Классическая драма Востока
Шрифт:
Вот я по доброте души побратался с тобой, а другие богачи станут говорить: смотрите, Лю Цзюнь-цзо, всегда такой прижимистый, лишней монетки не потратит, и вдруг побратался с каким-то бездельником.
(Поет.)
Пусть говорят обо мне, что попал я впросак. Пускай смеются! Итак, Сегодня я — против правила — дам тебе приют, чужак.Оба уходят.
Действие первое
Лю Цзюнь-ю (входит в сопровождении слуг). С тех пор как Лю Цзюнь-цзо побратался со мной, прошло уже полгода. Мой названый брат — человек скупой, прижимистый, лишней монетки не потратит. Давать деньги в рост, собирать долги — все это лежит на мне. Сегодня у брата день рождения. Обычно он его не справляет, а на этот раз я велел зарезать барана, приготовить вина и фруктов. Но придется сказать, что все это принесли родные, друзья и соседи. Ведь если он узнает, что все это приготовлено мною, он, чего доброго, с горя помрет. Меньшие слуги! Готово угощение?
Слуги.Все готово.
Лю Цзюнь-ю.Тогда просите брата и невестку пожаловать сюда.
Входит Лю с женой и детьми.
Лю.С тех пор как я побратался с Лю Цзюнь-ю, прошло полгода. Брат мой оказался работящим, заботливым — рано встает, поздно засыпает, отдает в рост деньги, собирает долги… Я на него не нарадуюсь! Хозяюшка! Сегодня мой день рождения, но ты же знаешь — мы его сроду не праздновали. Так что не говори ничего брату, а то он узнает и закатит такой пир, что вконец нас разорит.
Жена.Твой братец зачем-то зовет нас сегодня. Ты бы сходил, узнал.
Лю(встречается с братом). Ты звал меня с женой? Что случилось?
Лю Цзюнь-ю.Садитесь, брат. Сегодня ваш день рождения, и я приготовил кое-какое угощение, чтобы выразить свое почтение к старшему брату.
Лю.Ну, что я говорил хозяйке? Стоило ему узнать, как началось сущее разорение! Ох, умру с расстройства!
Лю Цзюнь-ю.Братец, вы еще не знаете: это все не куплено за деньги, а подарено родными, друзьями да соседями. Я их поблагодарил и проводил из дому, а приношения разложил на столах. Братец и невестка, выпейте чарочку-другую!
Лю.Что же ты сразу не сказал! Ну, коли так получилось, давайте выпьем по чарке.
Жена.До чего же ты скуп, юаньвай! На самого себя боишься потратиться.
Лю Цзюнь-ю.Вина сюда! Примите чарку, брат! Желаю, чтобы ваше долголетие и счастье были подобны вечнозеленым сосне и кипарису!
Лю.Благодарствую, братец!
(Поет.)
На мотив "Алые губы" в тональности "сяньлюй"
Спасибо друзьям, что затратили столько труда И рано, в пятую стражу [137] , пришли сюда. Ты говоришь, что отмечена счастьем дней моих череда, Что возраста сосен и кипарисов достигли мои года? На мотив "Замутивший реку дракон" Перепутались кубки и фишки, а я все пью до дна. От ветра восточного пляшут завесы из тонкого полотна. Музыка барабанов даже Небу слышна, Свирель и флейта звучат в ушах от доброй чаши вина.137
Пятая стража. — В старину в Китае время делилось на стражи продолжительностью по два часа. Пятая стража— раннее утро.
Лю Цзюнь-ю.Осушите чарку, брат!
Лю.Хорошее винцо.
(Продолжает петь.)
Нефритовая чаша весенним вином полна. Над курильницами с "ароматом жизни" дыма тонкая пелена.Лю Цзюнь-ю.Эй, слуги, отгоните "отпускающего на волю живых тварей" [138] , чтобы не досаждал нам!
Лю.
(поет)
138
Отпускать на волю живых тварей— буддийский обычай; тому, кто выпустит птицу из клетки или рыбу из садка, в будущей жизни зачтется доброе деяние.
Намо Эмитофо— формула веры у буддистов из секты Чистой земли. Букв.: "предаю себя Бесконечному Свету" (см. в разделе "Япония" с. 614, 718).
Гатха— в буддийском ритуале — двустишия или четверостишия, исполняемые нараспев.
Братец, знаешь, почему я сумел накопить столько добра?
Я деньги берег, экономил на всем, оттого и толста мошна. Я богатства достиг, и жизнь моя роскошью окружена."Вай" в роли Монаха с мешком входит, сопровождаемый ребятишками.
Монах.Будда, Будда, Намо Эмитофо! (Смеется, произносит гатху.)
Я хожу — мешок со мной. Я сижу — мешок со мной. Вот сниму с себя мешок И возрадуюсь душой!Люди, следуйте за мной, бегите мирской суеты! Я каждого из вас сделаю Буддой, любому помогу стать патриархом. Я, бедный инок — глава обители Юэлипь в области Фэнсян. Сюда я пришел потому, что здесь обитает некий Лю Цзюнь-цзо, первейший богач. К несчастью, сей человек корыстолюбив и скуп, дрожит над каждой монеткой. Мне предстоит обратить его в истинную веру. Бот и ворота его дома. Эй, Лю Цзюнь-цзо, раб своего богатства! (Хохочет.)
Лю Цзюнь-ю.Брат, кто это глумит у наших ворот? Пойду взгляну. (Видит монаха.)Ну и толст же этот монах!
Монах (хохоча). Нищий мерзляк, где раб своего богатства?
Лю Цзюнь-ю (в сторону). Откуда монах знает, что я замерзал у ворот названого брата? Пойду скажу ему. (Видит брата, хохочет.)Ох, брат, умру со смеха!
Лю.Отчего ты так хохочешь?
Лю Цзюнь-ю.Отчего хохочу? А вот выйдите за ворота, сами смеяться будете.
Лю.Пойду посмотрю. (Видит монаха.)
Монах.Лю Цзюнь-цзо, раб своего богатства!
Лю (хохоча). Ого, какой толстый монах! Можно со смеху умереть!
Монах.Ты над кем смеешься?
Лю.Над тобой!
Монах.Лю Цзюнь-цзо!
(Произносит гатху.)