Чтение онлайн

У участников Морной сечи, коих было всего пять: один вратник и четыре клеврета, от усталости уже стали появляться синяки под глазами. Спасали восстановительные снадобья, которыми их поили медзнахари, чтобы те не потратили все силы. Помимо уроков и разного рода дополнительных занятий, у них продолжались тренировки по Ратной магии, где Воевода выбивал из них весь дух. В какой-то момент даже натренированный Женька подумал, что не выдержит такой нагрузки.

К тому же их нервировало ожидание третьего испытания. Они не могли расслабиться и полноценно восстановиться, поскольку каждый день ждали, что их могут в срочном порядке отправить в Навь. Напряжение в команде росло. Они слишком много проводили времени вместе на тренировках и дополнительных занятиях, поэтому в последнее время старались минимизировать личное общение друг с другом. Пока вся школа жила обычной жизнью, участвуя в магических обрядовых практиках, они лишь присутствовали рядом со своими одногруппниками, превратившись в уставшие и хмурые тени.

В последний день Велесовых святок, именуемым Велесовым днем, первая группа яриловцев сидела на уроке Зельеделия и отвароведения, втянув головы в плечи.

— Я не понимаю, что происходит! — вздохнула Ягишна Виевна, сейчас выглядевшая как молодая девушка. Она, черноволосая и похожая на цыганку, стояла у своего стола с повязанным на талии цветастым платком и держала в руках кипу листков. Взгляд ее, как всегда проницательный, строго оглядывал класс. — Вот скажите мне, милы други, я с вами на каком языке говорю?

Мирослава, уже предчувствуя, что завалила контрольную, которую они писали на прошлой неделе, лишь вздохнула. Сидящий рядом Яромир крутил в руках ручку и выглядел безучастным, будто его все это не касалось, и девочка завидовала его хладнокровию.

— На русском… — неуверенно ответила преподавательнице Лиза Полесько. Сидящая рядом с ней Настя Русак опасливо покосилась на Ягишну Виевну, которая громко цокнула языком.

— Слава Велесу! А я уж думала, что случайно переключилась на птичий язык, и вы, бедненькие мои, просто меня не поняли!

— А что, там все совсем плохо? — Влас Кочубей с ужасом ждал озвучивания оценок. Он не был силен в Зельеделии, а очередная двойка могла испортить средний балл. А вот это уже было проблемой!

— Все просто ужасно! — гаркнула Ягишна Виевна, потрясая листками. Губы ее были поджаты до побеления. — У меня глаза на лоб лезли, когда я читала вашу писанину! А уж от некоторых зелий вовсе дар речи потеряла! Второй курс! Скоро третий, а вы допускаете такие элементарные ошибки!

— Не тяните, мы и так уже присмерти, — хохотнул Никита, который за свои оценки сильно не переживал, да и отношения с Ягой у него были более-менее нормальные. Та смерила его уставшим взглядом и кинула листы в воздух. Те были подхвачены магией и разложены ею по партам.

— Присмерти была я, Вершинин! Смотрим оценки и ошибки! — она обошла свой большой стол, заставленный ступами, котелками, травами и разделочными досками. — Лютень для аспидов тяжелый месяц! И что мы имеем? Больных аспидов и всего лишь парочку годных зелий для поднятия их иммунитета!

Яромир взял свою контрольную длинными пальцами и с удивлением увидел оценку “пять/три” за письменную и практическую работу. Зелье, о котором говорила Яга, с первого взгляда было простым и состояло всего из четырех ингредиентов: пучок трын-травы, три кувшина медовой воды с каплей пчелиного яда и тщательно перетертый мухомор, срезанный на заре растущей луны. Только варится это зелье целых полторы недели, а его составляющие добавляются по очереди три раза подряд. Главное не перепутать и не снимать с огня, не допуская выпаривания медовой воды. Сложно, долго и нудно. Но эффект и, правда, есть: всего полстакана драконьего зелья в день, и аспиды к весне становятся более активными, нежели зимой.

