Чтение онлайн

— Я пойду, — говорит он.

Я киваю, глядя в пол. Если посмотрю в его зелёные глаза, в которых застыла боль, я разрыдаюсь ещё сильнее.

Он отходит, берёт свою сумку. У двери останавливается.

— Тэйтум, думаю, мне нужно немного отдалиться.

— Леннокс, я не хочу, чтобы ты уходил.

— Я тоже не хочу. Но тебе нужно понять, чего ты хочешь. И, думаю, тебе будет проще, если я не буду всё время рядом. Тем более теперь, когда я знаю, что чувствую, я просто не выдержу этого неопределённого состояния. — Он открывает дверь. — Но ты знаешь, где меня найти, ладно? Я здесь. Когда бы ты ни нуждалась. Я рядом.

Он исчезает за дверью. Я слышу его шаги, удаляющиеся вниз по лестнице. Потом опускаюсь прямо на кухонный пол.

Тоби подходит ко мне, прижимается ко мне всем телом, как тёплое одеяло, и кладёт голову мне на грудь.

Мы сидим так долго.

Пока не высыхают слёзы.

Пока дыхание не становится ровным.

Пока логика наконец не развеивает шторм моих эмоций.

Когда у меня затекают ноги, а от холодной плитки немеет всё тело, я медленно поднимаюсь и иду к стопке блокнотов, всё ещё лежащих в гостиной.

Глажу Тоби по голове и иду с блокнотами вниз, на кухню. По пути заглядываю в кладовку и беру бутылку вина.

Если я не могу додуматься до правильного ответа — может, смогу приготовить его.

Обычно это не мой метод. Но если я хочу принять верное решение — мне нужна мамина сила.

И, может быть, её рецепты помогут мне найти её.

Леннокс

С тех пор как открыл Хоторн, я ни разу не брал больничный.

Но сегодня... сегодня я почти готов был.

Совсем не в настроении. Почти не спал — всё переживал за Тэйтум. А ещё злился. Каждый раз, когда думал о её отце, злость обжигала, как раскалённый металл.

Но сидеть без дела не поможет.

Да и если я не приду на работу, Тэйтум подумает, что это из-за неё. Я сказал, что буду держаться подальше, но работать-то могу. Могу видеть её — на работе.

Сердце сжимается. Я хочу её увидеть. Хочу убедиться, что с ней всё в порядке.

Захожу через чёрный вход в ресторан и тут же замираю: у двери в кейтеринговую кухню Тэйтум столпились люди. Все с напряжёнными лицами.

Тревога взмывает в груди, я бросаюсь вперёд.

— Что случилось? Что происходит?

— Мы сами не знаем, — говорит её су-шеф. — Уже всё так было, когда пришли.

Я протискиваюсь в кухню, заставляя себя дышать ровно. Но сцена перед глазами только усиливает беспокойство.

Полный хаос. Всё, что есть на кухне — кастрюли, сковородки, миски — всё на столах. Разделочные доски, ножи, горы овощных очисток. Каждый повар знает: готовя, нужно убирать за собой. Я видел, как Тэйтум управляет этой кухней — чётко, эффективно. Это не похоже на неё. Абсолютно не похоже.

На столе у плиты — семь блюд, идеально приготовленных и выложенных. Рядом — пустая бутылка вина.

Я окидываю кухню взглядом. Нет, уже две бутылки.

И тут меня осеняет.

Тэйтум готовила по рецептам своей матери.

И, похоже, провела здесь всю ночь.

Зак появляется рядом, кладёт руку мне на плечо и кивает в сторону офиса Тэйтум.

Я нахожу её, свернувшуюся клубочком на полу у стола. В качестве подушки — скомканный поварской китель.

Я бросаю взгляд на Зака в дверях.

— Поможешь вывести персонал?

Он кивает и уходит.

Рядом с Тэйтум — пустой бокал. Я ставлю его на стол, а сам опускаюсь на корточки и осторожно поднимаю её на руки. Она тихо стонет, когда я переношу её вес, но не просыпается и не сопротивляется.

Я не знаю, куда ушёл Зак с остальными, но на пути к её квартире мы больше никого не встречаем. К счастью, дверь не заперта, и я легко попадаю внутрь.

Тоби вскакивает, лает — явно встревожен, но тут же идёт за нами в спальню. Я опускаю Тэйтум на кровать, снимаю с неё кроссовки, освобождаю одеяло и укрываю. Наливаю воды и ставлю стакан рядом.

Собираюсь вывести Тоби на прогулку, почти полдень, он, вероятно, с вечера не выходил, как вдруг слышу.

— Леннокс?

Я тут же возвращаюсь и опускаюсь рядом с ней.

— Эй, — говорю, отводя с её лица прядь волос.

Она закрывает глаза от моего прикосновения.

— Я перебрала с вином, — шепчет.

— Знаю, малыш. Вода рядом. Выпей и снова спать.

— Н-н-нет, мне надо работать… мне нужно… — Она пытается приподняться, но тут же морщится и прижимает руку ко лбу.

— Сегодня ты не работаешь, — говорю, мягко укладывая её обратно. — Мы справимся. Я пришлю Уиллоу. А ты отдыхай.

Она кивает, глаза снова закрываются, тело расслабляется.

— Я всю ночь готовила.

— Я видел.

— Я устроила бардак.

— Ничего. Уберём.

Я провожу ладонью по её щеке.

— Я сама бардак, — шепчет она.

Сердце сжимается, а потом наполняется теплом — расползающимся по груди, пальцам, ступням.

Вот оно. Это и есть то самое чувство. Когда понимаешь: ради этой женщины готов на всё.

Я выдыхаю сквозь зубы и усмехаюсь.

Даже уехать в Калифорнию.

Мысль о том, чтобы оставить «Хоторн», оставить ферму, семью, горы — сдавливает грудь. Но я смотрю на Тэйтум — и понимаю: она того стоит.

Я бы уехал. Ради неё — уехал бы.

Наклоняюсь и целую её в щёку, у самого глаза.

— Ты — мой бардак, — шепчу.

Она тянет руку, ловит мою и прижимает к груди.

— Леннокс, я тебя люблю.

Волна тепла захлёстывает снова.

— Я тебя тоже люблю. А теперь отдыхай.

Я выгуливаю Тоби, а потом возвращаюсь. Останавливаюсь в дверях и опускаюсь на корточки, чтобы оказаться с ним на одном уровне. Кладу руки по обе стороны от его мохнатой головы.

— Теперь мы в одной команде. Вместе позаботимся о ней, договорились?

Снимаю с него поводок — и он тут же несётся в спальню. Дверь приоткрыта, я вижу, как он прыгает на кровать и устраивается рядом с Тэйтум.

— Молодец, — тихо говорю я.

Я не знаю, что будет дальше.

Но она любит меня. И я люблю её.