Чтение онлайн

– Но Тактуку и Шизаши отдали нам скипетр и диадему. Они увидели в нас тех, кто могут использовать эти артефакты по назначению.

Снова голос Хаака послышался из другого места:

– Братья решили так, я решил иначе. Твой друг очень легко угодил в мою ловушку, а ты пришёл в мои лапы самостоятельно. Всё это пока что лишь показывает одно – вы не достойны владеть плащом королей.

– Тогда отпусти Валиона, и мы сразимся.

– Отпустить? А разве охотник отпускает свою жертву? Он оказался слишком невнимателен, за что и поплатился своей свободой. Пока что только свободой. Но вскоре – и жизнью.

– Тогда выходи, и я сражусь с тобой. Я-то не пойман.

– Фактически ты прав – тебе хватило ума не трогать мои сети. Но вот, если посмотреть в общем на твоё положение – ты обречён. Потому что вошёл в сердце логова охотника. А это сродни тому, чтобы оказаться в коконе, как и твой друг.

– Пока я свободен от твоих пут, я не жертва, а такой же охотник, как и ты. А два охотника не могут быть на одной территории. Выходи и сразись.

– Что ж, в твоих словах имеется смысл. Хорошо, охотник. Смотри, как ты быстро станешь добычей.

Воля Хахора среагировала даже быстрее, чем сознание хахорму, так что Дэмпер отскочил от летящего сгустка паутины. Попав в землю, он образовал пучок, который стал медленно расползаться, заполняя собой небольшое пространство, так что Хааку понадобится ещё несколько таких плевков, чтобы полностью покрыть пол своей пещеры липкой субстанцией. И тогда охотник уж точно станет жертвой. Но сейчас душу рассудительного манту наполняла воля его господина, так что он ощущал себя уверенно в этой обстановке. А синее зарево в глазах помогало видеть всё пространство. Да вот только дракон-паук не показывался ему на глаза, умудряясь досаждать хахорму из неведомого места и щёлкая своими хелицерами то тут, то там. Не успел Дэмпер как следует рассмотреть расползающийся пучок паутины, как частица Хахора во второй раз спасла Дэмпера от участи быть пойманным, уведя его с траектории очередного выстрела паутиной. Паук при этом так и не показывался. Поняв, что хотел сделать хранитель плаща, слуга Хахора возвысил голос:

– Выходи! Сразимся на равных!

Хаак отвечал, и его шипящий голос звучал откуда-то спереди:

– Зачем? Настоящий охотник бьёт из засады и ловит загнанную в угол добычу.

– Мы же вроде бы договорились, что меня нельзя считать добычей, пока я не в твоём коконе.

– Да, пока на началась моя охота, ты выглядел достаточно уверенно, однако теперь, когда ты не может определить, где я нахожусь, в моих глазах ты стремительно обращаешься в жертву.

Дэмпер не отвечал ему. Заместо этого он снова взмолился к Хахору и попросил его дать сил Валиону, чтобы его брат сумел прорвать кокон. Однако по окончанию прошения ничего не изменилось. Вторая жертва продолжала барахтаться в своём заточении, будучи не способной вырваться из этого жуткого плена. Тем временем последовал третий плевок. И снова мимо. Дэмпер пытался строить в голове тактику, куда он будет отступать, когда не останется места совсем. Вместе с этим он пытался взывать к Валиону, чтобы тот просил у Хахора сил вырваться из этого кокона. Тем временем последовал четвёртый плевок паутины, и места для боевых манёвров оставалось всё меньше. Он пытался дозваться до Хаака, чтобы связать его диалогом, но паук либо отвечал коротко, либо вообще никак не реагировал на слова своей жертвы. Однако, по всей видимости, Валион услышал своего брата. Конечно, сил ему Хахор не дал, но, скорее всего, с помощью своей воли, той самой частицы в головах мантос он дал подсказку использовать жезл. Пришлось произвести три выстрела из артефакта, прежде чем слабый синий пучок магии сумел прорвать паутину. А потом ещё несколько, чтобы проделать брешь, достаточную для побега. И вскоре на пол, обтянутый липкой паутиной, спрыгивает обладатель диадемы и скипетра. Несмотря на то, что его ноги в тот же миг были приклеены к полу, он возликовал:

– Слава великому Хахору!

Ему отвечал Хаак:

– Какая хитрая добыча. Но все ваши уловки обратятся во прах, когда мы оба окажетесь скованы.