Недавнее полнолуние, пришедшее на позавчера, перевернуло его жизнь с ног на голову и удивительно взбодрило. Восстановление прошло быстрее, и кости уже перестало ломить. Синяки под глазами перестали быть такими темными, а аппетит вернулся. Той ночью он впервые подключил второй перстень, никому об этом не говоря. Хотел сделать все сам, не давая друзьям ложную надежду. И так боялся, что ничего не выйдет. Конечно, похвастаться сильно было нечем — сколько бы не пытался, не получалось обратиться в волка без привязки к полнолунию. Перстень деда, который теперь был его, надевал только для личных тренировок, прячась от чужих глаз. Чтобы никто не видел его собственные — те горели желтым пламенем, будто прожекторы. Обращение в полнолуние прошло куда легче, чем случалось в те прошлые сотни раз, а еще после возвращения в человеческий облик ему удалось многое вспомнить из прошедшей ночи. Настроение парня к удивлению друзей было приподнятым, и подозрительная Мирослава пошутила, что Велесовы святки, еще именуемые волчьими свадьбами, слишком активно влияют на гормоны их волколака.

— Ну что у тебя там?

— А? — Мирослава посмотрела на друга, вырвавшись из задумчивого разглядывания своей контрольной.

— Как успехи?

— Сам посмотри.

Она протянула ему листок, сложив руки на груди. Яромир фыркнул, когда увидел оценку, написанную красными чернилами.

— Это твоя первая пятерка?

— Да что от нее толку! За практику-то двойка!

— Мы же вместе готовили. Почему у тебя два балла?

— А у тебя что? — Мирослава взяла в руки его контрольную, исписанную косым каллиграфическим почерком и недовольно уставилась на друга. — Пять/три?!

— Так и я о том. Хотя рассчитывал на пять/пять.

— В следующий раз я разделю вашу оценку ровно наполовину и округлю до меньшего значения! — Ягишна Виевна, незаметно подошедшая к их парте, постучала пальцем с длинным ногтем по столешнице, привлекая их внимание. — Это самостоятельная работа! От слова “сам”!

— Да какая разница! Главное ведь результат! — Мирослава негодующе уставилась на учителя, не понимая сути претензий. Она даже встала. Класс, обсуждающий свои оценки и ошибки, притих и повернул головы в сторону очередного скандала.

— Большая, Морозова. Я не могу оценивать знания, когда ваши работы как сиамские близнецы! И это касается всех здесь присутствующих! У каждого своя ступа, свой нож и мозги! Если я захочу проверить ваш групповой интеллект, я просто загляну в журнал и посмотрю на средний балл! И он неутешительный!

— Но так нечестно!

— Откуда я могу знать, что Полоцкий не поделился с тобой своим зельем?

— Ниоткуда. Но…

— Тогда сядь, Морозова.

— Но ведь зелье было сварено правильно!

— Откуда вам это знать?! Вы его пили?!

— Мы… — Мирослава замялась, и взгляд ее остановился на Яромире. Тот смотрел на нее в ответ, расслабленно крутя в пальцах ручку. На самом деле Яга была права. Они разделили одно зелье на двоих, поскольку зелье Мирославы, договорившись с Иваном Андреевичем Васнецовым, их тренером по “шабашу”, они споили их аспиду Есаулу, подлив в воду, поскольку от еды тот отказывался. Уже на следующий день аспид встал из своего гнезда и даже поел, а зверомаги, которые работали в заповеднике, позже рассказали об этом девочке.

— Ну? Твое это зелье?

— Нет.

— Поэтому и два, Морозова! А Полоцкому три, чтобы было неповадно делиться своим трудом!

— Да мне не жалко, — пожал плечами Яромир и тут же пригнулся, когда Яга хлопнула его ладошкой по затылку. К девочкам она подобного не проявляла, но парням порой раздавала знатные оплеухи.

— Медвежья услуга!

— Он у нас волколак, а не берендей! — весело сказал Никита, сидевший за партой спереди и повернувшийся к их парте. Сам он получил “четыре/четыре”, чему был очень рад.