Чтение онлайн

— Понравилось? — я повторил её слова, и моя ярость на миг уступила место полному, оглушающему недоумению. — Ты что, меня купить захотела? Забросать подарками, пока я не сдамся? Это что за новый уровень манипуляции?

— Нет, нет! — Мария испуганно залепетала, её руки всё ещё прикрывали грудь, но теперь в её позе читалась не столько стыдливость, сколько отчаянное желание объясниться. — Это не манипуляция! Это… это подарок. Честное слово. Я хотела… — она запнулась, её зелёные глаза метались.

— Нихрена себе подарок, — пробормотал я, но напряжение уже начало спадать, сменяясь странной, тяжёлой усталостью.

Я подошёл ближе, нагнулся и подобрал смятое письмо с пола. Разгладил его на колене, тяжело выдохнув.

— Мария, что это вообще значит? Ты мне письмо слала с угрозами и приказом явиться, а внутри… это? — я ткнул пальцем в строки, где перечислялись владения, титулы, денежные обязательства императорской казны.

Она опустила глаза, её плечи сгорбились.

— Я… я думала о тебе. Сигрид… она мне кое-что сказала. Что твоя семья давит на тебя. Что ты вынужден… рассматривать брак со мной только из-за их влияния и из-за угрозы всё потерять. Что даже дом Дарквудов может отойти ей, а ты… ты останешься ни с чем, если не заключишь выгодный союз. Да, ты должен был стать частью моей семьи по политическим причинам. Но… я подумала, что это нечестно. Унизительно. Для тебя.

Она говорила тихо, почти шёпотом, и в её словах не было ни кокетства, ни расчёта. Только какая-то детская, неуклюжая искренность.

— Потому ты… подарила мне целое поместье, сотню слуг и право основать новую ветвь рода? — спросил я, всё ещё не веря.

— Да, — прошептала она. — Я понимаю, что содержать всё это ты не сможешь. Поэтому… поэтому императорский дом берёт все расходы на себя. Пожизненно. Документы уже готовы, нужно только твоё согласие и подпись. — Она посмотрела на меня, и в её взгляде читалась мольба о понимании. — Прости, я… я просто хотела о тебе позаботиться. Чтобы у тебя был выбор. Настоящий.

У меня в горле встал ком. Не от ярости. От чего-то другого, более сложного и неудобного.

— Нет, — хрипло сказал я, отводя взгляд. — Это я должен извиниться. Я… болван. Ясное дело… что-то я совсем…

Я сделал шаг вперёд и, прежде чем она успела среагировать, наклонился и поцеловал её в щеку. Нежно, почти по-братски. Потом притянул к себе в лёгкое, недолгое объятие, чувствуя, как она вся напряглась, а потом расслабилась, уткнувшись лбом мне в плечо.

— Спасибо, — сказал я честно, отпуская её. — Для меня это… очень ценный подарок. Неожиданный. И очень щедрый.

— Ах… Роберт… — её голос дрогнул.

Она подняла на меня глаза, и они чуть блестели — не от манипуляции, а от явного облегчения и каких-то других, сложных чувств.

— Думаю, мне стоит вернуть твоих служанок, — сказал я, пытаясь вернуть разговору хоть какую-то нормальность. — А то они там, наверное, в обморок падают от волнения.

Мои глаза опустились, чтобы посмотреть на смятое письмо в моей руке, но траектория взгляда прошла ниже. Мария последовала за моим взглядом и увидела свою собственную обнажённую грудь. Она ахнула, резко прикрылась руками и нахмурилась.

— Я — первая леди Империи после моей матери, — прошипела она, но без прежней уверенности. — А ты… ведёшь себя неподобающе!

— Моя леди, — я сделал глубокий, почти театральный поклон, всё ещё сжимая в руке злополучное письмо. — Тысяча извинений. Я удаляюсь.

