Чтение онлайн

— То есть, колдун все же исполнил мечту маленького мальчика о богатстве?

— Получается так. Только, я так и не успел им насладиться: сначала бегство и бесконечные игры в прятки, потом попытки хоть что-то понять и наладить в свалившемся на руки бардаке. Ведь прежний хозяин был фанатик своего дела и очень плохой управленец. Большая часть владений была растащена, заложена или просто находилась в упадке. Мне катастрофически не хватало знаний, а еще меня отказывались где-либо принимать из-за слишком быстрого возвышения. У меня было все, кроме толпы предков правильной крови за спиной. От отчаяния, я сам не заметил, как погрузился в прежнее дело хозяина, где раньше лишь помогал ему. Достал все записи, вывез лабораторию. Что-то стало получаться. Потом и вовсе превзошел его.

Тут Аарон как-то замялся и попытался свернуть с неудобной темы.

— Ты сам стал делать … этих кукол?

— Да, — на выдохе произнёс, словно скинул тяжкий груз. Видно было, что в моем присутствии это дело не приносило ему уже столько восторга.

— Понимаешь, это было как наваждение. Ты только решишь пол часика попробовать, добавить новый вкус, а уже не заметил, что ночь, а ты провел больше десяти часов за опытами. Ты, возможно, замечала, что у меня дома нет слуг в привычном понимании.

После моего осторожного кивка он добавил: я так устроил, что всем занимаются они.

«Да, и как я раньше не подумала, что вряд ли он сам бегает с тряпкой по дому или с котелком на кухне. Все делали его куклы. Он задал каждой четкие команды и потом только получал плоды. Ведь, в отличие от людей, они не болели, не забывали указаний и не уставали. Например, Лана, занимавшаяся уборкой и стиркой делала это строго в периоды, когда Аарон находился в своей лаборатории, занятый очередными творениями. Она обходила дом, по нарисованной для нее карте и сверяла, что находится не на своих местах. Также в нужные периоды протирала пыль, мыла полы и другие дела по списку. После завершения работы или если услышит шаги на лестнице уходила в свой шкаф, где ждала следующего дня или щелчка пальцами — знака для особых поручений.

Для покупок и иных дел в городе была Тильда, которая располагала к себе своей добродушной внешностью матроны и умильным, но бойким голосом.

Даже системой его имений управляла кукла — миниатюрный белокурый ангелок с удачным именем Элвин. Это «изобретение» стало настоящей находкой и наконец-то дела лорда пошли в гору. Он мог бы побиться об заклад, что дворецкие на местах вырвали бы себе последние волосы, узнав, что подчиняются девушке. Да не стоило им лицезреть воочию этого дотошного, занудного и абсолютно неподкупного управляющего, который писал им письма, посылал внезапные проверки и пересчитывал финансовые таблицы до последнего пенни.

У него был только один слуга-человек и он же слуга мужского пола — конюх Пол. Его я уже видела пару раз, когда мы прогуливались в экипаже герцога. По словам Аарона, у Пола было два бесценных качества — он был нем и неграмотен. Безукоризненно соблюдал правило никогда не заходить в господский дом, по-своему любил лошадей и стабильно брал отгул раз в месяц (да, именно в такой отгул я застала лорда Дартмута за закапыванием «трупа» моей сестры). Возможно, и он бы не понадобился Аарону, но если его возницей будет девушка — лишнее внимание обеспечено везде и всюду. Делать же кукол-мужчин еще его хозяин считал сродни мужеложеству.

Даа, сколько бы платили другие за таких идеальных слуг…Хорошо, что его не интересовали деньги и он мог, по его словам, поступить по совести — не отнимать работу у тех, кто в ней нуждался — селян и горожан. Или же просто не хотел делиться хотя бы одной из своих творений? Кто знает…»

— Ты, хочешь посмотреть? — как будто даже испугано задал вопрос лорд.

