Классическая драма Востока
Шрифт:
Я очень устал и немного посплю.
(Поет.)
На мотив "Зовущий голос"
Вблизи Гаотана, на большой вышине, Не увидеть красавицу мне во сне. Только любовь оставлена мне. О, побудь со мною наедине!Так, как некогда Сян-ван со своею тучкой
соединился во сне.
(Засыпает.)
Ван Чжо-цзюнь (входит). Я — Ван Цян, была отдана сюнну в северные края, а сейчас тайком убежала обратно. Не своего ли повелителя я вижу?! Ваше величество, я, ничтожная, возвратилась.
Воин сюнну (входит). Я притомился и задремал, а Ван Чжао-цзюнь тут же сбежала. Я немедленно бросился в погоню и очутился в Ханьском дворце. А вот и Чжао-цзюнь! (Хватает Ван Чжао-цзюнь и уводит ее.)
Государь (просыпается). Только что мне показалось, что Мин-фэй возвратилась, почему же я не вижу ее?
(Поет.)
На мотив "Поправляю серебряный светильник"
Наверное, возвратить Чжао-цзюнь отдал Шаньюй приказ. Словно по имени ее кто-то окликнул сейчас. Но она не хочет явиться ко мне, хоть зову я за разом раз, Лишь портрет ее на стене висит — не свожу с него глаз. Слышу звуки бессмертной лютни, слышу волшебный глас, Будто музыки Яо и Шуня [130] напев не до конца угас. На мотив "Ползучие травы" Жду вестей от любимой целые дни напролет. Но безрадостно день за днем рассвет настает. Только ночью, во сне, настает свиданья черед. Кричит дикий гусь. Слышу, как дикий гусь исходит жалобным криком. Дикий гусь — в небесах, а я во дворце, мы — словно двое сирот! Кричит дикий гусь. На мотив "Белый журавль" О гусь, видно, лета твои немолоды. Ты ослаб, но это еще полбеды — Воды не хватает тебе — и еды. Ты легок и тощ, и крылья твои худы. Ты на юг, в Цзяннань воротился, на родные озера и пруды, — Опасаешься сети ты в тростнике у воды. Когда же на север летишь, туда, где снега и льды, — За Великой стеною боишься стрелы великой вражды. На тот же мотив Печален твой крик — словно Чжао-цзюнь зовет правителя Хань. Словно скорбная песня над трупом Тянь Хэна [131] доносится в глухомань. Мне тоскливо, как будто песни Чу я услышал в раннюю рань. Горько мне, словно слышу прощальную песню о заставе Янгуань.130
Яо и Шунь— легендарные идеальные правители Китая в III тыс. до н. э.
131
Тянь Хэн— правитель удела Ци в конце III в. до н. э. Когда установилась династия Хань, император Хань Гао-цзу, собираясь присоединить Ци, пригласил его приехать в свой стан. Тянь Хэн по дороге покончил с собой; его приближенные устроили ему пышные похороны.
…как будто песни из Чу… —Когда полководец Хань Синь окружил Сян Юя, он велел своим воинам петь песни Чу — владения Сян Юя. Последний решил, что его удел уже захвачен войсками Хань, и покончил с собой.
Сяошуй и Сяншуй— реки в нынешней провинции Хунань, часто упоминаемые в кн. тайской поэзии.
Кричит дикий гусь.
От этого крика дикого гуся стала сильнее моя жалость к красавице из Чу.
(Поет.)
Да мотив "Поднимаюсь на башенку"
Давно не зная покоя, дух мой от горя поник. О жертве невинной напоминают тысячи улик. Вот опять одинокого гуся крик То смолк, то опять возник. Ночь на исходе, близок рассвета миг. Зачем же ты кружишься в небе, крича, озирая тростник? Никто не ответит тебе, горемыка из горемык. Не сыщешь подруги в осеннюю пору, когда увял цветник.На тот же мотив
Может, ты хочешь Су У отыскать или найти Ли Лина? Свечи ярко горят. Темна небесная пучина. Ты звал подругу, но разбудил меня, несчастного властелина. Долго гляжу на портрет Мин-фэй — безмерна моя кручина! Мин-фэй на севере, далеко, горька для нее чужбина. Ни пернатого вестника ей не увидеть, ни своего господина.Кричит дикий гусь.
Крик дикого гуся бессилен — пред ним
заснеженная равнина.
