Конечная История
Шрифт:
– Быть того не может!
– воскликнул он, и свиток в его руках объяло фиолетовое пламя.
– Ни разу не направлялся в сектор мучений! Ни разу не направлялся в сектор ожидания! Немыслимо! Таких один на миллион! Чертов Альфо! Он даже не представлял, насколько все изгадил! Им же можно восстановить Кристалл! Болван! Идиот!
– Франий принялся создавать стены и метать в них огненные сгустки.
– О, Творцы-основатели! Почему?! Почему только Хранителям дозволено обращаться с Камнями Душ?! Ведь я мог бы все исправить! О, Альфо! Чертов светляк! Ты заслуживаешь худшей участи, чем окончательная смерть!
Пока Франий бушевал, перед одной из стен соткалась еще одна копия, и просто чудо спасло ее от огненного шара, пролетевшего над ее котелком.
– Чего тебе?!
– выпалил Франий.
– Совет интересуется, - металлическим, не передающим никаких интонаций голосом рапортовала копия, - где светлый дух, приставленный к Фенроту.
– Аргх! Только их мне не хватало! Передай, что Альфо на Фенроте. Организовывает совет какой-нибудь мерзостной живности.
Копия почтительно склонила голову и растворилась.
Франий взглянул на золотые часы на левом запястье, шагнул в сторону стройки и тут же переместился к одному из уже возведенных каркасов. Он оглядел призрачных рабочих, которые, завидев его, остановились и приготовились к выдаче телесных наказаний. Он подозвал к себе троих клонов, тихо отдал им какие-то инструкции, после чего клоны исчезли, а сам Франий оповестил:
– Времени мало! Нужно увеличить темп! За работу, черти!
Засвистели плети. Затрещали кости. Серебряные блоки, взваленные на спины рабов, заползали по месту строительства. Франий исчез...
XI
Гильберт печально смотрел, усевшись в кресло перед окном, на вечерний город. В окошках бесчисленных домиков горел свет. По узким улицам бродили люди. Одни осматривали повреждения, нанесенные губительным дождем, и досадовали на то, что придется выложить кругленькую сумму, чтоб отремонтировать все, другие просто смотрели на небо, наконец-таки освободившееся от оков серо-зеленых туч. Среди них была и Дириэль, соседка Гильберта, но как "соседка" - только на бумаге. А по факту в своем доме, по соседству с ее, Гильберт бывал всего раза три за год, но, тем не менее, платить приходилось по полной...
...С покатых крыш лениво сползали последние капли, а на бесконечном темно-синем полотне, окружая стареющий месяц-великан, повсеместно разгорались звезды.
Магистр Заратус, надев очки в серебряной оправе, очищал от чешуи двух летучих рыб. Третья, которая, будучи принесенной Гильбертом, была еще живой, уже очищенная, плескалась в масле на сковороде. Зибельман и Гивельмун играли в карты на подзатыльники. Судя по ухмылке Гивельмуна и по тому, что Зибельман растирал затылок, Зибельман проигрывал, причем уже не первую партию. Дурезвын и Драмадув составляли гороскоп на ближайший месяц. Они были убеждены, что на этот раз, в отличие от ста пятидесяти трех предыдущих, звезды сойдутся верно. Вимбилдан, покачиваясь в кресле, общался со своим заморским другом через магический кристалл. Он хвастался ему, что буквально через пару час получит то самое зелье, и следил, как его друг закипает от зависти. Морус силой мысли кипятил воду в пробирках. Вода закипала медленно.
– Скажите, магистр, - Гильберт отвернулся от окна. Все маги подняли седые головы и уставились на него, но, определив, что обращается он к Заратусу, вернулиськаждый к своему занятию.
– Вы знаете того человека, что был в комнате у Айзека? Он, судя по всему, тоже чародей.
– Мой юный друг, - Заратус перевернул рыбу на другой бок и повернулся к Гильберту, - мы никого не могли видеть. Зибельман и Гивельмун подтвердят. Как только Вас переправили, связь прервалась. А когда магистр Вимбилдан смог соединиться снова, комната уже была объята пламенем, а вас не было в ней. Вряд ли мы чем-то сможем помочь, если, конечно, Вы не опишите его. Я знаком со всем чародеями Фенрота, и, если этот кто-то один из них, я непременно скажу.
