Чтение онлайн

— Хозяйка твоя заболела, поэтому пришел я, да вот еще привел с тобой познакомиться кое-кого. Ты ведь не против?

— Тихомиров!

— Тише!

София, почти не дыша, смотрела на Избушку, которая медленно подошла ближе и немного согнула курьи лапы, чтобы лучше их видеть. От страха девочка вцепилась в локоть Женьки, прячась за его спину, а он и не пытался вырвать из ее хватки свою руку. Напряженно выжидал. Избушка казалась ему диким животным, однако, если грамотно ее приручить, то можно было получить в ответ преданность и доброту. Главное — не делать лишних движений и не говорить ничего, что могло бы ее обидеть.

— Продолжим наши тренировки? Ты как? Хочешь побегать?

Наконец эти слова возымели эффект, и Избушка даже подскочила от радости, а из ее печной трубы повалил дым.

— Ну вот, теперь я узнаю тебя, Рябушка! Вот это ты молодец! — он говорил с ней немного мягче, чем требовалось, но ему следовало подстраховаться. Избушка не всегда и Мирославу слушалась, а у него в одиночку было мало шансов остановить внезапно начавшиеся капризы заколдованного домика. — Онисим где? Спит? Или в лесу пропадает?

Та в ответ пыхнула дымом и задрала лапу, когтем указав направление на северо-запад.

— Понял. И чего ему не спится как положено?

— Какой еще Онисим? — прошептала София, выглядывая из-за его плеча.

— Местный леший.

— Леший?! А почему он не в спячке?

— Потому что несет службу Хозяйке Подгорья, это обязывает его жить по-иному.

— Ого!

— Так… — Женька повернулся к Софии, непривычно испуганной. Ее зеленые глаза была широко распахнуты, а ресницы покрыты инеем. — Замерзла?

— Н-нет…

— Придется тебе посидеть здесь. Внутрь нельзя, иначе там тебя чем-нибудь пришибет, пока она будет бегать.

— Бегать?!

— Да. Хм…

Женька оглянулся на Избушку и задумчиво облизал губы, забыв, что на морозе лучше этого не делать.

— Я сейчас! Подожди!

Минута, и он одолжил у Онисима дров из поленницы, соорудив костер. Щелкнул пальцами, и те загорелись от одной искры. Покрыв широкий поваленный ствол дерева ковровой дорожкой, снял с себя тулуп и потащил упирающуюся Софию за собой, усаживая. Пара движений, и вот в его руках уже термос с горячим чаем.

— Ты с сахаром любишь или без?

— Без!

— Тогда отлично, я как раз не сыпал.

— Стой… — она снова схватила его за руку в районе предплечья. Он стоял перед ней в спортивной флисовой кофте, шапке и перчатках. Ей было холодно от одного только взгляда на него. — Ты не замерзнешь?

— Главное, чтобы ты не замерзла. Я ведь буду двигаться, а ты сидеть. Не скидывай с себя тулуп, поняла? И подкидывай дрова в костер, чтобы не погас.

— Х-хорошо, — кивнула ошарашенная София, у которой даже не возникло желания как обычно поспорить. Она испуганно смотрела на Тихомирова, который еще раз оглядел ее устроенное место стоянки. Удовлетворенно кивнул сам себе и развернулся к Избушке. Та уже стояла наготове, словно бык на родео. Девочка, присев на ствол поверх накидки, укрыла переставшие слушаться ноги Женькиным тулупом, с ужасом во взгляде подставляя замерзшие ступни к костерку. Ее пробирала нервная дрожь при виде живого огня, но холод и шанс получить обморожение оказались сильнее.

Следующий час она наблюдала, как Тихомиров, отойдя от нее самой на значительное расстояние, вдруг исчез, когда в его руке оказался посох. Он разрезал им воздух и шагнул в пространственный портал. Избушка заозиралась, мечась на месте, а когда Женька появился на другой стороне поляны, рванула к нему. Он тоже бежал, петляя и меняя траекторию, и в какой-то момент, который показался ему подходящим, снова исчез. Так повторялось несколько десятков раз, пока Избушка совсем не выдохлась. Она громко кудахтала и скрипела бревнами, но было видно: ей нравилось подобное развлечение.

София об этих артефактах знала мало. Лишь обобщенную информацию: в настоящее время сохранилось несколько десятков похожих экземпляров, хотя раньше каждая уважающая себя лесная ведьма жила именно в таком домике. Тут девочка задумалась: если это Избушка Мирославы, то от кого она ей досталась? И почему эта Избушка оказалась в Подгорье? Неужели кто-то из родни Морозовой оставил здесь свой артефакт? И зачем?

