Чтение онлайн

Понятно, что Юстафия не особенно нуждалась в его помощи, но было любопытно за ней наблюдать. И раньше, и сейчас — особенно. Увлечённая игрой, она заметно расслабилась, ожила и стала выглядеть куда больше на свой возраст, чем всё время до. Приятно, а то Вейлен уже устал бороться с какими-то глупыми детскими рефлексами, которые подначивали сделать «строгой учителке» какую-нибудь мелкую гадость.

А ещё — и это были какие-то новые, незнакомые рефлексы, — искренне хотелось проследить, чтобы Грач питалась не одними сигаретами.

Он с каждым часом всё лучше понимал и жарче одобрял того начальника, который этаким хитрым способом отправил подчинённую отдыхать. Отдых не задался, но попытка стоила уважения. С прошлого их знакомства Грач здорово похудела, это не чёрная форма создавала эффект, и случилось это не в глупой гонке за модой или ради странных представлений о красоте, худоба была откровенно болезненной. Потому что курит как паровоз и сидит в рабочей норе, отчего и бледно-зелёная. И ладно бы только это, но ведь нервы ещё...

Не походила Грач на трусиху и человека, который, как говорили, пороха не нюхал. Он же видел, как она обращается с оружием, да и в остальном, даже несмотря на упоминание высокопоставленного папаши, было очевидно, что чин Юстафия заслужила честно. Но трудно не заметить, насколько она не в форме. От малейшего резкого движения шарахается, причём не только в тёмном страшном особняке с дурной славой, она и по дороге на гору по сторонам зыркала, как будто в разведке. А уж как у неё пистолет в руках плясал в Доме-на-Горе — и смешно, и грустно. Побила бы рекорд, если бы в упор промазала, а ведь могла.

Правда, от нервов она его и пристрелить могла, но об этом Подорожник не задумывался — ни тогда, ни сейчас. Не пристрелила же.

В общем, как её, такую дёрганную, одну оставить? Убьётся же на вверенном участке, на ровном месте, а ему с Инквизицией проблемы не нужны. Доказывай потом, что ты не медуза.

Зато когда она улыбается, выглядит это… Хорошо выглядит, в общем.

Юстафия, не обращая внимания на добровольного сопровождающего, бильярдом увлеклась всерьёз. Стол и правда был приличный, хотя и с потёртым сукном. Зато кий ей достался неплохой — редкая удача. В их отделении Инквизиции с инструментом дело обстояло туго, пока пару лет назад отец не подарил ей собственный кий на день рождения, то-то радости было! Полные штаны, как он смеялся.

Дома играли на спички — за другой «интерес» могли и взыскание повесить. Но завели особенные, чтобы честно выходило. Кто-то где-то разжился парой коробок красивых длинных каминных спичек с зелёными головками, вот они и ходили по рукам.

Здесь играть с инквизитором на деньги тоже никто не осмелился, хотя между собой ставили. Договорились в итоге играть на мелочь, чтобы не вовсе уж впустую.

— Слушай, товарищ инквизитор, ты вообще нормально бить пробовала? — с восхищённым возмущением спросил Клуп Овёс, столяр и один из местных «профи». — Научи так ловко винтить!

— Многие часы практики, — охотно отозвалась она. — С нашими стариками свяжешься — или финтить научишься, или будешь вечно в проигравших.

— Не, с такими закалёнными играть — я пас, — без обиды заявил он. — Хорошо, на деньги играть не стали! Вернулся бы без портков, жена бы точно выгнала взашей!

— А я говорил, что ты играть не умеешь, — со смешком вставил незаметно присоединившийся мужчина.

Вот тут Юта сразу собралась и сделала стойку: игрой заинтересовался заглянувший на огонёк архитектор Плекан Кувшинка. Коллеги в Поречном подтвердили его благонадёжность, но предупредили, что всяческие правопорядочные органы недолюбливает, полагая пережитком старых времён. Эта самая нелюбовь выходила ему порой боком, и знали его в органах именно из-за этого: имелась пара приводов по мелочам. Наверное, будь Кувшинка специалистом похуже или занимай должность попрестижнее, его бы подвинули, но в Песчаном конкурентов у архитектора не водилось, а местная администрация закрывала глаза на мелкие недостатки. Особенности маленького города: все свои.

Зато резок, прямолинеен и взглядов своих никогда не скрывал, за ним наблюдали пристально и ничего сверх уже известного не находили. Лучше известные мелкие огрехи, чем глубоко закопанный огромный скелет. Оставалось найти подход.

— Да ты сам-то глянь, какими трюками товарищ инквизитор кладёт — любо-дорого глянуть!

— Ну глянем, — снисходительно согласился он и забрал у Овса кий.

— Вам, может, фору в пару шаров дать? — поддела Юстафия приторным тоном.

— Себе оставьте! — Предложение его явно задело. На что и был расчёт.

Кувшинка оказался толковым игроком и на удивление очень азартным, так что игра вышла жаркой. Первую партию, к своему изумлению, архитектор слил почти всухую, и предложенная фора бы не спасла. Тут он собрался, сообразил, что противник хорош, и в следующий раз, снова отказавшись от форы, отстал на четыре шара. Третья партия ситуацию не спасла.

— Ну, товарищ инквизитор, признаю своё полное и безоговорочное поражение! — к вящему удовольствию зрителей заявил наконец Кувшинка. К счастью, оказался он человеком не обидчивым и способным признать слабость. — Эк вы тех зайцев от борта ловко, высший класс!

Посыпались довольные шутки про то, что наконец-то ему пообломали ветки: видно, что самоуверенность и заносчивость архитектора местным завсегдатаям давно надоела. Так что неожиданно для себя Грач не только подняла личный авторитет в глазах нужного специалиста, но и горожан порадовала.

— У меня были отличные учителя, — заверила Юстафия.

— Позвольте мне вас пивом угостить в благодарность за хороший урок. Отличный щелчок по носу, чтобы не расслаблялся, — предложил он.

Это было даже лучше, чем Грач могла рассчитывать, так что согласилась без колебаний.

Некоторое время они поговорили о бильярде и тонкостях разных сложных ударов, Юстафия поделилась — в теории — некоторыми приёмами, а когда тема близилась к исчерпанию, рискнула перейти к делу.

— Скажите, Плекан, можно ли попросить вас о небольшой профессиональной консультации?

— Теряюсь в догадках, чем бы мог помочь, но слушаю, — миролюбиво разрешил он.

— Надеюсь, вы не запишете меня сразу во враги народа, но интересует «Сорочье гнездо».

— Ах вон для чего вы приехали! — с непонятным выражением протянул он. — Что, Инквизиция пытается раскрыть древние тайные страшного колдуна Сороки?

— Да лес с вами, какие тайны, — отмахнулась она. — Люди пропадают, другие люди жалуются. Хочется уже раз и навсегда решить проблему.

— Неужто птице есть дело до травы под ногами? — припечатал он одним из лозунгов времён Столпорушения.

— Я образованный человек, Плекан, и прекрасно знаю, что без травы под ногами не будет неба над головой, — иронично отозвалась она продолжением присказки. — Ни я, ни моя семья никогда не лезли в политику, отец ловит убийц, а мама — ткачиха на фабрике. И фамилия у неё девичья — Вереск.