Кровавое наследие
Шрифт:
– Красные глаза.
– Я задумался.
– Сердце остановилось... Кажется, всё. Еще я не мог превратиться в волка, хотя хотел быть именно им.
– Это прустит, - с грустью вздохнула Саманта.
– Зря профессор Лейн вывел его физические свойства.
– Роберт Лейн?
– Я удивился.
– Ты его знаешь?
– Он работает здесь, - равнодушно заметила девушка, пожимая плечами.
– Ищет лекарство от ликантропии и вампиризма. Но лекарства нет, - добавила она совсем вяло.
– А он проводит всё новые и новые исследования. Впрочем...
– Она как-то странно на меня посмотрела. Внимательно, задумчиво, изучая. Может, усомнилась и подумала, что панацея всё-таки существует?
– Один знакомый шаман поколдовал, и признаки вампиризма исчезли.
– Я продолжил рассказ - анамнез.
– И всё равно что-то во мне стало не так. Сердце бьется, но неестественно медленно.
Саманта вновь взяла меня за руку, скользнула к запястью и прижала большой палец к неуловимо пульсирующей жилке. Нежно, не как терапевт, считающий сердечный ритм пациента. Меня пронизывало электрическими разрядами, но кровь моя от того быстрее не бежала.
– Нужно обязательно провести ангиопульмонографию.
– Сэм легонько нахмурилась.
– Или даже ангиокардиографию. Да, точно, - согласилась она сама с собой. Я не стал переспрашивать, что она собирается делать. По-прежнему ничего не понимал, а термины оказались для меня непроизносимыми.
– И все эти жуткие ритуалы помогут ответить на главный вопрос?
– шутливо поинтересовался я.
– Почему я появился на свет?
– Нуу...
– Сэм немного замялась. Разумеется, она не была уверена.
– Если сделать МРТ и биохимический анализ крови... Пожалуй, мы многое поймем.
– Это главное, - вздохнул я.
Кажется, Саманта нарочно разговаривала на профессиональном жаргоне - я ничего толком не понимал, и ей было проще. Я полностью и безоговорочно был готов отдаться в ее руки. Она ведь старается ради меня! Разве может быть иначе?
– Могу я узнать, что такое МРТ?
– Стыдно, но я не в силах расшифровать даже несложную аббревиатуру.
– Магнитно-резонансная томография.
– Собираешься копаться в моем мозгу?
– Кажется, в голосе прозвучали испуганные нотки. Хотя вообще-то, я не боялся.
– Нет, - покачала головой девушка, и тут же задумчиво добавила: - Впрочем, это тоже оказалось бы нелишним.
– Когда приступим?
– Я постарался внести в тон больше беззаботности. Я понимал, что процедура мне предстоит не слишком приятная, но перспектива узнать о себе всю правду перекрывала очевидные минусы моего положения. У меня столько вопросов! Неужели они решатся совсем скоро, в этой лаборатории?
Я заметил, как к нам приближается тот старичок, что направил меня в отделение больницы, где работает Саманта. Он снова улыбался, казался добродушным и весьма довольным своей деятельностью. Должно быть, выздоровление пациентов приносило ему искреннюю радость. Хорошо, что есть еще на свете доктора, понимающие и несущие духовное тепло.
– Мистер Содзмен согласен?
– спросил он. От его взгляда, конечно же, не укрылась та нежность, с которой Сэм и я смотрели друг на друга.
– Вы очень любопытный экземпляр.
– Легкая, почти невесомая, ладонь доктора легла мне на плечо.
– Здесь все в курсе моих проблем?
– удивился я, поглядывая то на Сэм, то на старичка.
– Я согласен пройти обследование, ведь оно поможет выяснить, кто я.
– Да, - качнул головой доктор.
– Ваша природа всех интересует. Мы думали, что вас приведет Роберт или его дочь, а тут такое счастливое совпадение! Вы и Саманта оказались прирожденной парой. Жаль, что Белла сбежала, теперь мы не сможем исследовать ее вместе с вами.
