Чтение онлайн

Цзи Боцзай мрачно сжал губы. Он был крайне недоволен.

Цзи Боцзай тут же хотел отказаться — даже рта открыл, чтобы решительно возразить.

Но не успел и слова вымолвить, как Да сы уже громогласно рассмеялся:

— Прекрасно! Превосходно! Подданный всегда помогает мне снимать с плеч бремя хлопот — вот и решено!

Цзи Боцзай: Что?!Что значит «решено»?!Он разве что-то сказал?

— Не буду скрывать, — Да сы отвёл его чуть в сторону, понизил голос и заговорил вполголоса, — наставник Шэ проникся к Мин И особым расположением. Желает признать её своей приёмной дочерью и забрать с собой в Чаоян. Я отказать не мог — неудобно, сам понимаешь. Потому и пришлось срочно найти ей родню со стороны матери.

Цзи Боцзай вскинул бровь: Шэ Тяньлинь? Причём тут опять он?..

Он метнул тяжёлый взгляд в сторону Мин И.С виду тиха и невинна, как хрупкая лилия, а вокруг неё — шуму на три города.

Мин И даже не поняла, в чём дело, как вдруг поймала его сердитый взгляд.За что, собственно?

И тут же он, словно на сцене, сменил маску — натянул на лицо выражение нежности и покровительственности, тяжело вздохнул и сказал вслух, обращаясь к Да сы:

— Если она согласна, то и я не возражаю.

Слова были мягки, как весенний туман, а вот взгляд, что он бросил на Мин И в тот момент, ясно говорил: «Попробуй только согласиться — и смерть твоя будет мучительной».

Ах ты… Не хочешь играть — не играй, злобно подумала Мин И.Хороший — это он, а плохая — я?

Отказать Да сы не посмел даже он, а ей — что, на шпильках против ветра пойти? Она всего лишь маленькая танцовщица — какие уж тут права.

— Сестра Мин, не тревожься, — подошёл Сыту Лин, мягко улыбаясь, отчего показались два клыка, придающие улыбке детскую искренность. — Мои родители умерли рано, в доме нет старших, кто бы устанавливал строгие порядки. Никто не станет заставлять сестру делать то, чего ты не хочешь. Просто… если будет родительский дом — у тебя всегда найдётся куда вернуться.

Слова были тёплыми и ободряющими. Мин И, сколько бы ни старалась держаться отстранённо, невольно растрогалась.

Цзи Боцзай слушал всё это и чувствовал, как под кожей зашевелился раздражённый зверь.

— Господин Сыту хочет сказать, — произнёс он с холодком, — что у неё сейчас нет своего места?

— Разве не так? — не моргнув глазом, ответил Сыту Лин. — Дом Цзи — это дом господина Цзи, а не сестры Мин. Она всего лишь там… временно. Если вдруг однажды вы утратите к ней интерес — куда же ей деваться?

Мин И невольно кивнула, в этом, увы, был смысл.

Цзи Боцзай сощурился:

— Раз уж она была пожалована мне самим Да сы, как же я мог бы её отвергнуть?

— Тем более, — подхватил Сыту Лин, — раз она дана вам в милость столь высоким лицом, стоит ещё внимательнее к ней отнестись. Дать приличное положение, чтобы можно было достойно приводить её к Да сы на приёмы.

— Что-то вы, господин Сыту, чересчур много на себя берёте, — ледяно усмехнулся Цзи Боцзай.

Сыту Лин замер, потом слегка потупил взгляд и, словно испуганный, юркнул ближе к Мин И, прячась за её плечо:

— У меня нет такой силы, как у господина… Зато есть сердце. Сердце, которое по-настоящему заботится о сестре Мин. Всё, что я говорю — только ради неё…

Мин И даже моргнуть забыла.

Вот оно что…Неудивительно, что Цзи Боцзай предпочитает мягких и хрупких — гляди-ка, какое защитное чувство просыпается.

Она встала чуть впереди Сыту Лина, как бы заслоняя его, и с самым серьёзным видом обратилась к Цзи Боцзаю:

— Невольница всегда прислушается к воле господина, но, ведь правда, господин Сыту не имел злого умысла… Зачем же быть с ним так суровым?

Он — жестокий? Он?!Цзи Боцзай от смеха почти задохнулся:

— Он вот с этим жеманством и притворной скромностью — ты серьёзно можешь на это смотреть?

— Какое ещё жеманство! — фыркнула Мин И. — Он говорит от чистого сердца!

— А, по-моему, он преследует свои цели.

— Вы…

— Сестра Мин, не стоит с господином спорить из-за меня, — с видом мученика перебил Сыту Лин, чуть прикоснувшись к её локтю. — Вам ведь ещё жить с ним под одной крышей… Поспешное слово может вызвать его гнев. А я… я ничего, не беспокойтесь.

Слушайте, ну вот ведь человек: каждое слово — ради неё, каждое движение — как забота.

Мин И посмотрела на него пристально. Потом нахмурилась и обернулась — глянула на Цзи Боцзая, как на обидчика, и, наконец, сдержанно склонилась перед Да сы:

— Раз это милость от Да сы, невольница принимает с благодарностью.

— Прекрасно, — кивнул Да сы, наблюдая за ними, будто за представлением. Он, правда, больше смотрел не на Сыту Лина, а на Цзи Боцзая. И, похоже, реакция последнего его вполне устраивала. — Тогда скорее проходите за стол.

Когда Да сы ушёл вперёд, Цзи Боцзай не удержался: шагнул ближе и резко схватил Мин И за запястье.

— Что это вы делаете, господин? — её лицо было полно невинности.

— Вот это как раз я у тебя хотел бы спросить, — его голос звучал с ядовитой вежливостью, и улыбка была только кожей, не сердцем.

Мин И захлопала ресницами, и её лицо сделалось ещё более непонимающим:

— Разве господин сам не велел мне подыгрывать, чтобы Да сы поверил, будто вы и вправду глубоко под действием любовной гу?

…Он-то сам об этом не знал.

Цзи Боцзай в упор уставился на неё, выискивая хоть тень притворства. Но в её глазах — ни капли смущения. Только невинное изумление. Он мрачно отдёрнул руку:

— Не бери на себя лишнего.

— Тогда говорите яснее, господин, — пожаловалась Мин И. — Я ведь не живу у вас в животе, не могу же угадывать всё, что на уме.

Врёт. Ведь раньше угадывала безошибочно.

Цзи Боцзай, мрачнея, снова схватил её за запястье и, не отпуская, потащил с собой в Тагэтай.

Сегодняшний приём, как и вчерашний, проходил с участием «фэнвэйхуа». Только теперь Сюй Тяньинь выглядела совсем иначе — ни следа от вчерашней заносчивости. Она понуро сидела у отведённого Цзи Боцзаю места, и, когда увидела, как он входит, держа Мин И за руку, её лицо заметно переменилось.

— Господин, — поспешно вышла она вперёд, — хотя сегодня и нет новых гостей, всё же прибыло немало диковин из дальних земель. Лучше бы мне остаться рядом — вдруг понадобится объяснить.

Она говорила, а сама исподлобья зыркала на Мин И, скрежеща зубами от злобы.