На мотив "Ароматом полон двор"
Дикий гусь, дикий гусь, от криков твоих я изнемог. Словно пенье иволги, крик твой тосклив и глубок. Леденит этот крик, словно горный поток. Вижу горные выси, и воды лежат у ног. Боюсь, что ты собьешься с пути иль попадешь в силок, Меж реками Сяошуй и Сяншуй опустившись на песок. Больно мне — за Великую стену любимую бросил рок. Всегда говорят: "Дикий гусь улетел, но крик его камнем лег". Красавица ночью грустила, но мой жребий — безмерно жесток. Сижу, освещенный светом луны, печален и одинок.Телохранитель.Не надо так горевать, ваше величество, пожалейте себя.
Государь.Не будь причины — не стал бы горевать.
(Поет.)
На мотив "Двенадцатая луна"
Не говорите мне, чтоб я о печали забыл. На месте моем вы бы тоже от боли были без сил. Крик дикого гуся — не ласточек посвист, что вьются возле стропил, Не пенье иволги, что расточает в роще любовный пыл. Чжао-цзюнь, ты покинула край родной и того, кто был тебе мил, — Каково тебе слышать крик дикого гуся, что так безмерно уныл?Кричит дикий гусь.
На мотив "Песнь времен Яо"
Дикий гусь, ты кричишь над островком, что травами оплетен. Гусь не хочет расстаться с городом, где двум фениксам снился сон. Колокольчики-кони звенят под самой крышей: динь-дон. Холод ночной на ложе меня объемлет со всех сторон. Холод окружает меня, и все сильнее он. Листья уныло шуршат, опадая на склон. Пламя свечей догорело, дворец тишиной окружен. Заключительная ария Крик дикого гуся над Ханьским дворцом звучит неизменно. Крик дикого гуся скоро достигнет Вэйчэна. Все больше седых волос у меня, все ближе дыханье тлена. Но плакать буду о Мин-фэй и нощно и денно.Министр (входит). Сегодня утром из государства сюнну прибыл посол, который привез связанного Мао Янь-шоу и сказал, что именно из-за него был нарушен союз и возникли распри между нашими государствами. Ныне Чжао-цзюнь уже нет в живых, и сюнну хотят восстановить дружбу наших двух государств. С глубоким почтением ожидаем высочайшего повеления.
Государь.В таком случае отрубите Мао Янь-шоу голову, а в честь Мин-фэй устройте жертвоприношение. В храме Гуанлусы приготовьте все для пира, и мы, наградив посла, проводим его обратно.
(Говорит нараспев.)
Пора, когда дикий гусь кричит, — листопада пора. О возлюбленной думаю всю ночь, не могу заснуть до утра. Пришлось в Зеленый курган моей возлюбленной лечь — За это художнику голову снимем с плеч.Главная сцена пьесы: "Как Мин-фэй утопилась в Черной реке и сокрыл ее горе Зеленый курган".
Полное название пьесы: "Крик одинокого гуся отгоняет сны осенней порою в Ханьском дворце". [132]
132
Здесь примечания — Л. Меньшикова, В. Сорокина
Чжэн [133] Тин-юй Знак "Терпение"
Пролог
"Чунмо" в роли Ананды [134] входит и говорит нараспев:
Не нужно цветком вразумлять того, кто смотрит на мир просветленно, Не нужно на пальмовом листе начертанного канона. Восходит солнце, тает лед — оказывается, это вода. Отсияет луна и за горы зайдет — но не сойдет с небосклона.133
Чжэн Тин-юй — один из видных представителен "натуральной" школы в юаньской драме. Сведений о его жизни не сохранилось, но считается, что к 1330 году его уже не было в живых. Известны названия двадцати четырех его пьес, из которых пять дошли до нас.
Перевод сделан по изданию: "Юань цюй сюань", т. 3. Пекин, 1958.
134
Ананда— один из ближайших учеников Будды. Не вдаваясь в сложности буддийского учения, к тому же разнящегося в зависимости от школы, следует отметить, что в народных представлениях, преимущественно отраженных в пьесе, главным среди будд является Сакьямуни (Гаутама) — в тексте перевода: Будда (с большой буквы). Вообще же будд ("существ, достигших просветления") — великое множество. Архат— буддийский святой, один из пятисот учеников Будды, избранных, чтобы возвестить его учение и спасти мир. Шило(санскр. Майтрейя) — будда будущего, которому предстоит прийти на землю после Сакьямуни. Изображается толстым и смеющимся. В китайском фольклоре часто воплощается в образе Монаха с мешком — толстобрюхого монаха, несущего на палке большой мешок, куда он складывает все, что выпросит у встречных. Учение Большой Колесницы— одна из двух главных ветвей буддизма, распространенная на Дальнем Востоке. Утверждает, что существа, достигшие определенной степени просветления, могут помочь другим обрести спасение.