Кому много дано. Дилогия
Шрифт:
…Кабинет.
– Садись, Сопля, – указываю на банкетку.
Карлик плюхается, весь съеженный, лапки прижаты к груди.
Стою перед ним, покачиваясь с носка на пятку.
– Ну что, чувствуешь?
Сопля безошибочно тычет пальцем в сторону камня.
– Вот он, Егор Парфенович.
Так странно слышать от этого существа обращение по имени-отчеству. Тем более – по чужому отчеству.
Но пусть.
– Расскажи мне еще раз, что это за штуковина.
Ключевые вещи я у него уже выведал – еще там, в ТЦ. Но пусть повторит, даст деталей. Если врет – пойму.
– Я не имел к Договору касательства, я простой Вышний, – бормочет Сопля. – Однако, как ведомо всем йар-хасут… Роду Строгановых вручен был Владыками камень из небесного железа. Особый камень! Рели… Рекли… Рекликвия йар-хасут.
Он с почтением косится на стол Парфена Строганова.
– Продолжай.
– Камень сей позволяет наследнику Договора переноситься в Изгной – когда нужда в том есть.
– Куда конкретно переноситься, Сопля? И как?
– Дык, это самое. Когда нужда есть. Туда.
Я сдерживаю раздражение. Подыскиваю формулировку. Вот она.
– А чем платить нужно за перенос, а?
Карлик ежится:
– Кровью.
Беру со стола нож для бумаг, молча протыкаю им палец. Бежит красная струйка.
Над камнем, который я взял окровавленной ладонью, повисают давешние три иконки.
Сопля смотрит одновременно завороженно, почтительно и непонимающе.
– Верхние болота, – говорю я карлику. – Туда хочешь попасть?
Кивает.
– Тогда расскажи мне, как открыть портал! И туда, в болота! И… в другие части вашего мира. Видишь, доступны три варианта? Но ни один не работает!
Недоумение на мордочке йар-хасут медленно сменяется пониманием.
– Это не нужно всё, Егор Парфенович, – блеет он.
– Что не нужно?
– Картинки. Это ваша человечья магия. Она – поверх накручена.
Ах, вот оно что! Озарение наступает плавно – и притом стремительно. Будто машина вкатилась во двор – и свет фар осветил потолок в темной комнате. Иконки – позднейшая надстройка. Местный магтех. Просто Парфен Строганов отдал камень опричным магам, ну или еще кому – и те прикрутили интерфейс, в общем-то, необязательный.
Да и выгравированная на подставке надпись, и сама подставка – это всё камуфляж, обман.
Действительно важен только сам камень – и кровь Строгановых, конечно. Камень старше Парфёна; эта штука принадлежала еще моему деду, а еще раньше – прадеду. Это и есть залог договора, врученный болотниками Егорию Строганову. И одновременно – то самое «такси в нижний мир».
…Но ведь всё равно не работает!
– Сопля, – спрашиваю я, – расскажи, что тебе известно о том, как происходит передача обязанностей и прав наследника Договора. Ну вот когда нашу сторону начинает представлять новый Строганов? Когда приходит пора передать ему камень – что происходит?
Сопля шмыгает носом, утирает его рукавом пальто.
– Ну… Это самое… Так-то я не знаю… Но слыхал, что отец должен привести сына к престолу Нижних Владык…
Скриплю зубами. Неужели в системе случился неисправимый баг? Да уж вряд ли! Этот их Договор – то, в чем были заинтересованы обе стороны, кажется. Должна быть «защита от дурака». Вот от такой ситуации, когда, ну, с отцом что-то случилось. Должна быть возможность перезаключить… Стоп! А ведь это именно то, о чем меня спрашивали Жоржик с Петруччо! «Как перезаключить договор?»
Шевелю мозгами.
– Сопля, думай хорошенько. Отец должен привести сына к престолу Нижних Владык – чтобы что?
– Чтобы Договор Строгановых с болотным народом был продолжен, – пожимает плечами карлик.
– С болотным народом?
– Да, – Сопля расправляет плечи. – С нами, йар-хасут.
И я, наконец, ловлю ускользающую мысль за хвост.
– Сопля, а ведь каждый из йар-хасут умеет устраивать мену? И ты тоже?
– Умею, – подбоченивается карлик. – Уж всяко получше Лишая! Да и прочих Вышних! Вот только… Для мены мне на болоте стоять нужно. В нем – сила!
– Вот и славно, друг мой. Договор, стало быть, касается суперспособности, общей для всех йар-хасут. Заключен с вами, как с некой общностью, воплощением магии твоих родимых болот. Верно?
– Э… верно, – признает Сопля.
– Это значит, ты мне сейчас ратифицируешь продление Договора.
– Чего? – опешивает Сопля.
– Того!
Я шагаю вперед, хватаю его ладонь – мокрую и холодную – и прикладываю к своей руке. И к камню. И…
Работает! Я чувствую, что работает! Эфирное поле начинает подрагивать вокруг камня, который мы держим вдвоем. Что-то происходит!
Сопля тоже это чувствует: начинает верещать и вырываться.
– Егор Парфенович! Ай! Ай! Не заставляй на себя много брать – не готов я!
– Повторяй за мной, – рявкаю, не выпуская лапы карлика. – Я, Сопля, признаю Егора Строганова законным наследником…
– Не могу-у! – воет йар-хасут. – Владыки мне такой дерзости не простя-ат! Никак нельзя!
– Да ты просто подумай, Сопля, – убеждаю я его, – как круто выйдет! Ты в Изгное сразу прославишься! Из Вышних скакнешь прямо в Нижние! В элиту!
– Ви-и! – верещит Сопля. – Владыки меня сгноят! А потом съедят! Нельзя в обход их такие ритуалы свершать!
Черт, этак он своим воем Гнедичей переполошит…
– Тогда просто признай за мной право пользоваться эти камнем, – убеждаю карлика. – Подумай: как я иначе попаду вниз? Непонятно. А если мне ты поможешь – явлюсь с официальным визитом! Владыки признают меня, и всё только благодаря тебе! Твоему приглашению ! Понял? Это твой золотой шанс, Сопля!
Карлик перестает верещать. Но всё еще тяжело дышит, трясется. Камень по-прежнему эманирует маной, готовый к использованию.
– Ты же должен попасть домой? – напираю я. – Обещаю, открою тебе дорогу!
И Сопля принимает решение.
– Признаю! Признаю, ладно! Ты – Строганов, это твой камень!
Эфир всплескивается.
Острая грань каменюки сама собою распарывает мою ладонь. Больно!
И… Вправду не нужно иконок. Они просто для понтов.
Безо всяких «кнопок», одной готовностью, одним только пожеланием я способен перенестись в Изгной. Куда решу. Как говорил йар-хасут? «Туда и куда нужда есть»? Точно! Так и работает.