Мятежный хахорму отвечал:

– Не в хитрости тут дело, а в том, что нас не двое, но во много раз больше. Борясь со мной и моим братом, ты борешься со всеми хахормес одновременно. Однако, что более ужасно, ты борешься с нашим богом.

– Стоит добыче оказаться загнанной в угол, ей ничего не остаётся, кроме как уповать на бога или богов.

Последовал пятый плевок паутины, который угодил прямиком в Валиона, из-за чего он почти что вернулся к первоначальному состоянию, когда висел там, под потолком. А попытки использовать жезл вели только лишь к тому, что он пускал снаряд магической энергии только перед собой. Дэмпер стоял на достаточно большом расстоянии. Он не мог приблизиться к своему брату, потому что Хаак облепил своей паутиной весь пол. И, если он постарается помочь Валиону, то лишь сам увязнет. А потому только и знал, что метаться из стороны в сторону. Разъярённый манту, что есть сил, пытался вырваться из своей темницы. Дэмпер не видел этого, но у его брата получилось. Постепенно его движения становились более свободными, паутина ослабевала. Хаак оставил в покое свою первую жертву и вернулся к его брату, продолжая распространять свою паутину. Дэмпер старался вести диалог, но в большинстве случаев получалось лишь разговаривать с самим собой. Однажды он проявил неосторожность и всё-таки вляпался в вязкую жижу, так что оказался пойман. И очередной плевок паутины остановил его совсем, превратив во второе подобие кокона. И тут-то Хаак, наконец-то, решил показаться. Одно из переплетений паутин под потолком разошлось в стороны, и в это пространство вползает огромное паучье тело. Крылья были растопырены, как будто бы он не умел их складывать, как Тактуку. И он спустился по стене на землю. Минуя Валиона, он приблизился к Дэмперу. Восемь глаз устремились на него, и шипящий жуткий голосище заговорил:

– Вот и окончание охоты. Теперь то, что ты – жертва, стало очевидно даже для тебя самого.

Дэмпер молчал, чтобы не тратить время на пустые разговоры, ведь в этот момент он усиленно пытался придумать, как ему быть. Паук, чуть помолчав, продолжил:

– Есть я вас не буду, потому что не испытывают в этом нужды. Поэтому вы останетесь тут в качестве моего трофея. А, пока я буду вас развешивать в своём логове, расскажи мне, слуга Хахора, что для вас самое важное в жизни. Каков смысл вашего существования?

Дэмпер подумал, что эти вопросы паук задаёт неспроста, что таким образом он найдёт зацепки, через которые сможет договориться с охотником, а потому отвечал ему:

– Цель нашей жизни – это служить нашему тёмному владыке, чёрному дракону Хахору.

Он замолк, подумав, что слово «дракон» вызовет какую-нибудь реакцию у Хаака, ведь он тоже своего рода дракон. Но тот отвечал ему:

– Стоящая цель. А что от вас требует ваш бог?

– Он ставит перед нами 3 цели в нашем вечном существовании. Первая – это прославлять его великое имя. Мы можем делать это всеми различным способами: словами, делами и даже мыслями. Вторая – это участвовать в тёмных миссиях, которые заключаются в том, чтобы приходить в другие миры и возводить в них тёмные оплоты, где будут обитать исключительно его слуги. И третья – это изучение, накапливание знаний. Магические, военные, технологические, знания о различных существах, о различных явлениях и происшествиях. С каждый мгновением нашей жизни мы становимся умнее, сильнее и опаснее.