— Граф Роберт Дарквуд! А ну, не смей так быстро… — её возглас донёсся до меня, но я был уже у двери.

Я вышел, плотно закрыв дверь за собой. В пустом коридоре прислонился к стене, закрыл глаза и выдохнул, чувствуя, как адреналин наконец отступает, оставляя после себя странную смесь стыда, неловкости и… тёплой благодарности. А в голове крутилась одна мысль: «Чёрт. Я совсем её неправильно понял».

За закрытой дверью Мария не сразу двинулась с места. Она стояла, потом медленно подняла руку и прикоснулась пальцами к щеке, где ещё горело от его поцелуя. На её губах, вопреки всем правилам приличия, расцвела медленная, довольная, почти хитрая улыбка.

— Один-один, сучка, — тихо прошептала она в пустоту комнаты, явно имея в виду Лану. Потом повернулась к зеркалу, всё ещё прикрываясь, но уже с совсем другим выражением лица — озорным и решительным.

Она села обратно на стул перед туалетным столиком, подозвала перепуганных служанок, которые тут же вынырнули из соседней комнатки, и уже совсем другим тоном приказала:

— Принесите мне то платье. Вишнёвое. И волосы соберите так, как я показывала вчера. У меня сегодня… важная встреча.

В тот вечер я решил, что лучший способ справиться со всем этим бардаком — это отключиться. Я лег спать раньше всех, почти на закате, укутавшись в одеяло с головой, как будто мог физически отгородиться от грядущего дня, Ланы, Марии, мутировавших тварей и древних пророчеств.

Проснулся я от громкого храпа Громира, который гармонично сливался с более тонким, сопящим звуком из-под одеяла Зигги. Комната была погружена в кромешную тьму, нарушаемую только тусклым синим светом магических часов на стене. Они показывали 00:30.

Я сел на кровати, и мои глаза, привыкнув к темноте, увидели хаос. На полу валялись книги, скомканная одежда, пустые флаконы от зелий (скорее всего, Громира), пергаменты с неудачными чертежами (Зигги) и какие-то непонятные крошки. Воздух пах старым носками и застоявшейся магией.

Хорошо быть графом. Или принцем. Или кто я там теперь. Неплохо было бы завести себе парочку служанок. Тихих, незаметных, которые приходили бы ночью, пока все спят, и наводили тут волшебный порядок. Или хотя бы выкидывали носки Громира в окно.

Мысль о титуле вернула меня к дневным событиям. Я потянулся к тумбочке, где лежала небольшая, но тяжёлая металлическая печать и несколько официально выглядящих пергаментов. Мария сдержала своё негласное обещание — пока все были заняты «гонкой», её люди тихо оформили документы. Я больше не Роберт фон Дарквуд, отщепенец нищего дома. Теперь я был владельцем небольшого, но стратегически важного поместья на границе с землями Эклипсов. И титулом графа. Мария, со свойственной ей императорской эффективностью, сохранила его за мной, видимо, считая это хорошим ходом в той же «гонке». А фамилию… фамилию я выбрал сам. Не хотел больше ассоциаций с Дарквудами, их равнодушием и тайнами. Нужно было что-то новое. Сильное. Звучащее.

Я взял печать, ощутив прохладу металла, и тихо, чтобы не разбудить соседей, произнёс в темноту:

— Граф Роберт Арканакс. Первый дома Арканакс.

Звучало… солидно. Чуждо. Как будто я говорил о ком-то другом. Но это был я. Новый я. По крайней мере, на бумаге.

И тут невольно всплыл образ Марии. Не той, что мяукала в коридоре, а той, что сидела полуголая, пытаясь оправдаться за свои действия. Она даже очень красивая. И, если отбросить всю эту императорскую спесь и нелепые соревнования… в ней есть что-то милое. Хрупкое. Я резко тряхнул головой, отгоняя эти мысли. Не туда, Роберт. Совсем не туда. Это ловушка. Одна из многих.