увижу её завтра — и понятия не имею, как себя вести.

Все мои сомнения возвращаются с удвоенной силой. Её муж — герой, военный ас. Мой брак — свалка после взрыва. Я не умею быть обаятельным. Хотя… я только что вплёл в переписку каламбуры про яблоки. Это определённо не в моём стиле. Может, во мне ещё есть надежда?