Чтение онлайн

Однако это становилось уже не таким странным, если этих людей отсеяли. То есть если кто-то их отобрал.

Но отобрал с какой целью? Для нападения?

Внезапно Бенджи представил себе всех лунатиков кишащими крошечными машинами – их кровь была полна микроскопических устройств. Такое казалось невозможным. Но зато отчасти объясняло то, с чем они столкнулись.

Это даже объясняло сияние, не так ли? То, которое наблюдалось за мгновение перед тем, как взорвался Клейд Берман. Поток поднимающегося вверх тепла, наперекор погодным явлениям…

И снова – образ крошечных захватчиков, слишком маленьких, чтобы различить их невооруженным глазом, заполонивших тело не для того, чтобы заставить его идти, а чтобы свести его с ума, чтобы убить. Не в этом ли заключается задача ЦКПЗ? Болезнь – это болезнь, и не важно, естественная она или рукотворная. Бенджи пожалел о том, что не может прямо сейчас поговорить с Касси. Та обладала способностью спускать его с небес на землю. Но сейчас она занята расследованием смерти Гарлина…

Бенджи мысленно взял на заметку узнать, как у нее дела. Пока что эта новость не попала в средства массовой информации. Журналисты были слишком заняты предстоящими выборами. А также стадом. И Северной Кореей. Хотелось надеяться, что грибковая инфекция умерла вместе с теми, кого она убила.

И все же, если это был единичный случай, почему «Черный лебедь» обратил на него внимание? ЦКПЗ не имел возможности отреагировать на эту изолированную вспышку. Почему же в таком случае «Черный лебедь» направил их в ту сторону? Как смерть Гарлина была связана со стадом?

Держа в руке телефон, Бенджи задал вопрос, который задавал уже неоднократно, всякий раз получая отрицательный ответ:

– «Черный лебедь», есть связь между феноменом лунатиков и белоносыми грибками, убившими Джерри Гарлина? Что-либо такое, что мы пока что не замечаем?

Пауза.

Прошло несколько секунд.

«Черный лебедь» не отвечал.

Бенджи уже приготовился повторить свой вопрос – может, «Черный лебедь» не расслышал? – как вдруг ответ пришел.

Один зеленый импульс.

Один красный импульс.

И как это понимать? «Может быть»? «Пятьдесят на пятьдесят»? «Серединка на половинку»?

– «Черный лебедь», я не понимаю, что это означает.

Ответа не последовало.

– Мне нужны ответы, – сказал Бенджи, чувствуя, как в его голосе нарастает раздражение. – У тебя они есть. Определенно есть.

По-прежнему ничего.

Схватив телефон, Бенджи поднес его к лицу и заорал:

– Сделай хоть что-нибудь! Все равно что! Сложи два и два! Ты самый умный компьютер во всем мире, черт возьми, так сложи же свои нолики и единички и дай мне ответы!

В соседнем номере застучали в стену.

– Замолчите!

Бенджи стоял, учащенно дыша. Злость улетучилась.

Он чувствовал себя глупо.

Плюхнувшись на край кровати, Бенджи сидел в темноте. Гадая, куда все это ведет.

И тут «Черный лебедь» зажегся белым светом.

Из динамика послышались два голоса, подернутые треском статического электричества. Один голос Бенджи узнал сразу же: Сэди.

– …она выступает в роли приемника. – Это произнес голос Сэди.

Второй голос, также женский. Грубее, резче. С легким акцентом… среднеатлантических штатов. Не Нью-Йорк и не Нью-Джерси.

– …что ты имеешь в виду?

Сэди: Я хочу сказать, что она принимает сигналы от машин.

Вторая женщина: Каким образом?

Сэди: Не знаю. Это как-то связано с пластиной у нее в голове. Которая служит приемником. Нанорадио…

Вторая женщина, со вздохом: Если это может улавливать она…

С э д и: То рано или поздно это сможет уловить кто – нибудь еще.

Вторая женщина: Рэй уже догадался?

«Рэй». Эта женщина имела в виду его, ведь так? Бенджи напрягся. Не смея пошевелиться и сказать хоть слово, опасаясь, что его услышат. Что это такое? Аудиозапись? Бенджи не был в этом уверен. И почему «Черный лебедь» прокручивает ее ему?

Сэди: Нет, но он… скоро обязательно до этого дойдет. Он уже на пути.

Вторая женщина: Ты точно не навела его сама? Это ведь ты настаивала на том, чтобы привлечь его к делу.

Сэди: Нет, разумеется. Я пыталась убедить его в том, что такое невозможно. Однако он настаивает на разговоре с «Файрсайтом». Мы не сможем удерживать его до бесконечности, Мойра. Я не смогу долго ему мешать. И, возможно, если он будет знать, то сможет более эффективно нам помочь.

Moйра: Блокируй все его попытки. Если он узнает… Сэди, этот человек непредсказуем. Кто знает, как он поступит? Он может выложить все, что узнает. Если б ему было известно все, что известно нам…

Сэди: Мы можем ему доверять. «Черный лебедь» ему доверяет.

Мойра: Главное то, что он доверяет тебе. Постарайся, чтобы так оно оставалось и впредь.

Пауза.

Сэди: Хорошо.

Мойра: Мы глубоко увязли во всем этом, Сэди. На карту поставлено все. Все. Так что не облажайся, твою мать!

После чего разговор закончился. «Черный лебедь» снова умолк.

Бенджи сидел в темноте, охваченный чем-то гораздо хуже отчаяния и одиночества: чувством того, что его предали.

12 ИЮЛЯ

Бернсвилль, штат Индиана

Мэттью сидел за компьютером в своем кабинете, с наушниками на голове, и готовил очередное выступление по радио. За последнюю неделю, после того как Хаит отменила свое решение привлечь министерство внутренней безопасности к контролю над стадом, пастор уже проделывал это неоднократно. Он выступал в эфире, по кабельному радио, в интернете. Оставаясь в своем уютном доме при церкви.

Несколько раз его пытались подловить – заставить сказать какую-нибудь глупость или завязнуть в риторических спорах. Однако Мэттью с легкостью пресекал все подобные попытки.