Чтение онлайн

— Отлично. Расставь их по первой и второй линиям.

Я снова обвёл взглядом всех присутствующих.

— Что касается Архимагов, — мой голос стал жёстче, — с ними буду разбираться я. Лично. Никто из вас не должен вступать в бой с Реманом или Ксенофонтом. Это не трусость — это здравый смысл. Они убьют любого из вас в считаные мгновения.

— А ты? — тихо спросила Весна, и в её зелёных глазах мелькнула тревога.

— А я — Архимаг, — спокойно ответил я.

Тишина, повисшая после моих слов, была красноречивее любого восклицания. Те, кто ещё не знал о моём новом ранге, смотрели на меня широко раскрытыми глазами. Алексей лишь едва заметно кивнул — он знал.

— Подождите, — первым нарушил молчание Серёга Володин. — Архимаг? Но когда?..

— Несколько недель назад, — коротко ответил я. — Подробности — после войны. Сейчас важно одно: у солнечников нет ни одного основания полагать, что в Чернореченске сидит Архимаг хаоса. Они идут сюда с расчётом на Магистра. И именно это даёт нам преимущество.

Я видел, как менялись лица моих людей. Страх и напряжение уступали место чему-то другому — надежде, уверенности, даже злому азарту. Если за их спиной стоял Архимаг, то шансы менялись кардинально.

— Алексей, — обратился я к Магистру хаоса.

Он поднял голову. Его суровое, обветренное лицо было спокойным.

— Ты и твои Мастера будете моим резервом. Если я свяжу боем обоих Архимагов, на вас ляжет борьба с Магистрами солнечников. Справитесь?

Алексей чуть прищурился, и на его губах мелькнула тень усмешки.

— Мы не сражались в открытую столетия. Но это не значит, что мы забыли, как это делается.

Совет продлился ещё час. Мы разобрали каждую деталь: расположение войск, пути отхода, сигнальные заклинания, запасы зелий и еды, эвакуацию мирного населения. Последнее было уже почти завершено — женщины, дети и старики были отправлены вглубь Южноуральска, в деревни и городки под защитой Демидовых.

Когда совет закончился и люди начали расходиться, я задержал Алексея и Рому.

— Есть ещё кое-что, — сказал я тихо, убедившись, что двери закрыты.

Алексей молча ждал. Рома наклонился вперёд.

— Если план сработает и мы отобьём южный удар, — произнёс я, — я отправлюсь к Беловежску. Борис Соснов — главная угроза. Демидов и Шаховский сильны, но их всего двое против армии. Им нужна помощь.

— А Чернореченск? — спросил Рома.

— Останется на вас. На тебе, на Алексее, на Аскольде и Сольвейг. Если мы разобьём южную армию, оставшиеся солнечники не рискнут атаковать снова без поддержки Архимагов.

Алексей медленно кивнул.

— Разумно. Но ты уверен, что справишься с Борисом?

Я посмотрел ему прямо в глаза.

— Борис Соснов — потомок тех, кто уничтожил Клинковых. Он лично привёл огонь в наш дом. У меня с ним старый счёт, старше, чем он думает.

Алексей ничего не ответил. Он просто положил кулак на сердце — жест, который хаоситы использовали веками. Жест клятвы и верности.

Рома же хлопнул меня по плечу и широко улыбнулся.

— Ну, если Архимаг говорит, что справится — значит, справится. Кто я такой, чтобы спорить?

Я усмехнулся. Рома не менялся, и за это я был ему благодарен.

Следующий день прошёл в лихорадочной подготовке. Я лично обошёл каждый участок обороны, проверил каждую руну и каждый артефакт. Вместе с Весной мы расставили алхимические ловушки на подступах к городу. Вместе с Аскольдом и Сольвейг проверили боеготовность дружины.

Хаоситы Алексея влились в оборону так, словно всю жизнь сражались бок о бок с моими людьми. Мастера заняли ключевые позиции на стенах, усиливая защитные барьеры. Подмастерья и бойцы встали в строй рядом с дружинниками Клинковых. Я видел, как один из молодых хаоситов, парень лет двадцати с горящими глазами, тренировался с Серёгой Володиным — они обменивались ударами на деревянных мечах, и парень учился быстро.

К вечеру я поднялся на стену и посмотрел на юг. Горизонт был чистым, но я чувствовал приближение. Хаос внутри меня вибрировал, как натянутая струна, реагируя на сгущающееся напряжение. Где-то там, за холмами и перевалами, двигалась армия, которая хотела стереть моё имя из истории.

— Красиво, — раздался голос Весны.

Она появилась рядом, как всегда, бесшумно. В руках она держала две дымящиеся кружки с травяным отваром. Одну протянула мне.

— Спасибо, — я принял кружку и отпил. Горячая жидкость с привкусом мяты и чего-то горького обожгла горло.

— Что подмешала? — с подозрением спросил я.

— Ничего особенного, — невинно ответила Весна. — Настойка на коре ведьминого дуба. Успокаивает нервы и восстанавливает ману.

— У меня нервы в порядке.

— Ага, — Весна прислонилась к парапету и посмотрела на меня. Ветер трепал её чёрные волосы, а зелёные глаза в полутьме казались ещё ярче. — Поэтому ты третий раз за вечер обходишь стены.

Я хмыкнул. Она знала меня слишком хорошо.

— Я просто хочу убедиться, что всё готово.

— Всё готово, Макс, — мягко сказала Весна. — Зелья сварены, ловушки расставлены, люди на местах. Осталось только дождаться гостей.

Мы постояли молча, допивая отвар. Внизу, в городе, горели факелы и слышались голоса — ночная смена заступала на посты. Где-то на окраине залаяла собака и тут же замолкла.

— Весна, — позвал я тихо.

— М?

— Если что-то пойдёт не так…

— Даже не думай, — жёстко перебила она, и в её голосе прозвенел металл. — Ничего не пойдёт не так. Ты — Архимаг. Ты — глава рода Клинковых. Ты — самый упрямый, невозможный, бесящий человек из всех, кого я встречала в своей жизни. И ты не имеешь права сдохнуть в этом городе.

Я посмотрел на неё и рассмеялся. Весна всегда умела найти нужные слова.

— Не собираюсь, — заверил её я. — Ещё столько дел.

Она чуть улыбнулась.

— Вот и хорошо, — и мягко коснулась моей руки.

Мы спустились со стены вместе. В поместье нас ждала Арлетта — она уже закончила последние приготовления и сидела в нашей спальне, перебирая документы. При виде нас обоих она подняла голову и окинула нас изучающим взглядом. Но ничего не сказала — лишь чуть подвинулась, освобождая место.

Эту ночь мы провели втроём, и впервые за долгое время не было ни игривости, ни страсти — только тишина и тепло. Арлетта прижалась к моему правому боку, её прохладные пальцы лежали на моей груди. Весна свернулась калачиком слева, её дыхание щекотало мне шею. Обе заснули быстро. Я же долго лежал с открытыми глазами и слушал биение двух сердец рядом с собой и третье — Сердце рода, пульсирующее где-то в глубине моей груди.

Сон пришёл под утро, тяжёлый и вязкий, без сновидений. Когда я открыл глаза, за окном уже разгорался бледный рассвет. А вместе с ним до моих обострённых чувств донеслось то, чего я ждал и боялся.