Попивая горячий чай из кружки, к которой прилипали на морозы губы, грела об нее пальцы. Немногим позже Женька, набегавшись, взобрался на крышу Избушки и сел на нее, будто в седло лошади, держась за флюгер в виде петуха. Он что-то сказал ей, указав направление, и та побежала. София вскочила на ноги, не веря своим глазам. И как ему не больно так сидеть?! И как вообще додумался до того, чтобы оседлать избу?!

Женька катался на Избушке, крепко цепляясь за укрепленный флюгер, пытаясь наладить связь с артефактом через простые команды. Это было далеко не первое их занятие, и по-началу к ней, дикарке, нельзя было даже приблизиться. Он и Мирослава пытались взобраться на крышу с помощью магии воздуха и левитации, даже подставляли лестницу, но та не давалась и даже брыкалась. В итоге занятии на пятом Тихомиров смог залезть на нее в то время, когда подруга отвлекала. А когда Избушка поняла, что ее обманули, и на крыше кто-то сидит, то взбеленилась и носилась по поляне так, что Женька думал: точно расшибется! Ему пришлось прыгать вниз прямо на ходу, а когда он оказался на земле, сгруппировавшись в прыжке, Избушка убежала в лес. После этого Тихомирову пришлось обратиться к медзнахарям, поскольку в голеностопе оказалась трещина. Но уже на следующем занятии она, видимо, поняв, что ей это интересно, кое-как, но разрешила прикрепить к крыше обычное седло для удобства наездника. Однако Рябушка совершенно не слушалась, хаотично бегая то туда, то сюда. Бегать приходилось Мирославе, маглокация у которой еще не получалась. Зато пригодился ее ковер! Девочка летала на нем, Избушка догоняла, а Женька пытался привыкнуть сидеть на крыше в седле. Ну небывалая картина! Но очень веселая!

И вот совсем недавно Женьке удалось добиться того, чтобы Избушка стала бегать туда, куда надо именно ему. Он вертел флюгер, клювом петуха указывая направление, и та мчалась туда со всех своих длинных лап. Все ничего, если бы не одно но — мороз, хоть и был не сильный, а парень успел разогреться, все же заставлял неприятно ежиться. Запоздало подумал о том, что надо было накинуть сверху меховую жилетку, и кинул взгляд туда, где его ждала София. Парня охватывало странное недоумение каждый раз, когда мысли раз за разом возвращались к ней, а взгляд то и дело возвращался к костру.

Он встречался с ней взглядами, думая о том, что не рассчитывал на ее компанию сегодня. Как обычно ожидал стандартного сценария: он и Мирослава идут в лес, занимаются с избой и потом пьют чай, иногда с Онисимом, если тот возвращался из лесу до того, как они уйдут. Сегодня он все же пришел с девушкой, но с совершенно не той. Не с задорной и широко улыбающейся, такой знакомой и родной, озаряющей все вокруг переливами небесного огня в глазах. А с той, которую почти не знал. С той, которая смотрела на мир с презрением в зеленых глазах с неясной поволокой и ведьмовской дымкой, заслоняющей ее внутренний мир от всего, что окружало извне. Закрытая и капризная, гордо задирающая подбородок и поджимающая губы — такой она ему казалась. Женька умел различать красоту, и ее природная притягательность, зримая глазу, была ему понятна. Сложно не оценить внешние данные, когда они приходились по вкусу. Что-то в ней его цепляло помимо этого, но времени на то, чтобы разгадывать ее загадки, у него не было. К тому же он умел не лезть на чужую территорию. Помнил, что между ней и Полоцким что-то происходит, и ему не было до этого дела. Еще не хватало вляпаться в имперские интрижки. Нет, у него впереди еще три испытания и поступление в Ратибор. При любом раскладе: победит ли его команда или нет. Другого пути у него не имелось.

Когда взгляд снова скользнул туда, где весело горел огонь костра, Женька не сразу понял, что там что-то не так. Избушка побежала туда, куда он повернул флюгер, и он оказался спиной к Софии. Однако тут же развернул избу обратно, и у него ухнуло вниз сердце, а по телу прокатился холодный пот.

Огонь, почуяв добычу, облизнулся и погладил близко приставленные к нему ноги в валешах. Не удержавшись, попробовал на вкус, и теперь те вспыхнули, словно сухая трава. Огонь тут же взметнулся вверх по накинутому сверху тулупу, но София почему-то не реагировала, будто ждала, когда он доползет до лица, или будто вовсе оцепенела. Женька, мотнув головой, кое-как повернул флюгер в ту сторону, закричав: