Чтение онлайн

Не успел он договорить, как базальтовые двери кабинета с грохотом распахнулись. На пороге стоял мелкий, перепуганный бес, запыхавшийся и покрытый чем-то склизким и зеленым. Он дрожал так сильно, что его маленькие рожки стучали друг о друга.

— В-в-владыка! Госпожа архитектор! — пропищал он. — Беда! Саботаж!

— Говори внятно, трепло, — ледяным тоном приказала Лилит.

— Пятый круг! Круг уныния! — затараторил бес. — Они… они остановили работу! Они объявили забастовку! Болото перестало булькать! Туман перестал клубиться! Они… они лежат в тине и поют протестные частушки!

Марго ошарашенно посмотрела на Асмодея. Забастовка? В аду?

— Кто организатор? — спросил Асмодей, и в его голосе зазвенела сталь.

— Барон Бельфегор, владыка! — пискнул бес. — Он говорит, что реформы госпожи архитектора нарушают их исконное право на апатичное и неэффективное страдание! Он требует вернуть все как было! И еще… он перекрыл поставки болотной жижи для смазки механизмов в круге гнева!

— Ах ты ж, профсоюзный деятель! — прошипела Марго. Это был удар ниже пояса. Срыв поставок — это срыв сроков проекта!

— Бельфегор, — задумчиво протянул Асмодей. — Вечный оппозиционер. Лентяй и демагог. Я должен был предвидеть, что он первым поднимет голову.

— Что ж, — Марго решительно свернула чертежи и сунула угольный карандаш за ухо. — Кажется, у нас внеплановый выезд на объект для урегулирования трудового спора. Пойдемте, посмотрим на этих… оппозиционеров.

Спустившись на пятый круг, они увидели картину, поражавшую своей абсурдной монументальностью. Круг уныния представлял собой бесконечное, серо-зеленое болото, над которым вечно висел промозглый туман. Обычно здесь царила атмосфера тотальной безысходности: души грешников бесцельно барахтались в грязной жиже, издавая унылые стоны.

Но сейчас все было иначе.

Стоны стихли. Души и демоны-надсмотрщики вылезли на немногочисленные кочки и сидели, лениво болтая ногами. Они держали в руках плакаты, наспех написанные грязью на кусках коры: «Руки прочь от нашей апатии!», «Эффективность — для смертных!», «Требуем права на вечное бездействие!». Воздух был наполнен не отчаянием, а упрямым, пассивно-агрессивным саботажем.

В центре самой большой кочки, на импровизированном троне из гнилых коряг, восседал барон Бельфегор. Это был тучный, обрюзгший демон с маленькими поросячьими глазками и лицом, выражавшим вселенскую скуку. Он был одет в остатки некогда роскошного, а теперь заляпанного тиной камзола. Рядом с ним стоял маленький чертенок и обмахивал его большим лопухом.

Увидев прибывшую делегацию, Бельфегор лениво пошевелился.

— А-а-а, бывший владыка Асмодей, — протянул он зевающим голосом. — И его… прораб. Явились-таки на зов трудового коллектива.

— Бельфегор, — начал Асмодей, но Марго остановила его жестом. Она шагнула вперед, и ее туфли на каблуках утонули в вязкой почве. Ее это, казалось, ничуть не смутило.

— Барон Бельфегор, я полагаю? Маргарита Викторовна, генеральный архитектор. Я ознакомилась с вашими… претензиями. Поясните, в чем конкретно заключается причина несанкционированного прекращения трудовой деятельности?

Бельфегор окинул ее презрительным взглядом.

— Причина, смертная, в тебе. Ты пришла сюда со своими линейками, графиками и этой вашей… оптимизацией. Ты хочешь превратить священное искусство страдания в конвейер! Ад — это не завод! Это — традиция! Мы здесь страдаем медленно, со вкусом, с чувством, с толком, с расстановкой. А ты хочешь ввести повременную оплату мучений! Это кощунство!

Толпа бастующих одобрительно и очень лениво загудела.

— Ваша так называемая «трудовая деятельность» привела к полному упадку отрасли! — отчеканила Марго, ее голос звенел, как натянутая сталь. — Ваш круг — самый убыточный во всей преисподней! Производительность на нуле! Энергопотребление — колоссальное, а выхлоп — минимальный! Вы не страдаете, вы прохлаждаетесь в грязи за казенный счет!

— Это называется медитативное погружение в скорбь! — напыщенно возразил Бельфегор. — Это тонкая духовная работа! Тебе, с твоим примитивным человеческим разумом, этого не понять!

Лилит, стоявшая чуть позади, издала тихий, мелодичный смешок.

— Бельфи, дорогой, ты всегда умел находить красивые названия для своей патологической лени. Но может, хватит этого театра? Ты просто боишься, что при новом порядке тебе придется действительно работать.

Бельфегор побагровел.

— Не тебе говорить мне о работе, Лилит! Я защищаю вековые устои! Эта… женщина… хочет осушить наше болото! Построить тут какие-то «зоны релаксации скорби» с Wi-Fi и таймерами! Это убьет саму душу этого места!

В этот момент вперед вышла баба Нина. Она подошла к краю болота, зачерпнула ладонью немного жижи, понюхала ее и брезгливо вытерла руку о ближайшую корягу.

— Тьфу, гадость какая, — сказала она. — Кислотность повышенная, органика гниет. Тут же картошка не вырастет и огурцы не засолишь. Бесполезное место.

Она посмотрела на Бельфегора так, как смотрят на заросший сорняками огород.

— Слышь ты, барон окаянный. Болото он свое защищает. А знаешь, что я с таким болотом на даче делаю? Осушаю, торфом удобряю, и теплицу ставлю. А из таких вот лентяев, как ты, — она обвела взглядом бастующих, — отличное пугало получается. Чтоб вороны урожай не клевали.

Бельфегор потерял дар речи от такой наглости.

Марго же, напротив, увидела свой шанс. Она не собиралась воевать с этим напыщенным демоном. Она собиралась его обанкротить.

— Хорошо, барон, — сказала она деловым тоном. — Вы считаете мои методы неприемлемыми. Я считаю ваш подход устаревшим и убыточным. Предлагаю решить наш спор цивилизованно.

Она указала на огромное соседнее болото, которое было таким же серым и безжизненным.

— Мы разделим территорию. Вот этот участок, — она очертила рукой в воздухе, — остается под вашим управлением. Работайте по старинке. Медитируйте, погружайтесь, занимайтесь духовной работой, а соседний участок я беру под свой пилотный проект.

Марго обернулась к своей команде.

— Мы организуем здесь образцово-показательный круг уныния 2.0. С нормированным рабочим днем, с оптимизированными потоками скорби, с системой нематериальной демотивации. Через месяц по земному времени — мы сравним показатели. Чей круг будет более рентабельным, тот и получит контракт на полную реновацию всего пятого уровня. А проигравший… — она сделала паузу, — …отправится на очистные работы в круг чревоугодия. Без выходных и отпуска.