– Описать его...
– Гильберт поднялся и начал расхаживать взад-вперед.
– Высокий. Весь в черном был, но бледный и худой...
– А поподробнее? Форма черепа, например, шрамы, длина носа или еще что-нибудь, - сказал Морус, отрывая взгляд от начавшей медленно бурлить пробирки.
– Подробнее... Черт... Он был от меня на расстоянии вытянутой руки, но я ничего не помню... Видел его, как вас сейчас, но ничего... Не запомнил лица, думаю, даже при встрече не узнаю... Черт! Какое-то колдовство. Не иначе...
– Гильберт остановился возле Вимбилдана, накинувшего платок на кристалл-монитор и сейчас глядевшего на Гильберта с ярко выраженным удивлением. Он измерил взглядом длину дужек очков мага и впился в его зеленовато-голубые глаза.
– Вот. Глаза помню. Будто бы на фоне белого пятна два черных как уголь камня...
– он немного помедлил и продолжил.
– Шляпа-котелок у него была и трость. Она, как ваши посохи, форму меняла... Больше ничего. Ничего не могу припомнить.
– Интересно, - сказал Заратус, - Магистр Морус, у вас на отделении Контроля Сознания не было таких?
– Ни в коем случае, - отвечал Морус, навешивая теплоизолирующий колпак на пробирки с кипящей водой, - все мои ученики занимаются исследованиями в северных окраинах. И у всех у них либо посохи, либо волшебные палочки.
– Он, перед тем как сбежать, предрекал гибель миру, а потом воспламенился, - сказал Гильберт, глядя на Моруса.
– Уважаемые Драмадув и Дурезвын, - обратился верховный маг к встрепенувшимся астрологам, - у вас на Глубоком Предсказании не было умельцев, балующихся огнем?
– Да что вы, - хором ответили астрологи, - "огнедышащих" никогда не держали и всегда гнали в шею, к господину Гивельмуну с его Разрушительными Энергиями.
Заратус перевел взгляд на Гивельмуна. Тот, отвесив подзатыльник снова проигравшему Зибельману, сказал, что все огневики, которые у него были, перемерли при странных обстоятельствах, и посоветовал обратиться к Вимбилдану.
Вимбилдан загадочно промычал что-то, встал с кресла и гордо прошел мимо удивленных магов к двери, хмыкнул и, хлопнув дверью, вышел.
– Не понял?!
– Заратус, не выпуская ручки сковородки с плескающейся на ней рыбой, двинулся к двери.
– Магистр Вимбилдан! Объяснитесь!
Он распахнул дверь: на пороге стоял Вимбилдан с толстенной книгой в черно-золотом переплете. Серебряными прописными буквами на ней было выведено: "Полная энциклопедия магии. Том IV. Духи и прочие нематериальные сущности". Левая бровь Заратуса изогнулась в недоумении. Вимбилдан вошел, не глядя на верховного мага, и уселся обратно на кресло перед кристаллом.
– Магистр Вимбилдан!
– выпалил Заратус.
– Потрудитесь объяснить!
– Не торопитесь, Ваше Верховенство, - спокойно отвечал маг, - Вы мешаете работать, - Вимбилдан быстро пробежался по оглавлению, отметил для себя раздел "Хранители мира - страница 357" и пролистал книгу до указанной страницы, окинул ее взглядом, перевернул.
– Вот оно!
– торжественно оповестил он и развернул книгу обложкой к себе, чтобы все остальные увидели. На одной странице разворота красовалась черно-белая картина: на фоне громадной полной луны был изображен человек в абсолютно черном строгом костюме. Правой рукой он опирался на трость, вонзившуюся в пошедшую трещинами мертвую землю. На ладони его левой облаченной в перчатку руки, которую он держал перед поясом, покоилась шляпа-котелок. Волосы его были похожи на дым от пожарища, но наибольший интерес представляло лицо, которого не было. Вернее, была белая маска, закрывающая его полностью, оставляя только два черных пятна-глаза.