Чтение онлайн

– - Золото?
– - ей хотелось, чтобы он подольше стоял вот так близко. Сердце ее глухо билось в груди. Ей хотелось чего-то, чего она не могла выразить.

– - Да… А фиалковый корень считается важной частью приворотных зелий… Колдуны часто используют его, чтобы … приворожить прекрасных девушек… Хотите попробовать?

А он и правда словно привораживал ее своими речами и прикосновениями. Фалина почувствовала, что ноги слабеют, и голова начинает кружиться. Впрочем, как всегда, когда он рядом.

Мужчина достал из небольшой стеклянной бутылочки аппетитную пилюльку, покрытую золотистой пыльцой.

Девушка послушно приоткрыла губки, слегка запрокидывая голову, и от ее покорности внутри него что-то сжалось в сладком предвкушении. Он невольно уставился на приоткрытый влажный рот. Вложил в него освежающую пилюлю, а Фалина в этот момент зачем-то тронула языком его пальцы. Неосознанно или намеренно?

Лестер с интересом взглянул в ее глаза. Чистые. То ли голубые, то ли зеленоватые, смотрящие на него открыто и доверчиво.

Конечно неосознанно! Фалина не умела играть во все эти игры.

А девушка, покатав во рту конфетку, ощутила терпкий пряный вкус пыльцы.

– - Это фиалковый корень? – прошептала она.

– - Нет. Это корица. Я же не колдун, -- он опустил глаза и немного отошел от нее.

– - Нужно скатать шарики из полученных кусочков теста при помощи кругляка. Попробуйте, у вас такие тоненькие пальчики. Они просто созданы катать пилюли.

Она уселась в кресло и стала сосредоточенно катать пилюли. Девушка не умела пользоваться стеком, брала кусочки руками. Катала кругляком, затем окунула в золотистую пыль, пахнущую жарким летним днём и солнцем.

Кончики ее пальцев, испачканные мятным тестом, тут же позолотились. Машинально убрала со щеки светлую прядку, и слегка попачкала посыпкой щеку.

Он наблюдал за ней внимательно, и вдруг развернул вместе с креслом к себе лицом.

– - Вы испачкали пальцы.

– - У вас ест платок?
– - она подняла на него свои невозможные голубые глаза.

Ее доверчивость и наивность рождала в нем странные чувства.

Он улыбнулся, взял ее ручку и поднес к губам. А потом собрал губами с ее пальцев всю пыльцу и остатки мятного теста.

– - Теперь у нас во рту одинаковый вкус. Мята и корица. Вам нравится?

Девушка отвела глаза. Она даже не знала, как назвать то, что он сделал. И ведь это даже не поцелуй. Гораздо чувственный и смелее. Каждый ее пальчик побывал у него во рту… Боги, нельзя об этом думать!

Но Фалина помимо воли уставилась на его губы, не в силах отвести глаз. Память моментально вернула ей все, что он делал с ней прошлой ночью. А маленькая пилюля таяла мятной лужицей на ее языке.

Он всегда делал какие-то невозможные вещи. Заставлял гореть и трепетать своими взглядами, словами, прикосновениям, поступками. Самое ужасное, что ей это нравилось. Как там говорила Вайолет? «Когда ты распробуешь своего мужчину, страх уйдет, и ты будешь хотеть его снова и снова». И зачем только она вспомнила об этом сейчас?!

А муж смотрел на нее и понимал, насколько она зависима от него. Во всем. Ее бедное сердечко у него в руках. Будет ли он добр к ней, будет баловать и заботиться или забудет о ее существовании, углубившись в свои дела и работу.

Сколько нелюбимых жён становятся лишь тенью рядом с мужем, постепенно теряя красоту и надежду. Вот сейчас она смотрит на него такими глазами, Боги! В них будто отразилось голубовато-зеленое небо его родины. Но только от него зависит, какой рядом с ним будет ее жизнь.

Ощущение хрупкости ее счастья, ее зависимости от него было таким острым, таким ощутимым. Оно волновало, кружило голову и возбуждало, рождая темные желания.

Лестер прикрыл глаза и опустился на колени у ее ног. Именно у ЕЕ ног. Его ладонь поймала под юбками тонкую лодыжку, туго затянутую в белый шелковый чулок, и легонько сжала, поглаживая большим пальцем выступающую косточку.

Дыхание ее участилось, и он заметил это.

У Лестера даже губы пересохли.

"Я ведь не влюблен, что со мной?" -- вопрошал он себя, лихорадочно пытаясь вспомнить, запер ли он дверь.

Но руки уже сами скользили по гладким чулкам, гладя стройные женские ножки.

"Видимо ноги -- мой фетиш," -- отметил он краем сознания, вжимаясь губами в узкую полоску кожи между чулками и панталонами, вдыхая соблазнительный запах женского тела. Его заводило ощущение ее слабости и беззащитности. А ее покорность буквально сводила с ума.

Он потянули ее юбки вверх, открывая белоснежные панталоны с традиционно незашитым средним швом, сквозь который проглядывало абсолютно гладенькое белое нежное тело.

Лестер хищно улыбнулся, поднялся и навис нал девушкой, упираясь ладонями в подлокотники кресла. Приблизив губы к ее губам, он потребовал:

– - У вас во рту пилюля. Дайте мне ее...
– - и он прижался губами к ее губам.

Ее глаза расширились. Что значит "дайте?" А он мягко потянул пальцами ее подбородок вниз и коснулся языком ее губ, раздвигая их и без сопротивления проникая в ее рот.

Глаза девушки заволокло туманом, и она легонько протолкнула пилюльку в его рот.

Она не помнила сколько длился этот поцелуй. Фалина потеряла счёт времени и выпала из реальности.

У Лестера самого кружилась голова. Чувственная игра увлекла его, и он уже не мог и не хотел остановиться. Опустил руку, и его пальцы скользнули в незашитую щель на ее панталонах.

Ее глаза распахнулись, а дыхание перехватило.

А он прижал лицо к ее лицу, тяжело дыша и лаская ее там так откровенно, что она чуть не лишилась чувств. Но постепенно низ ее живота стал наливаться тяжестью и томлением, тепло разлилось по бедрам, а пальцы на ногах сами собой поджались. Она вцепилась пальцами в его плечи, словно падала куда-то.

Тут Лестер подхватил ее на руки, отпихнул ногой кресло и усадил жену на стол, грубо сдвигая все, что там стояло. Пилюльная машина упала, глухо стукнув о ковер.

Фалина только умоляюще шептала что-то невнятное, просила пощадить ее, заливалась краской и страшилась призывать на помощь Богов в такой интимный момент.

Он крепко держал одной рукой ее за шею, вжимаясь губами в ее рот, а другой вытворял самые бесстыдные вещи под юбками.

Ее ноги горели, низ живота полыхал огнем, ее разрывало желание.