Пока Хаак слушал и обдумывал всё это, Валион постепенно выбирался из своего заточения. И вот, увлёкших ещё одним размышлением, Хаак не замечает, как второй хахорму освобождается из его плена. И, если разорвать путы, сковавшие тело мятежного манту, он мог с помощью своих собственных сил, то вот, чтобы освободить свои ноги, ему пришлось прибегнуть к помощи артефакта. Услышав звуки творящейся магии, Хаак тут же развернулся и метнул сгусток паутины в почти что освободившуюся жертву. Валион делает отчаянный рывок, но не получается – хоть силы прыжка хватило, чтобы прорвать паутину, однако натяжение не позволило ему набрать достаточно высоты, из-за чего он снова приземлился в вязкую субстанцию. Паук хотел рвануть к нему, однако Дэмпер схватил громадину своей левой рукой за одну из его лап, которую чудище поставило рядом с ним, когда оборачивалось на освободившуюся жертву. Исполин попытался вырваться, однако хватка была сильна, поэтому убрать свою лапу у него не получилось. А, приложив ещё больше силы, он только лишь вырвал Дэмпера из его ловушки. Так что рассудительный хахорму принялся карабкаться по одной из конечностей на спину охотника. Из-за того, что правая рука страдала от кислоты Тактуку, иногда он осекался и чуть было не срывался в низ, но всё-таки удавалось удерживаться. Паутина, которой он ещё был облеплен, не помогала и не мешала ему. Потому что к паучьему телу она не липла, а иначе тогда сам бы паук не мог перемещаться по своему логову. Пока тот нависал над Валионом, Дэмпер уже оказался на спине громадины и продолжал продвигаться по ней. Чувствуя, как добыча ползает по нему, охотник отстал от мятежного брата и пытался сбросить со своего загривка рассудительного, ведь было очевидно, что он пытался добираться до его глаз. Пока Хаак крутился на месте, Валион использовал жезл, чтобы освободить свои ноги. Дэмпер в это время, покрепче хватившись за одну из щетин на его спине, пытался, что есть сил, удержаться на этом громиле. Освободившись, Валион использовал силу своих ног и запрыгнул на паука, оказавшись прямиком рядом с его глазами. Хаак остановил свои кручения на месте, потому что понял, что мятежный хахорму приготовил свою ногу, чтобы нанести удар ему в зрительный орган. После этого дракон заговорил. Он хотел признать силу его добычи, однако Валион, преисполненный ярости, низринул всё-таки свою ногу. Однако от этого удара ничего не произошло. Металлическая конечность хахорму как будто бы ударилась об очень толстое стекло. Дэмпер принялся укорять своего брата за такой опрометчивый поступок, но Хаак утробно рассмеялся:

– Не нужно беспокойств. Ваших сил не хватит для того, чтобы причинить мне ущерба.

Дэмпер спросил:

– Так значит, наше сражение не имело никакого смысла? Мы всё равно не смогли бы одолеть тебя?

– Смысл в этот был. Вы должны были показать свою силу. Но я увидел больше – силу вашего бога и силу вашей веры в него. Что ж, Валион и Дэмпер, слуги драга тьмы Хахора, охота закончилась тем, что добыча оказалась охотником. А это значит, что я присоединяюсь к Шизаши и Тактуку.

Говоря это, он направился к одному из сплетению паутины и двумя своими передними лапами распустил плетение, так что из-под него показался уже знакомый братьям пьедестал, на котором лежал свёрток – последний компонент Славы королей. Валион хотел было спрыгнуть к этому пьедесталу, но Хаак сам подал ему артефакт, а после отвёз на своей спине до места пещеры, где на полу не была расстелена паутина. Пожелав успехов с артефактами, он вновь исчез среди сплетений своей паутины. А Валиону уже не терпелось поскорее ощутить всю полноту могущества этого магического комплекта.

Нельзя сказать, что Валион был похож на короля. Диадема на его лбу практически не была видна под волосами, плащ был коротким – еле достигал коленных суставов, а скипетр с виду вообще походил на обычную палку. Но ведь магические артефакты ценятся не за их вешний вид, так ведь? Но и тут всё было плохо. Когда мятежный хахорму облачился в полный комплект Славы королей, ничего не изменилось. Да, плащ наделял его небольшим сопротивлением магии, но милость Хахора давала гораздо больше защиты. Ничего не происходило. Все три артефакта абсолютно никак не взаимодействовали друг с другом. Меж ними не было никакой связи, как будто бы они вообще были из разных комплектов. После Валиона весь комплект поносил Дэмпер, но он вообще ничего не почувствовал, совсем никакой магической силы. Мятежный манту разразился бранью на всю округу, проклиная этих ничтожных людей, которые обманули его, подсунув какие-то бесполезные безделушки, которые и артефактами-то язык не поворачивается назвать. Его рассудительный брат предположил, что нужно знать тайный способ как пробудить истинную силу этих предметов, а после этого сказал, что нужно вернуться в то убежище с изваянием кузнеца и спросить этих двоих, что они знают о Славе королей. Быть может, им известно, как раскрыть истинный потенциал этого комплекта. Валион, уже разочаровавшийся во всём на свете, махнул рукой, дескать, всё равно терять уже нечего.