Каменные колокола
Шрифт:
В это же самое время в Кешкенде невестка Шахбаза пошла проверить, привязан ли теленок черной коровы, не открыта ли дверь хлева и сидят ли куры на насесте. У груды камней заметила человека. Он положил два обтесанных камня на ручную тележку и, подталкивая ее, уходил.
«Кажется, это Еранос».
Невестка Шахбаза ускорила шаги.
— Братец Еранос, что ты делаешь?
Еранос поднатужился, и тележка покатилась быстрее. Когда невестка Шахбаза его догнала, он был уже у своего дома.
— Ты что это воруешь чужие камни, старый хрыч?
— Вот дура, разве камни стоят того, чтобы из-за них ругаться...
Невестка Шахбаза подняла крик, собрались люди.
— Тебе какое дело, чего ты вмешиваешься, — разозлился Еранос.
— Как это какое дело? Мои соседи оставили у меня ключ, чтоб я присмотрела за домом. Люди добрые, взгляните на этого негодяя!
Собравшиеся поддержали невестку Шахбаза. Еранос питался оправдаться:
— Чего орете, всего-то два камня взял. Все знают, что Пилос мне должен одну корзину и два веника. Теперь мы в расчете. Вот и все.
Возчик, работавший на строительстве гостиницы, подумал: «Растащат имущество Пилоса. А как же. Дом без хозяина или обвалится, или его разграбят. Тот, кто крадет камни, и тесак мой украдет».
Он обратился к невестке Шахбаза:
— Сестрица, если ключи у тебя, пойдем, я возьму мой тесак.
— Ты что, боишься, что Пилос умрет и не вернет твой тесак?
— Да нужен он мне, потому и говорю.
— Вот Назлу вернется — отдаст.
— Мне он сейчас нужен.
— Идем, и тебе наш тесак отдам.
Возчик досадовал на Пилоса:
— Берут вещи, не возвращают вовремя, а потом тебе же должно быть стыдно. Правильно говорят: у делающего добро дырявая голова.
Невестка Шахбаза всю ночь не могла уснуть. «Если вдруг украдут теленка черной коровы, Назлу сойдет с ума». Растолкала мужа:
— Григор!..
— Ну чего тебе?
— Ты слышал, что сделал Еранос?
— Слышал.
— Но ведь и теленок черной коровы привязан у них в доме, а мы спим спокойно. Давай приведем его к нам.
— Ночью приведешь — увидят, скажут: они сами и воруют.
Он заснул.
— Григор...
— Что?
— Шел бы ты ночевать в дом Пилоса. Жалко ведь их.
— Ох!.. Раньше бы сказала. Куда я пойду среди ночи? Ничего не случится, спи, спи...
Он заснул, жена — нет. Ей все представлялось, что теленка уволят, Назлу плачет. Потом задремала, увидела сон. Наводнение. Пилос стоит в грязной воде. Затем Пилос исчез, а она осталась в грязи. Вскочила:
— Григор!..
— Ох...
Григор поднялся, зажег свечу, надел штаны и носки, натянул туфли, набросил на плечи пиджак.
— Давай ключ...
Григор подошел к дому. Из дома доносились какие-то звуки. Он не был верующим, но перекрестился. «Господи Иисусе, замок на дверях. Кто же это там?»
Прислушался. «Что-то гремит. Видно, теленок отвязался».
Снова прислушался. «Веревкой зацепился за что-то и не может выпутаться».
В третий раз прислушался. «Ну конечно, теленок».
Он отпер замок, толкнул дверь, вошел. Хотел зажечь спичку, поискал в карманах — не нашел: забыл взять. И тут ему показалось, что в глубине что-то светится. Но как только он открыл дверь, стало темно. «Господи Иисусе, что за напасть?» Прошел вперед, чтобы найти теленка и привязать. Лицо коснулось чего-го шевелящегося. Веревка! она свисала из дымового отверстия.
Кошмар!..
Григор быстро повернулся, хотел выбежать, но упал.
Он не понял: то ли сам головой стукнулся о камень, то ли его кто-то ударил.
Начальник милиции Сагат слушал отчет ночного дежурного.
— Говорят, Сероп убежал в Россию.
— Какой Сероп?
— Был один такой лодырь.
— А если из России погонят, куда денется?
— Говорят, в России у него есть жена и ребенок. Женился, когда был там на военной службе. После демобилизации приехал, чтобы получить согласие родителей и привезти ее сюда. Они не разрешили. Женили на Хачануш. Он никак не мог забыть первую жену и ребенка, вот и уехал.
— Это тот Сероп, который из ревности избил жену?
— Он.
— Скажи почтальону, чтобы зашел ко мне, а ты иди домой.
Только дежурный ушел, как пришла новая весть:
— В доме Пилоса убили человека!..
Кешкенд переполошился. В дом Пилоса ночью залез вор и убил Григора.
— А что делал Григор в доме Пилоса?
— Кто знает...
Прибыл отряд милиции. Григора перевезли в больницу. Череп был сильно поврежден, но он еще дышал. Его ударили каким-то тупым предметом. Произвели осмотр на месте происшествия. Запечатали дверь.
Начальник милиции недоумевал: «Тут какая-то тайна. Надо немедленно допросить пострадавшего, выяснить, что он делал в доме Пилоса. Что он видел? Кто его ударил? Мы снова выходим на след украденных сокровищ».
Инспектор Саркис пошел в больницу, но скоро вернулся.
— Безнадежно. Судебный врач поставил диагноз — сотрясение мозга... Пробита черепная коробка... Если даже выживет, либо немым останется, либо невменяемым.
— Ничего не удалось узнать?
— Он молчит. Сегодня перевезут в Ереван.
— Вызовите его жену.
Невестка Шахбаза пришла в милицию из больницы.
Она не говорила, а только тупо смотрела вокруг. Она уже несколько раз теряла сознание, и ее приводили в чувство водой. Позвали врача, он сделал ей укол, она заговорила.
— Сестричка, зачем Григор пошел к Пилосу?
Она рассказала.
— Как ты думаешь, кто это сделал?
— Божья кара... Это со мной должно было случиться, со мной!..
— Сестричка, может, ты знаешь, кто это мог сделать?
— Еранос, только он один... Будь ты проклят, Еранос!
Она стала рвать на себе волосы. Ее удержали. Решили, что она обезумела от горя. Больше не стали допытываться ни о чем. Женщину отвезли на повозке домой.
Начальник милиции распорядился.
— Ераноса арестовать.
Солнце снопами, урожай мешками приносит в Вайоц дзор осень.
Против скалы, называемой Красным камнем, — широкая равнина. Арпа спокойна. Осень шуршит в пожелтевшей траве.
Жители Малишки приехали на праздник урожая. Тут и там зажглись костры. Девушки танцевали кочари: «Джан!.. Джан!..»