Чтение онлайн

И мы разберёмся. Вместе.

Моей уверенности хватает ровно до того момента, как Кристофер Эллиот появляется на ферме Стоунбрук.

— Что значит — он снаружи? — бросаю я, застёгивая поварской китель на ходу и направляясь в сторону зала.

— То и значит, — отвечает Зак. — Кристофер Эллиот стоит на парковке и болтает по телефону. А что ещё это может значить?

— Но почему он снаружи? Кто-то с ним говорил?

— Пока нет. Он не один, с ним какие-то деловые люди. Но никто не пытался зайти или постучаться.

Я останавливаюсь у входной двери. Тэйтум сейчас в таком состоянии, что ей нельзя ни видеть, ни тем более разговаривать с отцом. Её безопасность — мой приоритет.

Большинство сотрудников кейтеринга уже наверху, на ферме, обслуживают приём, но если кто-то остался и может случайно проболтаться, что Тэйтум спит в своей квартире, я хочу, чтобы их заранее предупредили.

Я оборачиваюсь к Заку. Чёрт, как же я благодарен, что он снова рядом и готов помочь.

— Слушай. Для Кристофера Эллиота Тэйтум сейчас здесь нет. Пока я не успею её предупредить и не узнаю, как она хочет поступить. Сможешь проследить, чтобы все это поняли?

Он кивает.

— Без проблем.

Я провожу рукой по лицу. Лучше бы утром побрился. После вчерашнего мне плевать, какое впечатление я произведу на Кристофера Эллиота как шеф, но я люблю его дочь. И это лучшая причина постараться выглядеть достойно.

Глубоко вдыхаю, отперев дверь, и выхожу наружу.

— Мистер Эллиот? — спрашиваю, позволяя двери за собой закрыться. Воздух тёплый, азалии у входа в самом цвету.

Отец Тэйтум поворачивается.

— А. Здравствуйте. — Он улыбается. Белоснежные зубы режут взгляд на фоне загорелой кожи. Глаза голубовато-серые, как у Тэйтум, тёплые, приветливые, когда он смотрит на меня.

Я протягиваю руку.

— Леннокс Хоторн. — Возможно, он помнит меня по кулинарной школе, но я предпочитаю не гадать.

Его взгляд поднимается к вывеске над входом.

— А, это ваш ресторан?

— Да. Мы ещё не открыты, но, полагаю, вы приехали к Тэйтум?

— Хотел её удивить, — отвечает он.

Я выдавливаю улыбку.

— Здорово. Но её сейчас нет. Она плохо себя чувствовала с утра и осталась дома. — Я делаю шаг к двери. — Хотите зайти? Выпить чего-нибудь? Я могу ей написать и узнать, когда она сможет вас принять.

Улыбка становится натянутой. Похоже, моё предложение его не радует, но он всё же заходит следом, за ним вся его деловая свита. Представлять их он не собирается, что кажется мне немного высокомерным. Это заставляет меня вспомнить Флинта. Он куда более знаменит, чем этот парень, и всегда окружён целой армией людей — но при этом обязательно объясняет, кто они, откуда и почему важны для него.

Эллиот останавливается у стойки хостес.

— Я был уверен, что Тэйтум живёт здесь. Над кухней, если не ошибаюсь?

— Да, — медленно подтверждаю я. — Это так.

Он разводит руками, словно всё очевидно.

— Может, тогда я сам поднимусь? Просто укажи, куда идти.

— Сэр, я понимаю, как вам хочется увидеться, но она провела тяжёлую ночь. Сейчас она отдыхает. Думаю, ей не понравится, если её потревожат.

Он приподнимает бровь.

— Вы, я смотрю, весьма осведомлены о состоянии моей дочери, мистер Хоторн.

Он окидывает меня холодным, оценивающим взглядом. Каждая мышца у меня напрягается. Я не знаю, что Тэйтум успела рассказать отцу о нас, но интуиция подсказывает: лучше ничего лишнего не говорить.

— Знаете что? Напишите ей. Сообщите, что вы здесь. Она сама спустится, когда будет готова. — Я киваю в сторону бара, где Кассандра, наша бармен, разбирает ящики с вином. — А пока, чувствуйте себя как дома. Угощение за счёт заведения. Если проголодались, могу подать закуски.

Челюсть у него напрягается, взгляд становится колючим.

Я скрещиваю руки на груди, но не отвожу глаз.

Я не стану пресмыкаться перед этим человеком. Особенно если это будет означать, что я толкаю Тэйтум в пасть волкам.

Он, наконец, моргает и натягивает тонкую улыбку.

— Как щедро.

Я поворачиваюсь, но он кашляет, привлекая моё внимание. Я снова оборачиваюсь.

— Если вы не возражаете, — говорит он, — у нас есть кое-какие рабочие вопросы. Можно занять столик? Нужно, чтобы Тэйтум кое-что подписала. Это недолго.

Я сглатываю ком в горле. Стараюсь мыслить рационально, чётко.

Во-первых: Тэйтум меня любит.

Во-вторых: её отец — мастер манипуляции. Приехать с бумагами, чтобы застать врасплох и надавить — в его духе.

В-третьих: если Тэйтум действительно хочет участвовать в шоу с ним, если она верит, что это сделает её счастливой — я не стану стоять у неё на пути.

— Конечно, — отвечаю с натянутой улыбкой. — Всё, что нужно.

Захожу на кухню, и, как я и ожидал, персонал толпится у двери, не подозревая, что внутри меня бушует шторм. Они идут за мной к офису и тут же начинают рассыпаться в вопросах.

— Он крутой?

— Он будет есть у нас?

— Ты пожал ему руку?

— Это было офигенно?

Я поднимаю руки.

— Всё, хватит. — Голос у меня спокойный, но твёрдый. — За работу. Этот человек не пришёл знакомиться с вами. Он здесь не для вас.

— Ну, пока он тут, он мог бы подписать мою кулинарную книгу, — говорит Зак.

— Или одно из меню, — добавляет Дерек.

— Или мой китель, — говорит Уиллоу.

Я натягиваю на лицо улыбку, даже если совсем не до неё.

— Никаких автографов. По крайней мере, пока вы на смене. Что вы делаете в своё личное время — ваше дело. Но давайте помнить, что Кристофер Эллиот здесь как отец Тэйтум, и в первую очередь мы должны уважать её личные границы.

— Подожди. У Тэйтум отец — Кристофер Эллиот? — раздаётся голос Дерека с другого конца кухни.

Уиллоу тут же отвешивает ему подзатыльник.

— Серьёзно? На какой ты планете живёшь?

— На той, где ужин начинается через сорок две минуты, — говорю я. — Не заставляйте меня повторять. Все по местам.

Зак хлопает в ладони.

— Вы слышали. Время пошло. Хочу видеть mise en place (*Mise en place — это французский кулинарный термин, который дословно переводится как «всё на своих местах».) в каждом углу этой кухни. — Смотрит на меня. — Ты как?