– Исследовать?
– недоуменно пробормотал я, машинально хмурясь. Я надеялся, что доктора придают этому слову совершенно иной смысл.
– Исследовать?
– повторил я, глядя на девушку.
– Прости, - одними губами произнесла она. Я резко выдернул руку из пальцев девушки, сжимавших ее. Саманта вздрогнула, словно ее ударили.
– Я должна была сразу всё сказать.
– Так скажи хотя бы сейчас!
– вспылил я.
– Что у вас за исследования?
– Мы изучаем вирус, - робко заговорила девушка, - его влияние на людей, взаимодействие ликантропии и вампиризма. А ты уникальнейшее из созданий, когда-либо появлявшихся на свет. Ты единственный оборотень, которого укусил вампир! Второго такого прецедента не случалось за всю изучаемую историю. А еще мы видели, что сталось с Беллой после укуса. Никто и никогда не видел живых вампиров! Как ты это сделал? Ответ наверняка кроется в твоей крови.
– Так вот, значит, для чего анализы крови и МРТ. Для ответов не на мои, а на ваши вопросы!
– Я стремительно поднялся.
– Профессора собирались резать меня и изучать. Если бы я не был уверен, что ты моя судьба, то решил бы, что всё подстроено!
– Мой тон и взгляд ожесточились, но в глубине души я рыдал как младенец.
– Хорошую же ты уготовила мне роль, Сэм! Я должен был стать подопытным кроликом, лабораторной крысой в вашем отделении эндокринологии. Оказывается, ваш охранник Цербер, пусть и невольно, стремился избавить меня от жалкой участи. Наверное, мне следовало поблагодарить его.
Я не мог больше ничего говорить. Лицо горело, мозг мой вскипал, горло сжималось. Я выскочил из белого помещения, едва не сбив охранника. Я даже не взглянул на опешившего Цербера. Убегая, я не посмотрел на Саманту. Что, если я никогда ее больше не увижу?! Эта страшная мысль посетила меня лишь на пороге больницы. Но даже это не заставило вернуться.
Мне вообще не следовало приходить. Я чувствовал себя так, словно меня все предали. А разве это не так? Разве Лютич - не все?! Почему Сэм сразу не призналась, для чего я нужен ее лаборатории? Девушка говорила так много - о методах изучения вируса, о диагностике. Но о самом главном она поведать не удосужилась. Я нужен был им как опытный образец, уникальный экземпляр. Они не собирались мне помогать. Я брел, не разбирая дороги и думая лишь о коварном обмане Лютича. Превратиться в волка и убежать в лес - единственное, чего я желал в настоящий момент.
Но нет. Я ведь обещал Бекки, что встречу ее в аэропорту. Снова забыл! Теперь, с обреченным шумным вздохом, вспомнил. Я взглянул на часы. Во сколько прилетает самолет? Кажется, в семь. Что ж, хотя время еще есть, прогулку по лесу придется отменить.
Аэропорт О`Хара располагался на краю города, и самый легкий путь туда - на метро. Я направился к ближайшей станции, надеясь, что не перепутаю ветку из-за рассеянности, вызванной вследствие расстройства.
"Синяя", - мысленно повторил я и вдруг замер, как вкопанный. Возле самого турникета. Мне пришлось посторониться, чтобы не задерживать спешащих горожан.
Метро... Засыпая с рассветом, я запоминал какую-то информацию, связанную с подземкой. Я прислушался, ища отголоски Зова или болотный запах. Даже веки чуть прикрыл, чтобы усилить концентрацию. Полнейшая тишина - лишь неугомонный гвалт людских голосов и шагов.
Я достал телефон и нашел номер Веллинга. У меня самого не было времени заниматься поисками, но не поделиться догадкой я не мог.
– Сегодня мы кое-что упустили, - без предисловий начал я, едва Дирк ответил на вызов.
– Мы искали наверху, но не спускались под землю. Я подумал: может, они прячутся в метро?