Я не хотела, но чувствовала в этом шаге острую необходимость. В конце концов убедиться, что это все не горячечный бред моего поврежденного рассудка, а такая неудобная и фантастичная правда.

— Хочу, только сначала, последний вопрос — почему ты мне не рассказал о сестре, но, при этом, сам вызвался помогать с поисками? Чтобы я точно не вышла на тебя?

Он как будто замялся, но видимо, приняв решение выложить все козыри на стол, сдался.

— Нет, по поводу раскрытия себя я никогда не волновался, по сути, я не занимаюсь даже ничем противозаконным. Правда и широкой огласки, конечно же, не хочу. Но да я отвлекся. Понимаешь, ты так переживала потерю сестры. Смерть, разлука ведь означает только потерю всего возможного будущего, которое ты представила когда-то. А если бы я рассказал правду, ты бы лишилась еще и прошлого, потому что больше не смогла бы думать о леди Ангелине Чатэм, как о своей сестре. Я ведь прав?

Я промолчала. Во мне боролись противоречивые желания закричать, что это был не повод в открытую лгать мне (точнее, умалчивать), когда я умоляла о правде и молчаливое сожаление о том, что я это узнала. Ведь действительно, до этого я потеряла сестру только для своего будущего, а сейчас воспоминания о ней как будто стали оскверненными. От обоих чувств было неуютно.

Видимо, поняв мое состояние, Аарон решился за меня и щелкнул пальцами. В соседней комнате перестала звучать мелодия и практически бесшумно к нам вышла девушка. У нее были неестественные алые волосы, убранные в пучок, неприлично короткое платье, достигавшее лишь середины бедра и совершенно идеальные черты лица, словно списанные с лучших полотен.

Это была Лана. И ничего не выдавало в ней отличие от людей. Ее движения вовсе не были похожи на рваные махи заведенных механических кукол. Наоборот, ее пластичности и легкости могла бы позавидовать даже самая именитая балерина. Она была молчалива, кротка и невероятно притягательна даже для меня. Становилось очевидно, что создавалась она явно не для уборки помещений. Рядом с ней было не по себе. При этом, она и не казалась идеальной, что единственное могло бы показаться неестественным. У нее можно было разглядеть пару мелких морщинок на лбу, легкую асимметрию глаз и непослушность пары локонов. Именно в этом стала заметна рука не просто мастера, а настоящего маэстро. Выверенная неидеальность — вот описание лорда Аарона Дартмута.

И когда я посмотрела на нее с точки зрения искусства стало гораздо легче. Видимо, даже некоторый восторг осенил мои глаза, что расслабило моего собеседника.

Я понимала, что Лана здесь не одна. И еще, что где-то в этом доме есть самая настоящая мастерская. Но на сегодня сложных впечатлений было достаточно.

Аарон настоял на том, чтобы лично проводить меня домой. Только в момент прощания что-то екнуло в моем сердце, вспыхнув мимолетным желанием оказаться в его объятиях. Они вдруг показались успокоительными, безопасными и тихими. Хотелось спрятаться. Но прятаться я больше не могла. И так слишком много жизни прошло через смотровое окно, со страхом выглянуть даже на улицу.

Прощаясь, в мою руку вложили какую-то потрёпанную записную книжку.

— Я правда искал способ вернуть твою сестру «к жизни». Помнишь, я уезжал на какое-то время из города? Тогда я навестил бывшее поместье хозяина, надеялся найти какие-то не замеченные мной записи про то, как он смог создать растущую куклу. Честно, до появления твоего отца, я и не знал о таком. Мои ммм произведения всегда сохраняли свой возраст. Правда, я и не задавался целью дать им возможность стареть. Как я и предполагал, в свое время я вывез все. Даже перерыв дом вверх дном, простукав в поисках скрытых ниш все от крыши до подвальных помещений, я нашел только это. Дневник. Я так и не смог открыть его дальше первой страницы. Может у тебя хватит духу прочитать и тогда, появятся ответы на вопросы.