Чтение онлайн

– Смерти?! – Коля уставился на тетю Милу, - Вы хотите сказать, что он умер?

– Больше ста лет назад! – с презрением ухмыльнулась женщина, - Так, значит, вечером зайдёшь?

Не отводя потухшего взгляда от полотна, Коля кивнул. С одной стороны, радовало, что поездка в Швейцарию отменяется, а с другой... тупик...

...

Светофор для водителей как раз сменился на зелёный, когда Жарков заметил в потоке знакомую машину и, не раздумывая, бросился на проезжую часть. Завизжали тормоза, в открытые окна понеслись проклятия, кто-то обозвал Кольку «кривомордой пьянью», но он едва ли обратил на это внимание и распластался, как летучая мышь, на капоте. Водитель атакованного такси протяжно посигналил, с возмущённым недоумением вскинул над рулём руки, потом пригляделся к нарушителю и... узнал.

– Ты дурной совсем?! – крикнул он, навалился на пассажирское сидение и приоткрыл дверь, - Садись быстро, пока нас обоих не повязали!

Колька сполз с капота и торопливо забрался в салон.

– Чего тебе? – спросил водитель, выкручивая руль, - У меня вызов.

– Я с тобой прокачусь, - задыхаясь, пропыхтел Коля, - Мне только спросить...

– Так спрашивай быстрее!

– Очень нужен адрес того... ну, того мужика, с которым ты нас тогда подвозил... Ивана!

– Думаешь, я всех вас помню? – Он помолчал, соображая, потом кинул быстрый взгляд на пассажира, - В Глазуново отвозил, а вот адрес... Стой, так я его до дома не довёз, у сельпо высадил.

– А название сельпо? – Коля с пытливой надеждой всматривался в лицо таксиста.

– Вот этого точно не помню... Кажется, он там вообще один на район... А что стряслось-то? Трубы горят?

– И ещё... где ты нас забирал?... Ну, где нас погрузили к тебе?... В аэропорту?

Водила назвал адрес, и Колька на несколько секунд впал в ступор... Всё верно. Именно из той избы и началось его путешествие... Он-то всё это время себя убеждал, что гибкая кишка-тоннель, напоминающая самолетный эвакуационный рукав, ему привиделась, как и мать, а на самом деле, его в той лачуге накачали наркотой, погрузили и увезли куда-то на берег океана...

– Вывели вас под белы рученьки двое бугаев, - он поглядел на Кольку с интересом, - А что? Обокрали?

– Та не..., - Колька скривился и слизнул капельку пота с верхней губы, - Наоборот...

Водитель зарулил в какую-то подворотню, остановился и с легкими извиняющимися нотками потребовал:

– Вылезай. Клиент в соседнем дворе... Но..., - он порылся в бардачке и достал самопальную «визитку» - имя Матвей и номер телефона на квадратной картонке, - Возьми. Это для ВИПов – так сказать, в обход конторы...

Он смутился.

– Спасибо..., - Коля тоже смутился.

– Я вроде как в долгу у тебя. Тот заказ меня здорово выручил... Если понадобится машина, просто позвони... договоримся за недорого... И я умею молчать, - Матвей помедлил и добавил, - Мне кажется, это может тебе пригодиться.

Коля вышел из прохладной внутренности такси обратно в знойный июньский полдень и огляделся, соображая, куда его занесло. Заметил в тенёчке укромную лавку, на которой молодая мамаша дремала над книжкой, покачивая ногой коляску, и неуверенно пристроился с краю, готовый уйти в ту же секунду, как поймёт, что соседство замызганного алкаша женщине неприятно. Но девушка лишь мельком вскинула на него глаза и даже коротко улыбнулась.

Коля все никак не мог ни привыкнуть, ни поверить, что излечился, и больше не вызывает законного отвращения у обывателей. Нет, ему были известны примеры счастливых исцелений, но им всегда предшествовали годы скитаний по больницам и реабилитационным центрам. И лично он не знал ни одного исцелившегося алкаша, который бы втихаря не грезил о бутылке.

А Коля не грезил. Более того, мысль об алкоголе не внушала даже отвращения. Разве что лёгкое небрежение. И добился он этого за какой-то месяц. Впрочем, и добиваться не пришлось... Просто - как отрезало.

Немного переведя дух, он сунул потрёпанную визитку в карман и, достав смартфон, полез в гугл-карты, а через десять минут уже катился по залитым солнцем улицам городка в трамвае – единственном общественном транспорте, который ходил в Глазуново.

Изучив по дороге райончик, он пришел к выводу, что при самом скверном раскладе, у него уйдёт день на то, чтобы обойти нечастные полсотни домишек, но здравый смысл подсказывал, что достаточно добраться до того самого сельпо, чтобы узнать и адреса, и биографию до седьмого колена каждого из местных.

Так и получилось. Трамвай выпустил его прямо у магазина, который сидел по центру Глазуновского трамвайного кольца, как паук в паутине.

Внутри веяло чем-то давно забытым, но родным. Никакого самообслуживания. Помещение было поделено старым советским прилавком надвое. Зона для покупателей – пуста, зона за прилавком битком забита стеллажами с продуктами, удобрениями, бытовой химией и сельхозинструментами от простых тяпок и граблей до триммеров и культиваторов.

– Ванька? Погорелец, что ли? – лениво поинтересовалась эффектная продавщица, покрывая ногти лаком и даже не подняв глаз на посетителя.

– Погорелец? Сгорел что ли? – сморщился Коля, предчувствуя новую неудачу.

– Сплюнь! Фамилия у него такая. А зачем он тебе?

– Это имеет значение?

Женщина чуть приподняла густо накрашенные ресницы.

– Не знаю, имею ли право разглашать адреса покупателей...

– Нужен он мне, - Кол помедлил, и вдруг его осенило, - Долг хочу вернуть!

– Вот оно что? – продавщица подула на ногти, вытащила из-под прилавка тетрадь и пролистнула странички, - Он уже три недели должен магазину две тысячи семьсот сорок рублей.

Коля без раздумий выложил из неистощимого запаса пятёрку и тут же получил заветный адрес.

...

Ваню он заприметил еще издали. Тот неуверенной походкой бродил среди покосившихся парников и собирал в подол майки огуречные зародыши.

– Иван! – негромко позвал он через низенький забор, боясь привлечь ненужное внимание жены или соседей.

Ваня глянул через плечо, и Коля по его плавающему взгляду и багровой физиономии с легким уколом ностальгии понял, что тот сейчас находится в острой похмельной фазе. Значит, не зря он на сдачу прихватил поллитру.

– Не помнишь меня? – спросил он, - А я тебя помню, паромщик...

Хмурое, почти враждебное недовольство на лице бывшего «Харона» таяло, неторопливо сменяясь на недоумение, а потом на узнавание...

– Ебучий глаз! – наконец, прохрипел он, - Ты, что ли?! Как тебя там... Костя?

– Коля, - Жарков улыбнулся и продемонстрировал пакет с подарком.

– Так заходи, ёпта! Вот так встреча!

– Не помешаю...?

– Кому? Моя у старухи отсиживается, пока я..., - он неуклюже запетлял меж грядками, приподнял и приоткрыл ветхую калитку, бережно, словно младенца, принял заветный пакет, - Тебя же мне сам бог послал, братка!