Кодекс Магических Зверей. Гепталогия
Шрифт:
– Это не я! – отчаянно верещал пацан. – Тётенька, отпустите!
– А кошелёк мой как тогда у тебя в руке оказался?!
– Я нашёл! Он на земле лежал! Честно-честно!
– Ах ты, воришка мелкий!
Из-за угла выглянул худой стражник, лениво жевавший травинку, и поинтересовался:
– Вам помочь?
– Да я сама управлюсь! – отмахнулась торговка.
Я обогнул их по широкой дуге.
Долго толкаясь в толпе, я наконец-то добрался до служебного входа. Работник Арены с седой щетиной, заметив меня, кивнул, а второй, помоложе, и вовсе приподнял ладонь, будто увидел старого знакомого.
– Доброе утро, целитель, – буркнул старший и шагнул в сторону.
– Доброе утро.
Моё удостоверение на этот раз никто проверять не стал. Я дошёл до неприметной двери, толкнул створку, и на меня тут же навалилась прохлада. Масляные плошки в коридоре горели ровно, лишь у одной из них тихонько потрескивал фитиль.
Через несколько минут я прошёл мимо открытой двери одной из подсобок. Внутри помещения женщина перекладывала тряпицы из таза в таз, напевая себе под нос какую-то мелодию.
Толкнув дверь в комнату отдыха целителей Ассоциации, я сразу услышал знакомый голос.
– Эйден, доброе утро! Твоя сумка уже готова, – громко поприветствовал Дальген, расплывшись в широкой улыбке.
Рыжий крепыш сидел на лавке и чистил ремень.
– Доброе, спасибо, – отозвался я.
Нисса на секунду отвлеклась от возни с носилками и кивнула мне. Орт, проверяя ящик с инструментами у стены, молча приподнял ладонь.
Брон краем глаза мазнул по мне, кивнул, и продолжил что-то втолковывать помощникам у стола.
Я подошёл к лавке, на которой лежала служебная сумка с эмблемой Ассоциации, подхватил её и направился в раздевалку.
За мной увязался Дальген.
– Эйден, я тут подумал, – затараторил он, шагая чуть позади. – Ты вчера на меня не обиделся? Ну, за то, что сумку твою хотел понести. Я же не со зла, просто у нас так принято…
– Не обиделся, – отозвался я.
– Точно? – уточнил он.
– Точно.
– А то я всю ночь ворочался, думал, мало ли… – вновь начал парень.
– Дальген, – перебил я его.
– А?
– Не мельтеши.
– Понял, не отвлекаю, – парень почесал затылок и отошёл в сторону.
Оказавшись в раздевалке, я затворил дверь и быстро переоделся в тёмно-синюю форму Ассоциации.
Затем открыл ранец, вытащил склянки с обогащёнными лекарствами и переложил их в сумку, прикрыв сверху тряпицей.
Снаружи кто-то громко хлопнул дверью. Я перекинул ремень сумки через плечо и, вернувшись в комнату отдыха, застал стоявшего у стола Зикариуса. Он, заложив руки за спину, о чём-то тихо переговаривался с Броном.
– Эйден, доброе утро, – произнёс Кринст, посмотрев на меня.
– Здравствуйте.
– Господа, – Зикариус обвёл всех взглядом. – Раз все собрались, прошу подойти поближе.
Группы подтянулись к столу.
– Сегодня по плану двенадцать боёв, – продолжил он. – Хоть это и меньше, чем вчера, но расслабляться ни в коем случае нельзя. Судя по опыту предыдущих лет, чем ближе к финалу, тем серьёзнее травмы.
Брон слегка кивнул.
– Схема прежняя, – Кринст посмотрел на меня. – Группа Эйдена дежурит у выхода на поле, группа Брона в помещении для операций. Я буду перемещаться между вами и при необходимости подключусь к работе.
– Принято, – отозвался я.
– Вот список наших бойцов, Эйден.
Он протянул мне сложенный лист. Я тут же развернул его и, пробежавшись глазами по строчкам, заметил знакомое имя – Тейн Кассель. А вот Мира в списке отсутствовала – видимо, сегодня её закрепили за целителями Арены Когтя.
– Вопросы? – Зикариус внимательно всех оглядел.
– Нет вопросов, – ответил Брон.
– Всё понятно, – я сложил пергамент и спрятал в карман.
– Тогда на позиции, – хлопнув в ладоши, скомандовал Кринст.
Все сразу разошлись. Нисса подхватила свёрнутые носилки, Орт ящик с инструментами, Дальген на этот раз даже не попытался отобрать у меня сумку, только с тоской посмотрел на неё.
Брон поравнялся со мной у двери.
– Удачи, – произнёс он и двинулся со своей троицей в сторону операционной.
– И вам.
Мы направились по гулкому коридору к арке. Издалека уже слышался нарастающий рёв трибун – Арена вовсю готовилась встречать участников.
Вскоре я поздоровался с двумя стражниками у арки и, подойдя поближе, облокотился на каменную стену. Солнце уже нещадно палило над полем, раскаляя песок и создавая в воздухе дрожащее марево.
– Ну и жара, – заметила Нисса, прислоняя носилки к стене.
– Угу, – поддакнул Орт, опуская ящик.
– А вот я слышал… – воодушевленно начал Дальген, но был прерван.
– Жители и гости имперской столицы! – громогласно разнёсся голос судьи. – Приветствую всех на втором дне Имперского турнира молодых дарований!
Трибуны ответили восторженным гулом, переходящим в свист и аплодисменты.
– Первая пара! Представитель Аурума, ученица Первой Академии – Лессина Корд с четырёхкрылым соколом Пёрышком! Её соперник – представитель Книрта, ученик Академии «Глубинная сталь», Бергард Хольт со стальным ежом Ворчуном!
Я развернул пергамент и прочитал первую строчку.
– Лессина наша.
В коридоре появилась тоненькая девушка лет восемнадцати, со светлой косой, перекинутой через плечо, и не по годам серьезным лицом.
Рядом с ней семенил четырёхкрылый сокол Пёрышко. Его верхние крылья были длинными и узкими, созданными для бешеной скорости, а нижние короткими и широкими, идеальными для манёвров. Стоило птице выйти на залитое солнцем поле, как её силуэт заиграл переливами от яркой лазури до меди.
С противоположной стороны вышел коренастый паренёк, а за ним выкатился, иначе и не скажешь, стальной ёж размером с овчарку. Серебристые иглы плотными рядами покрывали всё его тело, стуча друг о друга при каждом движении.
Стоило бойцам занять свои места, как судья крикнул:
– Бой!
Лессина едва шевельнула пальцами, и Пёрышко взметнулся в небо.
Через несколько секунд сокол спикировал, целясь в противника. Однако ёж не сместился с места, в последний миг свернувшись в шар. Мощный удар клювом пришёлся по иглам, высекая яркие искры. Птица с хриплым клёкотом отскочила в сторону, оставив на стальном шаре ярко-рыжее пёрышко.